— Лорд Экариот, не уделите ли нам минуту вашего драгоценного времени? — мой голос прозвучал обманчиво-любезно.

Он окинул нас тяжёлым взглядом, задержав его на наших сцепленных руках.

— А если нет? — пробасил лорд.

Типичный бык. Сила и спесь есть — ума не надо. Я демонстративно переглянулся с Ирен, мол, «видишь, как всё запущено?» Она в ответ лишь очаровательно пожала плечами. Наш безмолвный обмен репликами, кажется, взбесил Экариота ещё больше.

Он поморщился, что-то буркнул своим прихлебателям и нехотя кивнул, отводя нас в сторону, подальше от лишних ушей.

— Послушайте, Искатель, — начал он сухо, едва мы отошли на пару шагов. — Надеюсь, вы понимаете, что вся эта история с налогами… Ничего личного, я всего лишь пёкся об интересах Бастиона.

— О, я прекрасно понимаю, о чьих интересах вы пеклись, — ровным тоном ответил я, свободной рукой приобнимая Ирен за талию и притягивая ближе. — Вы ведь помните мою жену, Ирен?

Тут инициативу перехватила Мия. Её голос стал мягким, почти кошачьим, но от этой вкрадчивости по спине пробежал холодок.

— Уверена, что помнит. Сложно забыть женщину, которую его дружок Фендал избивал и пытался изнасиловать, а он, всесильный лорд, стоял и не сделал ровным счётом ничего.

Лицо Экариота потеряло румянец, став пепельно-серым.

— Это… это было давно, леди.

— Для нас будто вчера, — улыбнулась Мия, но так, что её улыбка показалась страшнее любого оскала. Вам следовало довериться своему инстинкту, милорд, и не лезть к нам.

Кровь снова бросилась ему в лицо, теперь уже от ярости.

— Я твой сюзерен! Ты что, угрожаешь мне, женщина⁈

— Ну что вы, конечно нет, — промурлыкала богиня и повернулась ко мне, сжав руку. — Хочешь рассказать ему, дорогой?

Я кивнул, извлёк из внутреннего кармана куртки тонкую папку с документами и протянул её Экариоту.

— Здесь полный список ваших финансов: все доходы, расходы, самые мелкие инвестиции и документы на каждый клочок земли, которым вы владеете.

Глаза лорда расширились от шока, он буквально выхватил папку и с хрустом раскрыл её. Страницы зашелестели в его дрожащих пальцах, а лицо по мере чтения начало стремительно наливаться багровым цветом.

— Как… Откуда⁈

— Там же, — сказала Мия, — содержатся доказательства того, что вы систематически занижали налоговые декларации и удерживали суммы, которые должны были отойти сначала герцогу Хорвальду, а затем Короне. Это, как мы выяснили, вы практиковали давно, но аппетиты резко возросли с началом беспорядков в Бастионе.

Багровый цвет на щеках Экариота сменился мертвенной бледностью.

— Всё сфабриковано! — выдохнул он, но в голосе не прозвучало и тени былой уверенности.

— Это решать уже не нам, а его светлости, — я кивнул в сторону герцога, наблюдавшего за нами с другого конца зала, и развернулся, увлекая Ирен за собой. — Уверен, ему будет крайне интересно взглянуть на эти бумаги, и Короне, без сомнения, тоже.

Экариот, осознав, что мы уходим, в панике шагнул нам наперерез, загораживая дорогу.

— Постойте! Неужели вы готовы разрушить мою жизнь из-за какой-то глупой идеи с налогами, которую даже не приняли⁈ — в его голосе смешались злость и отчаяние.

Мы обменялись взглядами с Ирен. Она смотрела на Экариота с холодным презрением божества, судящего ничтожного смертного.

— Нет, вопрос налогов — отдельная тема, — отрезал я. — Ты сам сделал себя моим врагом в тот день, когда, упиваясь своей властью, позволил Фендалу поднять руку на мою женщину и угрожал моей семье.

Я аккуратно отодвинул его с нашего пути.

— Кстати, о налогах, — с ледяной усмешкой добавила Мия, — если бы не твоя жадность, герцог, возможно, пошёл бы тебе навстречу. Ну там штраф, выговор, и ты бы сохранил бы пост. Но ты разозлил не только нас. Уверена, теперь его светлость будет куда менее снисходителен.

Экариот прошипел что-то похожее на ругательство и, оттолкнув какого-то барона, почти побежал к Хорвальду, мы же под руку с Ирен неспешно последовали за ним. Спешить некуда, представление только начиналось.

Экариот, обливаясь потом, что-то лепетал, тыча пальцем в нашу сторону. Когда мы подошли, Хорвальд Валаринс молча принял у меня из рук папку. Его лицо становилось всё мрачнее с каждой перевёрнутой страницей.

— Я могу всё объяснить! — слабо пискнул Экариот.

— Мы предоставим вам для этого массу возможностей, милорд, — отрезал герцог, просматривая бумаги, затем посмотрел на него холодно, как на грязь под ногами. — А сейчас, будьте добры, покиньте нас. Я даю вам возможность уйти без сопровождения стражи, прежде чем официально передам ваше дело кому следует.

Экариот тяжело сглотнул, молча кивнул, с трудом расправил плечи в жалкой попытке сохранить лицо и, пошатываясь, зашагал к выходу.

Когда он скрылся, Ирен устало положила голову мне на плечо.

— Ещё одна проблема решена, — тихо пробормотала она.

В её голосе не чувствовалось ни радости, ни облегчения, просто констатация факта. Последняя тень того ужасного дня наконец рассеялась, этот ублюдок больше никогда не сможет отравить ей жизнь.

Примерно через полчаса к нам подошёл Хорвальд в сопровождении Мароны и ещё нескольких лордов, с которыми мы успели наладить контакт.

— Итак, вы провели собственное расследование, — сказал герцог с мрачной усмешкой. — Весьма предусмотрительно.

— У меня имелись на то веские причины, — пожала плечами Ирен. — Налоги Кордери проходят через ведомство Экариота, если бы они не дошли до вас, а затем и до Короны, тень могла бы пасть на нас.

— Хм, это если бы Экариот был достаточно умён, чтобы подставить вас, в чём я сомневаюсь, — Хорвальд постучал пальцем по папке. — Надеюсь, при сборе этой информации вы не прибегали к незаконным методам?

— Ма пользовались только материалами, находящимися в открытом доступе, ваша светлость, общественными записями, бухгалтерскими книгами. Нужно было лишь знать, где искать несоответствия, — ответил я. — А потом подтвердить их показаниями свидетелей, многие из которых, кстати, перебрались с востока к нам в Кордери, — я с гордостью улыбнулся Ирен, которая одарила меня сияющей улыбкой в ответ. — Моя жена настоящий мастер в таких делах.

— Не могу сказать, что удивлён, — вздохнул герцог. — Я подозревал, что немало нечестных людей решат воспользоваться смутой, чтобы нажиться, но Экариот…

— Да, этот подлец оказался настолько жадным и глупым, чтобы захапать немыслимую сумму и привлечь к себе внимание. Забавно, что он пытался уличить в воровстве меня, сам находясь по уши в дерьме, — ухмыльнулся я.

Старик хмыкнул.

— Жадные люди часто вешаются на той самой верёвке, что так старательно мылят для других.

— Что теперь с ним будет? — спросила Ирен.

— Приговор вынесет король,— герцог погладил бороду. — А он, как известно, суров ко всем, кто покушается на казну. Это, пожалуй, единственное, что его по-настоящему волнует в приграничье. Полагаю, Экариота ждут огромные штрафы, санкции и, скорее всего, лишение титула. Вернётся к баронству, если повезёт.

Не самый худший исход. Главное, он больше не представляет угрозы.

— В любом случае, — заключил Хорвальд с кривой улыбкой, — какое-то время он вас не побеспокоит. И скажу честно, мир немногое потеряет без таких вот… личностей. Он не чудовище, как покойный Виктор Ланской, но без подобных ему дышится легче.

— Точно, — согласился я.

— Пожалуй, мне стоит вас предупредить, — добавил губернатор. — Титулы обычно не переходят из рук в руки так быстро, но король — человек нетерпеливый, а в крепости, охваченной войной, он вообще не склонен терпеть дураков.

— Что, в конечном итоге, сыграло нам на руку, — улыбнулся я.

Хорвальд усмехнулся.

— Артём, если у тебя найдётся пара минут, я хотел бы обсудить с тобой некоторые деловые возможности, но позже, не хочу отвлекать вас от светских бесед.

— Конечно, Ваша Светлость.

Я снова предложил Ирен руку, и мы направились продолжать переговоры с лордами Бастиона.