— Глава семьи СБ Ананьевских. Он сейчас едет на стоянку. Нужны доказательства. Потом будем думать, что делать.

— Ты, наверное, думаешь, что у меня сумасшедшая семья.

— Ведьма, ты меня сглазила, — ухмыляется Даня. — Моя спокойная семья тоже сумасшедшая. Вчера мне мои предложили сделать Лизе предложение, чтобы сместить фокус с аварии на личную жизнь.

— Лизе? Предложение? — переспрашиваю. — Чтобы она официально владела твоей писей?

— Бля, — ржёт Даня, — в таком ключе я не думал.

— Она моя, Дань! — капризно заявляю.

— Твой, твой! — Даня накрывает мою ладонь своей и ведёт ей к вздыбленному паху. — А теперь поехали ко мне.

— А что ты им сказал? — Осматриваюсь по сторонам и ныряю рукой сразу под резинку его трусов. Дотрагиваюсь до его члена, и сразу спокойнее становится. Сжимаю его и понимаю, что вот он, мой антистресс.

— На хер послал.

— Кого? Ананьевских?

— Ну, одну Ананьевскую, да. Что она им там передала, уж не знаю.

— Почему? — У меня сбивается дыхание от возбуждения, и я внимательно слежу за Даниными расширяющимися шальными зрачками.

— Ну, меня бы ведьма одна на костре спалила, поступи я иначе.

— Я? — улыбаюсь.

— Ты! Ты из-за рилса-то кипиша навела. Я не хочу тебя расстраивать.

Он так всё открыто говорит, что все мои сомнения и ревность улетучиваются моментально. Я ему верю и всё. Я вижу, что он выбирает меня.

— Дань… Я тобой восхищаюсь!

— Знаю, ведьма Вейде, — самодовольно улыбается. — Пойдём!

С сожалением вытаскиваю руку и её же вкладываю в Данину ладонь.

— А зачем им вас сводить? Это что, так интересно людям? Все же обсуждали, сколько ты Мротов спалил вчера, а не Лизу.

— А потом всплыла инфа, что Лиза эскортница и я её снял. И она тоже попросила меня подыграть. Она за контракты переживала, а мои надеялись, что такая пара «нестандартная» оттянет внимание.

— А она эскортница?

— Да ты чо, нет, конечно.

— И что теперь будет?

— Да всё уже улажено. Я послал Аню на хер и поехал тусить с Фарой и Ред Флоу. Открытие клуба было. Ну и там Дена кто-то в крысу сфоткал с его девушкой. Она известная певица и замужем, а ещё у неё один стиль с Шабановой. Реально прям похожи. Ну и я быстро сообразил и позвал Лизу в клуб, наснимали совместных видосов. И теперь Лиза якобы девушка Ред Флоу. В итоге она не эскортница, я не её клиент. Денис спас репутацию своей подружки. Сам вместе с Лизой обменяется аудиториями и оба медийку себе прокачают. Их сейчас обсуждают все светские помойки, ну а про меня почти забыли, потому что ночью был взрыв с погибшими. Цинично, но мне на руку. А Ананьевские чартерами отправят опоздавших на рейс. Кому-то компенсацию выплатят. Батя, конечно, сказал, что мою хату на это пустят. Но мне похуй. Я этой ночью понял, что ни от кого зависеть не хочу и ничего мне ни от кого не надо. Чтобы потом под чужую дудку плясать, нахер надо. Сам всё разрулю.

Даня сажает меня в машину, и я смотрю на него с обожанием. Это больше не тот парень, что был в конференц-зале.

— Пиздец! Я тебя теперь ещё больше хочу! — Шепчу ему, чтобы охранники не услышали.

— Сам от себя прусь, — довольно щурится на солнце и хлопает дверью.

Усаживается рядом со мной посередине машины, и мы едем плотно прижавшись друг к другу из-за стесняющего нас охранника. Чувствую бедром вибрацию в Данином кармане и отодвигаюсь, чтобы он вытащил телефон.

— Да, Сергей. — Принимает звонок.

— Дань! — Слышу через фонящий динамик мужской голос. — Приехал на стоянку. Машины твоей нет. Никто ничего не знает. Записей нет. Всё подчистили.

— В смысле подчистили? Как нет? А где она? — Растерянно спрашивает Даня.

— Ну, раз ты утверждаешь, что Дорошенко поставил камеры, то, вероятно, и об этом позаботился он, — говорит мужчина, и слышно, как выпускает дым. Аж самой покурить захотелось.

— Дань, — притягиваю его за рукав, — Игорь не мог позаботиться об этом. Он всю ночь был у мамы, не отпускал её руку. Вообще от неё не отходил, ни звонил, ничего.

Вспоминаю бледную заплаканную маму, и слёзы как по команде начинают литься из глаз. Думала, их уже не осталось. Перед глазами стоит и Игорь. В голове не укладывается, но я верила в его беспокойство. Чёрт, я даже поверила, что он маму любит. Притом очень сильно. Я не понимаю… Как люди могут быть такими двуличными? Они притворяются или в нас действительно живут свои демоны, в каждом столько оттенков, что всё может ужиться в одном человеке?

А я тоже такая? Боюсь, что да…

А Даня?

Зачем я пытаюсь оправдать Игоря?

Потому что ночью почувствовала себя частью сплочённой семьи и отчаянно хочу вернуть то, что когда-то у меня было, сама отвечаю на свой вопрос. Мой мозг сопротивляется и не хочет воспринимать ужасную действительность. А поэтому я предпочитаю закрывать глаза на неудобную для себя правду. Кажется, мама так и живёт. Большую часть времени пребывая в своих иллюзиях.

— Сладкая, на это много времени не надо, — шепчет мне Даня. — Сергей, а что мне теперь делать со страховой?

— А это вторая «хорошая новость», Дань. Застрахован ты в компании, основным бенефициаром которой является кипрская компания OM GROUP LIMITED. А эта компания, в свою очередь, управляется компанией ESD IBS, зарегистрированной на Каймановых островах. Обе связывают со структурами Игоря Дорошенко.

Путаюсь во всех этих названиях, но это не мешает мне поражаться, насколько у Игоря всё схвачено. Везде свои щупальца запустил.

Как же мама решит с ним вопрос? Надеется, что он просто потеряет ко мне интерес? Но она же знает, что он этого хотел, знает, что он смотрел. Неужели она сможет это проглотить?

Уже смогла, раз согласилась выйти за него замуж. Кладу голову Дане на плечо и вспоминаю, как она шептала ему «Да, да, да», а Маруся с Олегом радовались. Что она сделала, что они так к ней относятся? Провела с ними два дня, и они от неё без ума и считают нас семьёй.

Дурдом. У меня мозг сейчас взорвётся.

— То есть бабок мне не видать? — Разочарованно спрашивает Даня.

— Ну, будет сложно что-то получить. Если мне дадут отмашку, я, конечно, покопаюсь, но шансов мало, Данил. Девушка-то хоть стоит того? — Иронично спрашивает мужчина.

— Стоит, Сергей, стоит, — Даня на этих словах сжимает мою ляжку и грустно мне улыбается. — Ладно, спасибо!

— Дань, прости! — Шепчу ему и плачу. Зачем я его во всё это впутала? Пиздец какой-то. — Я тебе куплю машину, у меня есть деньги!

Вот и пригодятся подарки Игоря. А если мне не хватит полностью оплатить ему «Порш», под кроватью с лихвой хватит золота на любую машину.

— Ты хочешь купить мне «Порш»? У меня встал, ведьма Вейде, — шепчет в ответ Даня. — Этого достаточно. Ты забыла, что я собираюсь стать лайт-олигархом? Сам куплю. Но в свой аккаунт Яндекса можешь меня подтянуть и за таксишку мне башлять.

— Ты серьёзно? Не злишься на меня? — С неверием смотрю на Даню.

— Сладкая, не компостируй мне мозг. Я не злюсь, просто надо подумать, как бате отдать двадцать пять лямов, и всё. Но ему не срочняк, так что терпит.

Господи, я его люблю! Нет, я понимаю, что он не сам заработал на эту машину и как зарабатывать не знает и не отдаёт себе отчёта, скорее всего, но всё же.

Папа иногда так кричал на маму из-за купленной лишней блузки. А какой был скандал, когда она мне в школу купила вместо рюкзака брендовую сумку? Вспоминаю и ёжусь. Казалось, это всё в далёком прошлом, но нет. А как в последние годы выпрашивал последние евро, чтобы в автоматы сходить? В те моменты я чувствовала такую брезгливость к папе.

Странно, как у меня это всё со временем забылось. И сейчас мне хочется поскорее избавиться от этих воспоминаний. Приходит мысль, что, может, мама была права? Звучат её слова «Лузер, неудачник, убогий, конченый, жалкий», и теперь мне хочется с ними согласиться? Нет, так нельзя, он же мой папа. Я его всё равно люблю.

Но разница настолько очевидна, что меня разрывает от мыслей. Материальные вопросы всегда ассоциировались с унижениями и скандалами, а тут ничего. Вообще ничего.