— Ты помнишь, что я тебе обещал? — Останавливается у колен и разводит мои ноги ещё шире.

— Не-е-ет! — Моя способность соображать с каждым его поцелуем отключается, все мои мысли сосредоточиваются на моих желаниях и жажде поскорее ощутить его язык на своей влажной от возбуждения коже.

— О, а ты уже всё принесла, сладкая, — тихо шепчет, заставляя всё тело вибрировать.

— Что принесла? — Отрывисто спрашиваю.

Даня оставляет меня без ответа и продолжает осыпать внутреннюю сторону бёдер поцелуями. Он скрупулёзно ласкает каждый сантиметр моей кожи, пробираясь выше и выше.

— Моя самая красивая! Самая сладкая! — Доносится откуда-то издалека, у меня от желания и слух отключается, будто все ресурсы направляются на получение удовольствия.

— Блядь, да-а-а-а! — Мой стон словно и не мой. Зарываюсь в Данины волосы и выгибаюсь навстречу его языку и губам. Но он продолжает меня дразнить и оставляет меня изнывать, продвигаясь выше. Втягиваю живот, когда он щекочет губами кожу вокруг пупка, застываю, когда целует рёбра. Мычу, когда всасывает и прикусывает губами сосок.

Он постоянно зависает то на груди, то на шее, втягивает мой аромат, нежно гладит и никак не даёт мне желаемого. От мощного прилива крови к вагине чувствую мучительное напряжение, понимаю, что не в силах вытерпеть его пусть и безумно приятную, но изводящую прелюдию, нахожу его член, направляю в себя и сама насаживаюсь с протяжным стоном, получая долгожданную заполненность.

— Нетерпеливая сучка! — Чувствую Данину улыбку на своей шее, и в ту же секунду он целует меня и глотает следующий стон.

Сплетаюсь с ним языком и сама задаю нужный мне темп, он синхронизируется со мной и двигается ровно так, как мне хочется, неторопливо, но уверенно меня растягивая.

Он прекращает сжимать мне грудь, и я слышу шелест упаковки. Он что, решил презерватив надеть? О нет!

— Что ты там делаешь? — Разрываю поцелуй и капризно спрашиваю.

— Закрой глаза, — в его шёпоте слышатся такие властные нотки, что я чувствую выделение новой порции обильной смазки и покорно подчиняюсь.

Даня продолжает шебуршать, разгоняя моё любопытство, практически останавливаясь во мне, вынуждая и разрешая мне двигаться самой, так как хочется, доставляя немыслимое удовольствие.

Сначала я ощущаю яркий ягодный запах, а затем ледяное, липкое, сладкое прикосновение к губам.

— Я поняла, — улыбаюсь и провожу языком по малиновому льду. Очень приятные ощущения. Тело уже вспотело от возбуждения, в комнате душно, Данино тело горячее, а лёд освежает и запускает новую порцию огромных мурашек.

— Соси, — Даня грубо проталкивает мороженое мне в глотку и имитирует глубокий минет. Рот заполняется вязкой слюной, а я чувствую, как от холода у меня сжимаются и мышцы влагалища, и я ощущаю Даню совсем на новом уровне. Я мычу от проникающего мороженого, он стонет от моей хватки и входит глубже, наращивая темп. — Моя способная сучка!

Даня вынимает лёд и впивается в меня поцелуем, ненасытно вылизывая сладкие губы и язык, параллельно измазывая меня ледяным сиропом. Сладость стекает по моей шее, груди, животу, даря абсолютно неизведанные и приятные ощущения. Холод от прикосновения с мороженым сменяется жаром Даниных губ, которые неотрывно следуют за розовой субстанцией.

— Пиздец! — Хрипло шепчу и уже предвкушаю прикосновение льда к своей горячей чувствительной плоти. — А-а-а-а-а-х!

Когда это происходит, меня будто током прошибает, и я выгибаюсь, как эпилептик. Лёд, его горячие пальцы, снова лёд и тепло рук. Я явственно ощущаю, насколько туго обхватываю его член, изредка открывая глаза, чтобы следить за восторженной реакцией Дани.

Он выходит из меня со стоном сожаления и начинает чередовать лёд с губами.

— Вейде, м-м-м-м! — Невнятно стонет, слизывая перемешанное с моей смазкой мороженое, заставляя меня извиваться, как змея, срывать горло от криков. Надеюсь, администрация не вызовет полицию… Пофиг, я готова за это отсидеть!

Голова кружится от переизбытка ощущений, чувствую, что меня вот-вот разорвёт на тысячу частиц, мир сужается до одной точки, я теряю способность видеть, всё плывёт перед глазами, а в районе моей вагины закручивается настоящее торнадо.

Только я понимаю, что лучше уже быть не может, как мороженое проникает в меня и возвращает меня в реальность. Распахиваю глаза в неверии и понимаю, что это действительно не Данин отчего-то ледяной палец, а фруктовый лёд.

— Я же заболею! — Остатки адекватности прорываются из меня с трудом, потому что это до одури хорошо. — Блядь, я тебя потом убью!

— Ага-а-а-а, убей! — Даня вынимает из моей замороженной вагины мороженое, облизывает его и смотрит на меня совершенно обезумевшим взглядом. Снова погружает в меня и снова облизывает лёд.

— Ты извращенец конченый! — сиплю, не в силах оторвать от него взгляд. По его пальцам стекает малиновая приторная эссенция, и я безумно хочу их облизать. — Дай мне!

Даня улыбается, протягивает мне липкое мороженое, но я жадно вылизываю его пальцы и мычу от удовольствия. Я завтра извожу его член в сливках и вылижу с таким же наслаждением.

Он откладывает текущий десерт на тумбочку и снова спускается к моей измазанной вагине. Согревает своими горячими губами и прилежно избавляет меня от следов малинового безумия. Проникает языком внутрь и сводит меня с ума, отогревая.

— Вроде чисто! — Ответственно заявляет и вгоняет в меня член до упору. — Бляяяядь, Вейде! Охуенно!

Даня начинает тяжело дышать, резко входить, ускоряться, замедляться и погружать меня всё глубже в забытье.

Притягиваю его к себе и впиваюсь ногтями в спину, ищу его губы, тянусь к ним, как к источнику.

— Хочу кончить вместе! — Шепчу ему на последнем издыхании. Его руки крепче сжимаются на моих бедрах, ещё теснее и глубже нас сталкивая. Напряжение становится невыносимым, а затем я чувствую долгожданное облегчение и непрекращающиеся судороги. Даня продолжает двигаться, растягивая моё наслаждение, и наконец обильно изливается, матерясь мне в губы.

— Странно, они мне так в детстве нравились. Тесто ниочёмное, патисьер неправильно сварен, — разочарованно откладывает мою любимую булочку «кофейницу» Даня.

— Мне тоже они казались вкуснее, но я всё равно счастлива, что снова их ем! Ещё и солнышко выглянуло! Надо скорее ехать в Юрмалу!

— У меня что-то Uber не запускается, — хмурится Даня. — Может каршеринг возьмём? Я видел там теслы стояли.

— Ты что? Только на электричке, я так хочу прокатиться!

— Сладкая! Ты меня убиваешь! У меня от Ориго тусы травма на всю жизнь осталось, когда мы с корешами сбежали от предков и поехали в Ригу. Как там воняли бомжи! Второй раз этого не вынесу.

Я хохочу на весь ресторан от Даниной физиономии и от того, что у нас на самом деле намного больше общего, чем я думала. Ко всем его плюсам добавилось понимание одного контекста, шуток и культуры. Я до сих пор от этого в шоке. Я здесь прожила четырнадцать лет, а в местных заведениях лучше ориентируется он.

— Обратно на шере доедем, хорошо? Мне необходимо проехаться на электричке!

— Если в ориго мне доебутся эти пахучие маргиналы, с тебя… — Даня озорно улыбается и изображает глубокий мысленный процесс.

— Любое твоё желание.

— Идёт, Вейде, — Даня озаряет меня своим светом.

Бабушка с папой ждут нас на обед, но мы хотим ещё забежать на фудкорт, который построили в бывшем ангаре для дирижабля рядом с рынком, и погулять по пляжу в Юрмале.

— Даня! — Выбегаю из туалета перед выходом, — я тебя убью! У меня до сих пор мороженое вытекает! Все трусы липкие и розовые!

— Можешь связать меня, — Даня складывает запястья и вытягивает ко мне, — и наказать!

— Например? — Понимаю, что я сейчас заиграюсь и мы опоздаем и на электричку, и на обед, но остановиться не могу, он меня распаляет одной хитрой улыбкой.

— Например, можешь задушить меня сиськами!

— Тоже мне наказание, — закатываю глаза и иду переодеваться.