— Государь, прошу прощения, но я не знал о планах Милославского, — дочитав, Николай Николаевич поднял голову, — я, конечно, предполагал, что этот самозванец выкинет что-то, но не думал, что все будет настолько плохо.

— Не думал он, — император шумно выдохнул, — ты не думал, а он сделал. И что дальше, дядя? Если мы закроем глаза на это, Бестужев перестанет быть нашим союзником, ты же понимаешь? У парня очень сильно выражено чувство справедливости, и если мы не вступимся за него, то дальше от него помощи не жди. Терять же такого союзника я не намерен.

— Государь, думаю, не все так плохо, — Николай Николаевич позволил себе слабую улыбку, — своими действиями чужак развязал нам руки. Настоящий Милославский знал, что есть грань, которую нельзя переходить, этот же, видимо, про нее не в курсе. Что ж, значит, это играет нам на руку, и уже сегодня мы можем взять князя под стражу, осветив его поступки для широких масс. В конце концов, у нас достаточно доказательств его вины. Остальные, конечно, завоют, но какая нам разница, если мы уменьшим поголовье грандов еще на одну единицу.

— А ты не думал, дядя, что именно этого этот новоявленный князь и ждет? — император нахмурился, — сам посуди, такой поступок ничем иным как провокацией быть не может. Милославский словно ждет, что ты придешь к нему арестовывать его, — в голосе императора появились язвительные нотки, — а ты и готов это сделать, ведь так?

— Но, государь, это же такой шанс, — Николай Николаевич развел руками, — мне что, сидеть и ждать, пока он еще что-то натворит?

— Дядя, ты забываешь об одном, мы не знаем, кто сейчас скрывается под шкурой князя, — император хмыкнул, — а что, если это кто-то из богов? Пусть мы с ними давно не сталкивались, но они есть, нашему роду это точно известно. Я не хочу, чтобы сейчас мы получили на свою голову еще одну огромную проблему.

— И что тогда? — Николай Николаевич растерянно глянул на императора, — просто оставить все как есть, государь?

— Ну почему же, — Василий ощерился в хищной улыбке, — нет, мы будем действовать, но не так, как хочет новоявленный князь. Твоя идея касаемо прессы не так уж плоха. Но мы не будем его арестовывать, нет. Мы сделаем кое-что другое, — император поманил к себе великого князя, после чего начал ему рассказывать в деталях свой план…



Дворец Милославских.

Зеленый был доволен. Первая часть его плана сработала как надо, и теперь вся империя будет знать о том, что граф Бестужев похитил его дочь, словно разбойник с большой дороги. И плевать, что все было совсем не так, ведь сейчас Зеленый был в состоянии превратить любую ложь в правду. Теперь осталось дождаться, когда свой ход сделает император, и Зеленый был уверен почти наверняка, его попытаются арестовать. Но именно на это маг вне категорий и рассчитывал, и заранее предупредил всех, не стоит мешать. Ведь когда его закуют в кандалы, империя получит очередную порцию информации, и тогда все закрутится еще быстрее. Главная проблема империи заключалась в ее тяжеловесности. Быстрые действия в широких масштабах были ей несвойственны, и Зеленый прекрасно об этом знал.

— Господин, пока никаких чужаков рядом с дворцом не обнаружено, — голос одного из гвардейцев заставил Зеленого Вынырнуть из своих размышлений.

— Хорошо, боец, но гвардия должна быть готова ко всему, — новоявленный князь усмехнулся, — раз уж меня будут арестовывать, я хочу, чтобы тем, кто придет за мной, было весело.

— Не переживайте, господин, — боец широко улыбнулся, — мы знаем, что нам делать, ваш план мы исполним от начала до конца. И да, от всех гвардейцев скажу, мы рады, что Вы стали таким, князь.

— О, а я как же рад, — Зеленый усмехнулся, — ты даже не представляешь…



Особняк Бестужевых.

— Н-да, — дочитав свежую газету, я глянул на Эллора, стоявшего напротив меня. Дракон был в ярости, это было понятно по его ауре, что готова была в любой момент вырваться и накрыть собою весь особняк.

— Слишком сдержанная реакция, я ждал другого от тебя, — он покачал головой, — и что дальше?

— А чего мне злится? — я пожал плечами, — это было ожидаемо, учитывая, что род Милославских владеет самыми крупными издательствами в империи. Что до этой лжи, мне плевать, — я усмехнулся, — ведь если почитать текст, то ничего конкретного мне не вменяется. Одни иносказания, хорошие у Милославского журналисты. Сделали так, что все всё понимают, но, с другой стороны, если я вдруг решу натравить на них юристов, то ничего этим не добьюсь.

— И ты так спокойно об этом говоришь? — Эллор мгновенно вспыхнул, и мне пришлось приложить серьезные усилия, чтобы удержать его силу в узде.

— Успокойся, — я поморщился, а в следующую секунду увидел Елену, вошедшую в гостинную. Девушка была растеряна и даже, кажется, немного напугана.

— Лена, проходи, садись, — я улыбнулся, — что-то случилось? Или у тебя такая реакция на утренние новости?

— Алексей, прости, — на глазах девушки появились слезы, — я не знала, что отец так поступит.

— Не извиняйся, — мне пришлось приобнять ее, — ты ни в чем не виновата. Что до действий твоего отца, это всего лишь клевета, ничего нового, — я усмехнулся, — и он за это ответит. Можешь не сомневаться. Хотя вряд ли он примет мой вызов на дуэль, а ведь этим можно было бы все закончить. А теперь давай позавтракаем, если ты не против, — я сделал знак прислуге, и они вкатили в комнату тележки с вкусно пахнущим завтраком.



Полтора часа спустя.

— Да, сестра, все хорошо, и мне точно не нужна твоя помощь, — придерживая телефон головой, я быстро печатал текст сообщения для стариков разбойников.

До Хладограда новости дошли чуть позже, и поэтому их звонки застали меня во время завтрака. Пришлось прерваться, со всеми переговорить, и только когда я их успокоил, мне дали возможность доесть свою порцию. Правда, сразу же после завтрака Анжелика позвонила еще раз.

— Хорошо, братец, но учти, если что, гвардия готова, только попроси нашего любителя сериалов открыть портал, и у тебя под рукой окажется тысяча гвардейцев.

— Я не планирую устраивать в Москве боевые действия, — я расхохотался, — но спасибо за предложение, буду иметь в виду. Ладно, позвоню позже, кажется, у меня гости, — попрощавшись с сестрой, я таки отправил старикам сообщение и, закрыв ноутбук, подошел к окну.

У ворот особняка остановились три автомобиля с императорским гербом на дверях, а потом я увидел великого князя Николая Николаевича, и картина в моей голове сложилась.



Пять минут спустя.

— Князь, а вам не кажется это наглостью? — я нахмурился, — у нас был один договор, теперь вы приходите ко мне и заявляете, что все нужно переиграть, потому что сами не хотите совать голову в петлю. Чего ради мне рисковать?

— Хм, одной императорской благодарности, полагаю, недостаточно будет, — Николай Николаевич усмехнулся, — а что, если мы отдадим тебе все активы Милославских после падения князя? Пойми, Алексей, сейчас вся империя знает о вашем конфликте, но стоит появиться мне, как этот нехороший человек устроит нам такое, что мало не покажется. Ты же можешь все закончить малой кровью. Тем более что у нас все готово, а в Кремле тебя ждет место, где результат вашего боя будет заранее предопределен, — ухмылка князя превратилась в оскал, — итак, что ты скажешь?

— Скажу, что это уже интересно, — я медленно кивнул, — осталось убедить Милославского принять вызов. И почему-то мне кажется, что это будет невозможно.

— О, граф, я знаю точно, невозможное возможно, — после этих слов Николай Николаевич протянул мне тонкий конверт, из которого я достал несколько фотографий очень, очень интересного характера…



Особняк Бестужевых. Москва.