— Провалы в памяти обычно описывают как чёрные, тёмные дыры, за которые трудно ухватиться.

— И что это значит?

— Понятия не имею! — фальцетом выдает она, сжимая ручку так, что та гнётся и ломается пополам.

— Ты в порядке?

— А по мне не видно⁈ — Эстер пытается глубоко дышать.

Этой женщине будто вибратор во внутрь засунули, вон как вспотела. В решётчатом окне двери подвала вижу довольное лицо Сатана. Теперь понятно!

— Хреновый ты психолог! — хмыкаю я.

Не может справиться с этим психом. Если Сатан помешался на нашей психологичке, то никто её не спасёт, кроме хозяина или его госпожи. Но учитывая, что один в тюрьме, другая в бегах, понятно, что её никто не спасёт от этого беса.

— Расскажи тогда, что помнишь, Рагнар, — просит она, закидывая ноги по-другому.

«Может, просто уйдём?» — заверещали в панике демоны. Им тоже не хотелось говорить об этом, не только мне, но и им хотелось забыть.

Я лёг на матрас и закрыл глаза, погружаясь в то время.

Тьма схлынула, и передо мной возникла арена, залитая багровым светом факелов. Запах крови и пота въелся в каждую пору. Гул толпы, жаждущей зрелища, оглушал. Я стоял посреди этого ада, сжимая в руках окровавленный нож. Мое тело покрывали раны, но усталость не ощущалась — только зверская жажда выжить.

Напротив меня… был Торвальд. Мой друг. Тот, кто делился со мной последней коркой хлеба, последней каплей воды. Его глаза, обычно полные смеха, сейчас горели страхом и отчаянием. Он тоже держал нож, но руки его дрожали. Тор был слабее меня, он знал, что его ждет.

— Рагнар… прошу… — прохрипел он, его голос утонул в реве толпы.

Какое-то мгновение я колебался. Сердце сжалось от боли и вины. Но потом я вспомнил голод, жажду, боль, унижение, которые мы пережили вместе. Вспомнил, что хозяин сказал: «Выживет только один». И я знал, что если не убью друга, то погибну сам.

— Прости, Тор, — прошептал я и ринулся в атаку.

Он попытался сопротивляться, но его силы были на исходе. Каждый удар давался мне с трудом, каждое движение отзывалось болью в сердце. Я видел страх в его глазах, когда мой нож пронзил его грудь. Он упал, смотря на меня с укором и непониманием.

Я стоял над его телом, тяжело дыша, а толпа ликовала. Победитель. Но победа эта была горькой и отвратительной. Я знал, чего они ждут. Вытащив нож, я перерезал ему горло. Таковы были правила.

Кровь Торвальда окропила мое лицо, напоминая о цене, которую я заплатил за свою жизнь.

Крик толпы звенел в ушах, но я его почти не слышал. Перед глазами стоял только Торвальд. Я опустился на колени рядом с ним, дрожащими пальцами коснулся его плеча.

— Торвальд… прости меня, — шептал я, захлебываясь от горя.

— Это был последний раз, когда я плакал.

— Это ужасно, — всхлипывает женщина. — Теперь понятно, почему вы не помните: ваш мозг просто защищался и стер все воспоминания.

— Стер бы и это, тогда бы мне не пришлось жить с этой виной.

— Это ваше светлое воспоминание, Рагнар. Подумайте об этом до следующего сеанса. С этого мы и начнём.

Эстер встаёт с кресла, чтобы выйти.

— Как она?

— Какой же ты упрямый!

Эстер потерла переносицу.

— Завтра последний день, Рагнар. Выйдешь и сам посмотришь. Я и так нарушаю клятву, которую давала. У меня нет права рассказывать тебе о наших встречах. Могу сказать одно: ей лучше. Она перестала спрашивать о тебе и звать во сне. Даже рисовать тебя с собой перестала. С каждым днём Эсфирь становится старше, и я говорю не про возраст.

Женщина, слегка пошатываясь, вышла из подвала. Как только железная дверь с грохотом закрылась, я услышал шлёпок. Кому-то дали жёсткую пощечину!

Я усмехнулся. Моя Эсфи меня бы не ударила. Скорее, она сама прыгнет в огонь вместо меня. Моя розовая принцесса…

Завтра я выйду отсюда и наконец смогу её увидеть!

— Я не согласен! — сразу отрезаю его глупые мысли. — Я исполнитель, а не руководитель.

Арс недовольно поджимает губы, видимо, ему было обидно, что хозяин выбрал именно меня. Пока он за решёткой, кто-то должен приглядывать за бизнесом и управлять всем. Но почему я?

— Это приказ, и он не обсуждается, — твёрдо и спокойно говорит Арсений.

— Лучше тебя никто не справится с этой задачей. Почему ни Влад или ты?

— Ты один из первых в клубе. Тайрон доверяет тебе больше, чем мне и Владу. Ты знаешь все нюансы. Я буду помогать, но основные решения — за тобой.

Я чешу затылок, обдумывая выход из ситуации. Мне надо разбираться с Карамзановыми!

— Арс… — устало выдыхаю его имя, — давайте как-нибудь без меня…

— Как бы мне не хотелось взять всё в свои руки, я мало что решаю, Рагнар! Тебе придётся взять ответственность и делать всё необходимое до возвращения хозяина. Наша команда всеми силами пытается найти лазейки и вытащить его оттуда.

По рассказам я понял, что вряд ли выход найдётся. Тайрон с Игнатом засветились на встрече, где всё прослушивалось. Вдобавок они пришили там с десяток человек.

— Ты думаешь, правильно наделять такого, как я, властью?

— Во-первых, так ты сможешь держать себя под контролем, Эстер в этом поможет, во-вторых, твоя наследница Коган будет защищена самой мощной армией бойцов в мире, а в-третьих, это был, б…ь, прямой приказ, и он не обсуждается!

Арсений вытаскивает папки и кидает стопку передо мной. Сверху кладёт листок с цифрами.

— Это для ввода в курс текущих расходов, доходов и заказов. На листке — пароль от почты с запросами о заказах. Выбери самые достойные и распредели по свободным киллерам. В твою охрану войдут люди Тайрона, если не нравится — выбери других. У меня тренировка с новобранцами, я пошёл!

Дверь за ним хлопнула так, что посыпалась пыль со стен.

«Брось всё и иди к ней!»

Я только вышел из клетки, как меня нагрузили какой-то хе…й.

Придвинув папки поближе, я принялся за работу.

Арс прав: это даст возможность защитить её. Если Тайрон за решёткой, все полномочия будут на мне до его освобождения, которое, скорее всего, не наступит. Все его злодеяния оценят, если не пожизненным, то как минимум двадцатью годами лишения свободы.

Я смогу защитить Эсфи и дать ей все, чтобы она была счастлива.

Просидев над документами почти четыре часа, я наконец разобрался и рассортировал все по срочности.

Фрэнка, как предателя, устранили, но он был нашим главным программистом, который не только упрощал всю эту волокиту с бумажками, отцифровывая информацию, но и следил за безопасностью наших связей.

Пока распределил всем бойцам обязанности и заказы, мой мозг чуть не взорвался. Оказалось, это не таким уж простым делом. Назначив встречу для общего сбора на утро, чтобы объявить об обязанностях, я свалил из клуба, чтобы размяться.

Душа требовала увидеть ее. Как бы не оттягивал, я не мог больше сопротивляться этому чувству. Маленький олененок привязал меня к себе намного сильнее, чем я думал, за каких-то несколько дней.

Эстер мне ничего конкретно не говорила о ней, только то, что ей стало лучше. Но как это «лучше» изменило ее, я не знал. И меня это пугало!

Вдруг Эсфи теперь меня не захочет видеть.

«Ты дебил? Сам же просил об этом!»

Слова, которые я ей сказал в последний раз, врезались в память. Мои демоны недовольно ворчали. Я достал из бардачка таблетки, которые мне прописала Эстер, и закинул их в рот.

Кто мы теперь друг другу?

Вопрос остался без ответа. Голоса молчали.

Я припарковался рядом с ее домом и включил прямую трансляцию с камер наблюдения. И очень быстро ее нашел.

Моя Эсфи перестала быть розовой! Ее волосы теперь были светлыми, такой приятный, теплый оттенок. Сразу захотелось коснуться их пальцами и ощутить запах малины. Ее запах просто сводил меня с ума!