— Мальчики, — кричит мама, — у меня гребешки остынут и станут резиновыми, потом наиграетесь. Пойдёмте к столу!

— Только попробуй, Анчелла, — предостережительно шепчу явно не радостной сестре, когда мы направляемся в дом.

— Что? Боишься лишиться панамеры? Не о том думаешь, Даниссимус, ой не о том, — тоном злодейки шепчет сестрица.

— А о чём ещё мне думать?

— О причинах, по которым ты забыл свою подружку, это раз, — начинает Аня пафосно загибать пальцы. — Два — на что ты будешь так же беззаботно жить дальше. Три — как тебе избавиться от пагубных зависимостей. Четыре — даже не вздумай её снова тащить в постель. Нам падчерица Дорошенко не нужна! Держи свой член на привязи!

Как же это всё скучно. Мне только двадцать, ну когда, если не сейчас?! Ещё и диктует, с кем мне мутить. Конечно же, вздумаю и затащу. Будь она хоть дочкой папы Римского.

— Бред какой. Ещё скажи, что я сексоголик. Хотя, классно звучит. «Привет, я Даня, мне двадцать, и я сексоголик». Бля, спасибо, бро. Так на дэрэ всех и буду встречать. А то голову ломал.

— Дань, я сейчас серьёзно! Ты не в порядке!

— Это кто тебе сказал? Я в абсолютном порядке, и меня жутко напрягает, что ты всё драматизируешь. Тебе скучно стало в своей олигархической семье? Что ты ко мне прикопалась?

— Послать бы тебя сейчас. Но ты мой брат, я тебя очень люблю и очень за тебя переживаю.

— Ань, — насильно обнимаю сестру, — спасибо за заботу. Я тебя тоже очень люблю. Но в помощи я не нуждаюсь, я в абсолютном порядке. Не утрируй и всё, ок? Лучше бы ты переживала, что твоего любимого брата сталкерит одержимая журналисточка. А не то, что мы снова предадимся любви.

— Она тебя не сталкерит. Вы просто оба жертвы маркетинга и ходите в самые попсовые места.

Обидно. Я всегда считал себя не таким, как все. С тонким вкусом и необычными предпочтениями. Да ещё и малышка меня не сталкерит. Даже не знаю, что досаднее в этой ситуации. Хотя нет, она в любом случае помешана на мне.

— Думаешь? Всё лето в одно и то же время в одни и те же места?

— Надеюсь, что это просто совпадение. По крайней мере, падел в одиннадцать по понедельникам, средам и пятницам точно совпадение. Ты пропускаешь регулярно, она нет. И она была во всех этих заведениях не единожды.

— Откуда ты всё это знаешь?

— Прошерстила её профиль вдоль и поперёк. Почему ты этого не сделал, вопрос. Но наши парни в любом случае подробнее покопаются.

— Мне лень. Перед сном гляну. Есть на что посмотреть-то вообще? Или только личико кукольное?

— Ты серьёзно думаешь, что я смотрела на что-то, кроме информации? — Закатывает сестра глаза и направляется в столовую. — Сиськи у неё отличные!

Ржу с сестры, которая вечно хочет казаться серьёзной и супер ответственной, а на самом деле та ещё плутовка.

— Ань, десять из десяти? — Нагоняю сестру.

— Девять. У Ники десять!

Воу! Она точно десять из десяти! И плевать, что с ебанцой и бессовестная сплетница. На самом деле это моё любимое комбо.

При мыслях о девчонке вся кровь из мозга отливает. И кто здесь импотент? Точно не я.

А день не такой уж и отстойный, по сути всё заебись.

— Так, всё, садитесь на свои места! — Командует мама. — Донь, возьми с консоли пакетик. Это от меня лично подарок.

Вспоминаю про свой подарок сестре и мчу к себе в комнату. Спускаюсь вниз и довольный вручаю увесистый пакет.

— А это тебе! Забыла совсем, — протягивает сестра чёрный мешок в ответ, и я сразу понимаю, что там обвесы Chrome Hearts.

— Спасибо, бро, ты лучшая!

Немедленно примеряю охуеть какие крутые очки, надеваю кольца, браслеты и подвески. Заебись! Просто мясо! Но теперь стыдно, что я ей купил только золотой ёршик. Надо было потратиться и на что-то не стёбное.

Аня открывает с интересом коробку, ни о чём не догадывается, а я понимаю, что мне сейчас достанется по полной и хорошо, если этот ёршик не окажется у меня в заднице.

Ну а что, это мем, над которым мы вечно ржали. И как только я узнал про дом, выбор пал.

— Мам! — Кричит Аня, — Ну зачем ты этого идиота родила?

Вижу по сестре, что она и убить меня готова, и еле улыбку скрывает. Значит, зашло.

— Бро, мы так-то комплектом шли, — треплю её по зализанной голове и порчу всю причёску под её визги.

— Тоже самое хотела ответить, — поддакивает мне мама. — Дань, ну что это за шутки дурацкие в самом деле. Я же просила купить Ане что-то значимое. Всё, садимся. Устала от ваших разборок. Ей богу, совсем не взрослеете!

Возвращается папа из винного шкафа с бутылкой «Рюинара», и я уже предвкушаю холодные пузырьки и расслабленное состояние.

— Я не пью, вы же знаете, — отодвигает Аня от себя бокал.

— Супер! Мне больше достанется.

— А вот и нет! Ты тоже не будешь! Папа, у Дани проблемы с алкоголем и не только. Как раз хотела с вами об этом поговорить.

Я аж заикаться начинаю от такой подставы. Ну всё же хорошо было. Обменялись подарками, что она начинает?

— И не только? Что ты хочешь сказать? — Папа сразу на серьёзных движениях начинает разбираться.

— Не знаю уж, как он развлекается, но он совсем не помнит девушку, с которой у него были единоразовые отношения, так скажем.

Пиздец. Я такой подставы не ожидал. Мама мельтишит вокруг острова и не знает, чем себя занять, а батя так и застыл с бутылкой в руках. Хотя самое время бахнуть пробкой.

— Ой, Ань, ну такое случается. Не я первый, не я последний.

— Это ещё не всё, — сестра не унимается, и я молюсь про себя, чтобы она наконец заткнулась, — сегодня я стала свидетельницей, как Даня, как бы это корректно озвучить, как Даня повторяет с двумя студентками иллюстации в духе Брунеллески.

Чего блядь? Что она несёт? Подозреваю, что чел не учебники иллюстрировал. Перевожу взгляд на папу, и по его багровому цвету лица понимаю, что это пиздец.

— Обязательно на родителей вываливать подробности моей личной жизни? Я же не рассказываю, как ты тут полуголая в наручниках разгуливала.

Родители выпучивают глаза и в шоке смотрят на сестру, а затем переглядываются между собой.

— Ты охренел? — Возмущается Аня.

— А что? Ты меня сдаёшь, я тебя! Справедливость, бро.

— Паша, — вздыхает мама, — открывай бутылку. Надо выпить!

Мы с Аней метаем друг в друга молнии, пока папа возится с пробкой. Я ожидал громкого хлопка, но увы, он открывает бутылку бесшумно, и напряжение продолжает сквозить между нами.

Вот сучка! Всегда меня покрывала! Всегда! И именно сегодня решила сдать. Хорошо, что я полностью внёс оплату за тусу. Иначе я уже и не знаю…

— За наших вдруг повзрослевших детей! — Чокается папа и осушает бокал в один глоток. — Рассказывай, Нютик.

Я сейчас просто комок из пассивной агрессии. Я реально не ожидал такой подлости от самого близкого человека. Только не от неё!

Я поверить не могу, что она сидит и ябедничает на меня и рассказывает предкам всё без прикрас. Ну самые жёсткие моменты можно было как-то сгладить? Брунеллески блядь! Додумалась!

Даже защищаться нет никакого желания. Мои вздохи, гримасы и глаза говорят за меня.

— Борис уже съездил в аптеку за тестом, — вонзает мне нож в спину сестра. Хорошо, что она совсем не прошаренная и сейчас обломается конкретно.

— Без проблем, я пописаю, — улыбаюсь сестре и потрясённой маме. — Спасибо, бро, за интересную программу на семейном обеде!

— Даня, прекращай. Нам предстоит с тобой долгий разговор в любом случае, — чрезвычайно серьёзно говорит отец.

Слышу звонок в домофон, встаю из-за стола и иду за тестом к водителю.

Молча забираю пакет и удаляюсь в уборную. Без малейших опасений орошаю полоску, а второй тест на слюну прямо при предках пройду. Аня наверняка была уверена, что продукт распада разных веществ выводится месяцами, однако, большинство химии через сутки не отследить. Да и я не злоупотребляю. Обычное баловство.

— Держи, бро, — кидаю чистый тест ей к тарелке. — Обломалась?