— Попробуй вот это, — посоветовала сестра, выуживая из груды тряпья на кровати плечики с бирюзовым платьем.

Оно неплохо смотрелось, в меру свободное и красиво оттеняло цвет глаз, вот только на груди у него нашит гигантский бант от плеча до плеча, и лишний комок ткани превращал мою и без того немаленькую грудь в подушку безопасности, бр-р-р.

Решено, иду в футболке и джинсах. Не то вообще могла раздумать.

Кавалер учился в моей школе в выпускном классе. И нашелся он по воле случая на заседании ученического научного совета. Мне, как активистке, предложили написать доклад о теории возникновения жизни с точки зрения теологии, а Женя вызвался противопоставить мнение ученых мужей. И наш научный руководитель, завуч, настояла на том, чтобы свои выступления мы готовили в паре, как некую дуэль. Мой тезис против Женькиного высказывания и так далее.

Мы стали часто оставаться после уроков, подолгу засиживались в библиотеке, несколько раз Женя даже порывался проводить меня до дома, а в последнюю встречу позвал в кино. И я, дуреха, согласилась. Внешне он казался приятным: высокий, несколько угловатый и нескладный в силу возраста. Общение наше тоже казалось лёгким. Женя не производил впечатление пустоголового, но и щемящей сердце симпатии не вызывал. С равным успехом я могла согласиться пойти на свидание с бюстом Ленина.

Так что моя озабоченность нарядом была не следствием волнения и зарождающихся чувств, а паникой перед неизвестным. Что будет, если он полезет целоваться? Или попытается обнять? Стоит ли мне настоять на оплате билетов поровну, ведь вряд ли эта встреча будет иметь продолжение?

Глянув на часы, поняла, что уже опаздываю. Выключаем думочки и айда рисковать по-крупному.

Завязала волосы в хвост, чуть подвила кончики плойкой. Милка сунула мне блеск для губ, но это лишнее. Незачем привлекать внимание к губам. Я должна пройти через это без эмоциональных потрясений.

Мы договорились встретиться у кинотеатра, и к назначенному часу Женька уже поджидал меня у главного входа. Расхаживал вдоль фасада, голова низко опущена, будто высматривал что под ногами. На нем простая тёмно-синяя футболка и линялые джинсы. А в руке, божечки, маленький букет красно-желтых тюльпанов. Огромным усилием воли заставила себя остаться и подошла к ухажёру.

— Привет!

Он расплылся в улыбке, поздоровался и протянул мне шуршащий кулек с растениями.

— Очень мило с твоей стороны, — пробормотала, а сама подумала, не стоит ли мне заплатить за оба билета, раз он потратился на цветы.

— Отлично выглядишь.

— Ты тоже.

Соблюли светский ритуал и прошли до билетной кассы. Якобы не заметила чуть вытянутой руки парня.

Я заранее выбрала время свидания так, чтобы мы не смогли попасть на мыльную драму "Титаник", которую крутят уже второй месяц. Не люблю Леонардо Ди Каприо и девчачьи фильмы. Так что следующие два часа мы проводим в атмосфере мрачно-загадочного детектива "Семь". Я уже смотрела его на дивиди, но с удовольствием следила за расследованием во второй раз, тем более звук здесь куда приятнее и картинка радует своей четкостью.

— Тебе нравится эта жуть, — не без удивления прошептал на ухо Женька, когда действие фильма дошло до сцены в гостиничном номере, где маньяк инсталлировал грех похоти.

Это не вопрос, констатация факта.

Поэтому не ответила вслух. Я нарочно выбрала наиболее мерзкий фильм. И сели мы в центре зала, а не на задних рядах. Что-то внутри меня противилось дать Женьке хоть малюсенький шанс. Он уже несколько раз пытался взять меня за руку, и это начинало утомлять.

Не дожидаясь, пока Брэд Питт произнесет шедевральную фразу: "Что в коробке?", я предложила уйти. Имелось в виду разойтись по домам, но Женька очень туго понимал намёки, и даже мое страдальческое выражение лица не внесло ясности.

— Мы недолго, обещаю, всего кружок по парку, и я провожу тебя, — уговаривал парень, и я сдалась.

Некоторое время шли в гнетущем молчании, между нами букет цветов, которым я прикрывалась, как щитом, от ненужных прикосновений.

— Так и не понял, чем тебе понравился фильм, — Женька из кожи вон лез, чтобы настроить диалог.

— Фильм прекрасный, хоть и жестокий. Его просто надо вдумчиво смотреть. Я вообще люблю головоломки и маньяков, — внезапно и мне надоело отделываться односложными ответами.

— Маньяков, это кого, например?

— В Голливудском кино эта тема отнюдь не нова. Ты смотрел "Психо", чёрно-белый фильм Альфреда Хичкока?

Парень покачал головой. Понятно, уровень кинопознания равен нулю. Небось наслаждался лентами вроде "Крепкого орешка" и "Рэмбо".

— А между тем "Психо" — эталон триллера, — пустилась я в долгие объяснения, и произошло то самое волшебство. Я расслабилась.

Мы прошли уже пятый круг по парку, с аппетитом съели по мороженому в вафельном стаканчике и не замолкали ни на секунду. Вдруг выяснилось, что Женька не только смотрел, но и читал "Молчание ягнят", и я попросила его одолжить книгу Томаса Харриса.

По дороге домой взахлёб обсуждали актерские работы Энтони Хопкинса.

— "Легенды осени"! — припомнил Женя, — там ещё Питт снимался. Клёвый фильмец.

— А в "Дракуле" он сыграл Ван Хельсинга, — заметила я. — Киноверсия так себе, зачем-то опошлили образ Влада Цепеша влюбленностью. Книга во всём уступает оригиналу.

— Погоди, но Киану Ривз хорош! Андрей Харкер из него прям настоящий получился.

Приплыли. Помяни черта, и рога на пороге.

Стоило Женьке озвучить заветное имя, как я с удивлением обнаружила, что мы во дворе моего дома. И его высокоморальное высочество возилось с машиной в двух шагах от подъездной двери. Орудовал баллонным ключом, срывая гайки с колеса, и при каждом усилии его кожа будто ощеривалась мышцами.

Я потеряла всякий интерес к кавалеру. Во рту моментально стало сухо.

— Вот мы и пришли, — тоненько пропищала, закрывая спиной входную дверь. — Спасибо за приятно проведенное время.

Вторая часть фразы получилась более громкой и уверенной. Скорее почувствовала, нежели увидела, как Андрей обернулся на мой голос.

— А-а-а, да? Жаль, — сквозь широкую улыбку сказал Женя и сделал осторожный шажок ко мне. — Знал бы, что так близко живёшь, пошли бы окольным маршрутом.

Воспользовавшись моей растерянностью, он всё-таки взял меня за руку и заключил в объятия своих теплых ладоней.

— Повторим как-нибудь? — с надеждой заглядывая мне в глаза, спросил и придвинул меня к себе, чтобы… Что? Приобнять, поцеловать?

Смотрела на парня, не мигая, а внутри меня пляска эмоций. И правил бал чувство неправильности происходящего.

— Да, как-нибудь повторим, — согласилась и с удовлетворением услышала, как Андрей уронил на асфальт металлический инструмент. Чертыхнулся.

Нестерпимо хотелось посмотреть на лицо Андрея, мстительно помахать у него перед носом букетиком тюльпанов или вытворить ещё что-нибудь, но, боюсь, моё сердце этого попросту не выдержало бы.

А Женька упорно тянул меня к себе. И я больше не сопротивлялась. Зачем? Пускай Смолягин сам решает, плевать ему или…

— Слушай, пацан, подмогни, а!

Бинго! Вместе с Женей обернулась на соседа и внутри всё зашлось в бешеном танце племенных индейцев. Андрей кипел от злости и даже не пытался это скрыть. Так зыркнул на меня, что скромное вальсирование сердца превратилось в целое карнавальное шествие.

Женя подошел узнать, в чем нужна помощь, а я, не в силах и дальше участвовать в этом маразме, послала Смолягину издевательский воздушный поцелуй, козырнула двумя пальцами в воздух и помчалась домой.

Мы с Женей выступили перед учениками десятых и одиннадцатых классов с докладом, и получилось совсем не так ужасно, как мне представлялось. Хоть мне и была ближе научная теория Женьки, со своей миссией по отстаиванию сотворения мира Высшими силами я справилась. По итогу я получила автоматом годовую оценку пять по биологии, а мой напарник — плюс один балл к оценке за экзамен.