Я быстро приняла душ, нанесла свой обычный уход, переоделась в теплую пижаму и вышла из ванной. В комнате горели свечи, пахло ладаном и тихо играла музыка. Наташка сидела на диване, напротив нее стоял штатив, горела необычная круглая лампа, а в центре всего великолепия стоял мой телефон. Однако…

– Наташ, а ты…

– Да блин! – протянула раздраженно сестра. – Я снимала рилс, а ты все зафакапила.

– А почему на мой телефон-то? – возмутилась я от такой наглости.

– Ну у тебя камера лучше, - мгновенно изменился голос Натки с раздраженного на сладко-умоляющий. – Тебе жалко что ли? Я ничего не смотрела, в переписки не лезла. Просто камерой воспользовалась.

– Ты в следующий раз лучше спроси, - остыла я быстро. – У меня тоже, знаешь ли, есть личная жизнь и границы.

– Вредная какая стала в своей Москве, - по-доброму засмеялась Наташа. – Хорошо-хорошо, я буду спрашивать разрешение. Можно?

– А завтра нельзя это рилс записать? Я устала так, спать бы, - протянула ладонь к сестре, и та вложила мой яблочный гаджет последней модели мне в руку.

– А ты в кредит взяла такой? – горели глаза сестры, когда она смотрела на телефон.

– Накопила.

На самом деле мне и не требовался такой крутой телефон. Но когда мой старый аппарат окончательно вышел из строя, я попросила подругу помочь мне с выбором. И в своих бесчисленных рекомендациях подруга настаивала именно на этой модели. Я бы и не стала столько денег тратить на это, но под уговорами подруг сдалась. Купила. И вот сейчас моя сестрица жадно рассматривает гаджет в моей руке.

– Спокойной ночи, - бросила напоследок и скрылась за дверью своей спальни. И как только мое тело приняло горизонтальное положение и расслабилось, я осознала, насколько устала. Ныла поясница и гудели ноги. А еще немного болела голова, что неудивительно после событий этого дня: ранний подъем, дорога до работы по заснеженному городу, вызов к директору на ковер, новости о сокращении и передача дел другому сотруднику, дорога домой и неожиданный приезд сестры.

За дверью была слышна тихая музыка, а запах ладана дошел и до моей комнаты. И вроде приятно, но непривычно. Да и чувство, что я не одна в квартире напрягало.

Не скажу, что меня разозлил визит сестры, но расстроил. Я уже отвыкла жить с кем-то, в квартире царил мой маленький рай. И вот в мою уютную, пусть и старую крепость, ворвался посторонний. Уже ванная занята всякими баночками, а что будет в гостиной? Боюсь представить, ибо часто слышала жалобы от мамы по телефону на то, как сестра захламляет свою комнату и убирается крайне редко. Надеюсь, что в моей квартире такого не будет, иначе придется говорить с младшей. А там, где разговор, там и ссора. Ибо с ее упертым характером мы просто так не разойдемся… Но я зря раньше времени себя накручиваю. Уверена, что мы сможем с Наташей найти общий язык.

Лежа в постели, я вспомнила Леонида. Что ему было не так? Я всё делала правильно: любила, поддерживала, создавала уют. Мы строили отношения, которые казались мне эталонными – ровными, безопасными, предсказуемыми, но основанными на любви, доверии и взаимоуважении.

Помню, единственное, что меня огорчало – это отсутствие с его стороны предложения выйти замуж. Но ввиду наших крепких отношений я успокаивала себя тем, что нам и так нормально, а штамп в паспорте – не главное. Привыкла, приняла такую реальность.

В прошлом году, и кстати, тоже в декабре, Лёня пришел домой подавленный. Я и до этого замечала, что с ним что-то не так, но в тот вечер… В тот вечер он признался, что влюбился в другую девушку. Был сложный и долгий разговор, мои слезы, его раскаяние. И тишина была после – оглушающая, тяжелая, пропитанная отчаянием и болью. Ох, сколько я тогда слез выплакала! Но в итоге я смогла его отпустить. И расстались мы в целом хорошо, если не брать в расчет мое разбитое в дребезги сердце и невероятное чувство вины Леонида.

***

Утро наступило рано, так как я с вечера забыла выключить будильник. Каждое утро ровно в 5:45 утра я вставала на работу… а теперь работы у меня нет. Можно было бы еще поспать, но я не смогла. Валялась, планировала будущее, просматривала сообщения, вышла из рабочего чата, поудаляла некоторые контакты. Мне было грустно и обидно, но ничего поделать я не могла. Это чертова оптимизация рабочих процессов и последующее сокращение лишили меня спокойной и стабильной работы. Осталось смиренно принять новую реальность и начать поиски нового места. Опыт у меня имеется, навыки отточены, так что проблем быть не должно.

С этими мыслями я встала с кровати, потянулась, заправила постель, накинула пушистый цветастый халат и отправилась за кофе. Я даже забыла про приезд сестры, пока не вышла за дверь. В гостиной на диване спала укутанная по уши в одеяло Наташа. Замерзла все-таки…

А я говорила!– крутилось в голове почему-то голосом мамы.

Переступила чемоданы, умылась, на кухне сварила себе кофе, сделала завтрак. Было непривычно все делать без спешки. Я то и дело поглядывала на часы, отмечая, что если выйду сейчас, то не опоздаю на работу. Да только работы у меня не было больше. Декабрь…

Телефон на столе завибрировал. Мама. Она всего звонила рано утром, чтобы узнать как у меня дела и все ли в порядке.

– Доброе утро, мам, - подняла я трубку.

– И тебе, дочка, - бодро ответила мама. – Ты уж извини, что вчера так получилось с Наташкой. Мы с отцом и сами не ожидали, что она такое вытворит! Ох, знала бы ты, как папа орал! Я думала он ее прибьёт. А Наташка-то, Наташка-то! Непробиваемая! Мы ей одно, а она нам другое! И что в итоге? Пока я папу успокаивала, она аки мышь, собрала вещи и слиняла!

– Ма, она добралась до меня и все хорошо, - вздохнула. – Что случилось? Наташа мне рассказала свою версию, а вот вашу…

– Что значит «свою»?! Мы ей все: и телефоны, и камеры-микрофоны, и косметику, и одежду, а она? Она университет бросила, академический отпуск взяла хоть, додумалась! И уехала к тебе мол начинать новую жизнь!

– Мам, она молодая и характер взрывной, - успокаивала я маму. Однако и сестру тоже понять не могла. Я вообще не хотела принимать ни чью сторону.

– Ты такой не была, - вдыхала мама. – Как уехала учиться, денег не просила много, не требовала, сама потом работала, училась, старалась… А Наташка! Вот в кого она такая, а?

– В отца…

– Ну да, что это я! Один баран под боком, вторую овцу упертую я родила, - ворочала родительница. – Ты там как? Собралась уже на работу? Наташка тебе не мешает?

– Меня вчера сократили, одним днем уволили, но хоть компенсацию выплатили, - призналась я маме. – Теперь я безработная.

И понеслось… Мама охала и ахала, переживала, что в декабре я не найду работу, спрашивала, как мы будем жить вдвоем без денег, а в конце своей речи не смогла не добавить, что «Юлька замуж выскочила успешно и уже второго родила». Я молча слушала ее, пила кофе и изредка закатывала глаза. Все слова мамы были предсказуемы, но грело то, что она действительно переживает за меня. Пусть своеобразно, но это тоже любовь и забота.

Поговорили мы недолго, маме нужно было бежать на работу. Я же сидела на кухне, листала маркетплейсы, выбираю удобные стулья на кухню. Раньше я могла пить кофе в гостиной на диване, а сейчас там Наташка. Хотелось комфорта и уюта, этим и занялась.

– Вот эти норм, - хмыкнула сестра на ухо, отчего я испугалась и дернулась. – Утречко!

– Ух, я тебя не заметила! – схватилась я за грудь и часто задышала. – Ты чего так подкрадываешься?

– Норм, просто ты где-то витаешь, - расхохоталась сестра. – Ну что? Какие планы? Чем займемся?

Глаза сестры горели предвкушением, на лице по-детски наивная улыбка.

– А что ты хочешь? – спросила ее, а сама задумалась чем бы я сама хотела заняться. Выходить из дома желания не было вообще. Мои мир сузился до моего крохотного, но уютного жилища. Так как я теперь без работы, можно заняться делами: провести генеральную уборку, запустить стирку, перебрать гардероб, приготовить покушать, украсить квартиру, елку нарядить. А вечером можно и кино включить, выпить бокал вина и расслабиться.