Затем мне опять дают свободное время до ужина, потому что, судя по всему, олигарху приспичило примириться вне расписания.

— Дана, — прихватывает меня мама за локоток, — постарайся создать семейную атмосферу. Чтобы Игорю было уютно с нами. Понимаешь?

— Нет. Я не помню, что такое уютная семейная атмосфера. Меня оторвали от моей семьи, а до этого вы пять лет скандалили.

— У тебя пубертат когда-нибудь закончится? — Смотрит на меня, как на врага народа.

— Пубертат? — Хочется ей высказать всю свою боль, но потом вспоминаю, что она почти разрешила слетать мне в Ригу, и замолкаю. Пофиг, проглочу. — Хорошо, мам, постараюсь.

Шеф Игоря из Красноярска и готовит нам какого-то редкого оленя. Ощущение, что он не прислуживает, а мы у него в гостях. Он так интересно всё рассказывает, что я включаюсь в обсуждения и думаю о том, что потом смогу перед Даней щегольнуть. Господи, я такая пикми. Ужас! Докатилась!

Дорошенко больше не хамит, вообще весьма приятный, обсуждает с мамой какую-то образовательную платформу и гранты для студентов. Ощущение, что он хочет запустить что-то похожее на программу родственников Дани.

А потом подтверждает мои догадки и говорит о том, что ему это интересно только в том случае, если конкурирующих программ не будет. Ему нужно взращивать лучших кадров, и он готов жертвовать намного больше.

Понимаю по их разговору, что это обсуждается не в первый раз, и мама, заметив мой интерес к разговору, предлагает мне приготовить с Алексеем десерт в доме.

— Я плохо готовлю, — возражаю, мне дико интересно, что они затеяли.

— Как раз научишься. Давай, котик, — строит мама из себя ласковую и добрую при своем хахале.

Мне ничего не остаётся, как последовать за поваром и помогать ему раскладывать ягоды, хотя на огромной профессиональной кухне полно помощников.

Интересно, где они все живут и как передвигаются по дому, я никого не видела, пока находилась внутри.

От десерта в итоге отказываются, и меня отправляют спать.

От нечего делать снова мониторю Данину страницу и читаю подслушку. Когда устают глаза и мозг кипит от пустого скроллинга, с ужасом обнаруживаю, что уже два часа ночи. Залипла, так залипла.

Зато теперь я ориентируюсь в Даниных друзьях, подругах и предполагаемых девушках.

Я ожидала увидеть у него фотографии с Никола-Ленивца, но всё лето он практически ничего не постил. Только изредка скидывал треки.

Долго ворочаюсь и не могу уснуть. Мне сложно спать на новом месте, и комната слишком большая. Хочется выпить молока, но я не знаю, насколько это уместно.

Выглядываю в коридор, горит только ночная подсветка, и ни души. Решаю, что в такое время все спят, и прямо в пижаме выхожу из комнаты. У лестницы меня настигает девушка в переднике и пугает меня практически до инфаркта.

— Вам чем-то помочь? — Услужливо интересуется девушка. Бедная, она дежурит что ли?

— Я хотела выпить молока.

— Я вам принесу, возвращайтесь.

— А можно я сама выпью? На кухне.

— Парадной?

— Парадной? — Уточняю.

— Да, для хозяев, — говорит горничная, будто у них ещё крепостное право не отменили.

— Вероятно, там.

Она кивает и провожает меня на кухню. Подогревает для меня молоко и бесшумно удаляется. Я её предупреждаю, что обратно меня провожать не нужно.

Дом такой большой, что если бы мы с мамой сюда переехали, я бы её и не видела толком. Перспектива заманчивая. А ещё лучше, если она переедет, а я останусь одна в квартире. Господи, это было бы потрясающе. Ради такого я реально готова подыгрывать ей. Профит всё-таки есть.

— Не спится? — Чувствую руку на пояснице и подпрыгиваю на месте от холодного касания и металлического голоса Игоря. — Прости, не хотел тебя напугать.

Мне становится жутко некомфортно и неловко. Чувствую себя воровкой молока и нарушительницей режима. А еще мне не понравилось, что он меня коснулся.

Благо, он отходит от меня и открывает холодильник.

— Не спится, — отвечаю наконец и с удивлением наблюдаю, как он разбивает одно за другим сырые яйца и выпивает их. Извращенец.

Но извращенец в хорошей форме. Его халат распахнут, и там виднеется хороший такой пресс. Интересно, сколько ему лет. Мой папа выглядит хуже. Сильно хуже.

— Так что, встречаешься с Даней Кузьминым? — Спрашивает ни с того ни с сего.

— Да… Не то чтобы… Я не знаю… Нет, — у него такой взгляд цепкий, что соврать, как маме, не получается.

— Понятно, — ухмыляется. — Хорошая семья. Порядочная.

— Вы его знаете?

— Нет. Я играю с губернатором Вороновым в гольф, обсуждали как-то их семью, — между делом говорит Игорь и после небольшого раздумья разбивает еще одно яйцо. — Тебе нравятся ровесники?

— Да… — не понимаю, к чему он клонит. А что мне, в школьников влюбляться?

— Ты очень красивая девушка. Необычайно, — выкидывает скорлупу и опирается руками на столешницу подле меня.

— Спасибо. В маму, — смущённо улыбаюсь.

— Ты что-то хочешь? — Наклоняет ко мне корпус.

— Нет, спасибо. Я допила молоко, — встаю и ставлю стакан в раковину. Разворачиваюсь и впечатываюсь в его крепкую фигуру.

— Я не об этом, девочка. Что ты хочешь вообще? Всё что угодно. Я могу устроить, — говорит слишком близко к моему лицу. Может, не хочет, чтобы его подслушивали.

— Попросите маму отпустить меня в Ригу к папе и к бабушке на каникулы.

— Я дам тебе самолёт. И всё? — Улыбается.

— Да. Спокойной ночи! — Высвобождаюсь и убегаю к себе. Странное чувство. Очень. Залезаю под одеяло с головой и пытаюсь понять, что это было.

— Котик! Котик! — Слышу голос мамы сквозь сон и чувствую её руку у себя на волосах. В голове сразу ставлю отметку, что она в отличном настроении, раз я котик и она ласковая. — Котик, спи. Хотела предупредить, что мы с Игорем улетаем на два дня. Водитель тебя отвезёт домой, когда захочешь. Можешь сходить в бассейн, в зал.

— Я сегодня ночую одна? — Сразу же просыпаюсь и не могу поверить в своё счастье. Дашку наконец-то позову в гости.

— Да, котик. Я тебе перевела уже деньги, закажешь что-нибудь. Не скучай!

Мама целует меня в лоб и уходит. Вся сияет, давно я её такой счастливой не видела. Именно по-женски счастливая. Такая мягкая кошечка сразу. Что же… Спасибо олигарху! Спонсору моего и маминого настроения. Но он, конечно, своеобразный персонаж. Зачем только эти яйца вспомнила…

Воскресенье становится моим днём восстановления за все прошедшие дни. Это буквально награда для меня. Кажется, я никогда в жизни так не кайфовала.

Чувствую себя принцессой из «Дневников принцессы» с Энн Хэтуэй. Проснулась одна во дворце, позавтракала прямо в постели. Мне принесли каких-то невозможно вкусных хлопьев, я таких никогда в жизни не ела, свежайших круассанов с шоколадом и голубику вкуснее, чем у бабушки в Юрмале.

Потом меня отвели в хаммам, распарили, сделали пиллинг и массаж, а позже я поплавала одна в бассейне. Одна…

Ну разве что чудесного перевоплощения не было, как в кино. А пирог с рабарбаром на террасе, который мне испёк шеф из Красноярска. Бомба!

Осталось Дашку подхватить, и наконец-то совместная ночёвка будет у меня! Мама мне даже в гости никого не разрешала позвать все эти годы, что мы живём в Москве.

Дашка приносит с собой всевозможные маски, свечи, палочки пало-санто, чтобы мы устроили себе максимально женский день.

Но самое главное, что она мне приносит, это, конечно же, сплетни.

— Короче, приготовься к тотальному охереванию, — выдаёт мне Даша маску для пяточек и ждёт мою реакцию.

— Я готова, — надеваю увлажняющие носки и внимательно слушаю подругу.

— Когда ты ушла, Диана с Ульяной просто чуть не разорвали Даню. Я понимаю, что мы все набухались, но не до такой же степени?! Они даже торт с его пальцев слизывали. Задирали ему футболку, пока он за своим столом поздравления принимал, и присасывались к его торсу, как пиявки, — радуюсь, что не видела этой картины, иначе бы меня вырвало прямо там. — Ты прикинь? Как будто они задались целью во что бы то ни стало переспать с ним. А он вообще не реагировал. Как будто это в порядке вещей, когда его девицы малознакомые обсасывают. И короче, в один момент к ним за стол подходят ещё какие-то две подружки-потаскушки и начинают на Даню с другой стороны вешаться. Если наши нижнюю нишу взяли, то те в районе шеи работали. Представила?