— Почему ты выбрал первое? — наблюдаю за тем, как молотые частички кофе плавают на поверхности воды.

— Я верю, что у всех есть право на ошибку. Человеческий фактор никто не отменял, — голос мужа звучит непоколебимо. — Плюс, я тоже не подарок. Если я не смогу принять мать такой, как есть, разве кто-то сможет принять меня?

Желудок скручивается в тугой узел, когда улавливаю грустные нотки в словах мужа.

— Ты обещала рассказать, почему вдруг задала этот вопрос, — напоминает Руслан спустя пару секунд.

— Моя мама связалась со мной, — не отрываю взгляда от закипающей воды. — Она бросила меня, когда я была малюткой, а теперь хочет “пообщаться”, — злость смешанная с печалью вспыхивает в груди, просачивается в слова.

Руслан некоторое время молчит, но, в итоге, произносит:

— Я не буду ничего тебе советовать. Просто процитирую слова тети Светы, когда-то произнесенные мне, — прочищает горло. — Наше время ограничено. От человека можно отказаться всегда, но ты никогда не знаешь, что может произойти завтра. Вдруг его не станет, а ты так и будешь мучатся в неизвестности, каждый день жалея о своем решении, — набирает в грудь побольше воздуха. — И еще одно: самое важное — это семья.

Муж замолкает, я тоже не говорю ни слова.

Не знаю сколько времени на кухне царствует тишина. Скорее всего, недолго, потому что ее прерывает бурление приготовленного кофе. Снимаю турку с огня, чтобы напиток «не убежал» и переливаю его в стоящую рядом с плитой большую черную чашку.

Переношу ее на стол, когда слышу шуршание, доносящееся со стороны Руслана.

— У меня два вопроса к тебе, — лукаво произносит муж, и я бросаю взгляд через его плечо. Руслан умоляюще смотрит на меня. — Можно мне, наконец, блинчик?

Усмехаюсь, чувствуя, как напряжение покидает тело.

— Конечно, — отхожу в сторону, открывая вид на стол. — А второй вопрос? — спрашиваю, хотя не уверена, что мне понравится ответ.

Руслан молчит всего мгновение, а в следующее шумно втягивает в себя воздух и твердо произносит:

— Дашь мне возможность исправить свою ошибку?

Я попросила дать мне время.

Это единственное, что у меня получилось из себя выдавить в тот момент.

Вот только ответ Руслану я до сих пор не дала, хотя прошло два дня.

Перед глазами до сих пор стоит боль промелькнувшая в глазах мужа. Руслан, конечно, ее быстро скрыл, но я-то видела.

В тот же день мы вернулись домой, где провели выходные вместе.

Ничего такого не делали — просто общались, узнавали друг друга.

Тетя Света даже альбом с фотографиями мне подсунула, где можно было отследить всю жизнь Руслана от детства до нашей свадьбы.

Боль стрельнула в сердце, когда я увидела нас, стоящих перед ЗАГСом и смотрящих друг на друга. Фотограф запечатлел прекрасный момент — темноволосая девушка в длинном белом платье заглядывает в глаза мужчине в черном смокинге, обнимающем ее за талию. Снимок был сделан до предательства, с которым мне пришлось столкнуться. Девушка на фотографии еще доверяла мужчине.

Со стороны кажется, что мы прекрасная пара. Влюбленная до безумия. Но сейчас, когда эмоции улеглись, я понимаю, что в тот момент ни у одного у нас не было чувств к друг другу. Мы не испытывали ничего отдаленно похожего на любовь.

Руслану я была нужна только для того, чтобы решить проблемы в компании. А я… я просто не хотела оставаться одна после смерти дедушки. В тот момент, казалось, что мой мир рухнул и больше не получится собрать его по осколкам. Поэтому, когда подвернулось “сильное плечо”, на которое можно было опереться, я нырнула в отношения, не думая, что могу удариться о каменное дно.

Да, мы с Русланом до свадьбы успели познакомиться, пообщаться, но это не значит, что смогли толком узнать друг друга. Что уж говорить о любви?

— Какую бы ты свадьбу хотела? — Руслан останавливается за спинкой дивана, на котором я сижу в ситцевом розовом платье и листаю альбом.

— Что? — оглядываюсь через плечо.

Тут же замечаю влажные волосы и то, что муж приоделся. Обычные белая футболка и джинсы придают Руслану очень домашний вид.

Хоть мужу идут деловые костюмы, но, видя его сейчас, понимаю, что вот такой… простой Руслан мне нравится гораздо больше.

— Мы поженились поспешно. Всем “рулила” моя мать, поэтому я даже не сомневаюсь, что она сделала все на свой вкус, не спросив, чего хочешь ты, — Руслан грустно улыбается и убирает непослушную прядь с моего лица. — Если ты дашь нам шанс, мы сыграем другую свадьбу, которая не будет омрачена плохими воспоминаниями, — он с такой нежностью смотрит на меня, что мое сердце пропускает удар.

Не могу отвести глаз от мужа. Кажется, что он меня загипнотизировал.

Дышать получается с трудом.

— Подумай над этим вопросом, — видимо, Руслан понимает, что сейчас от меня ничего стоящего не добьется. — В любом случае, у тебя есть столько времени, сколько тебе будет нужно, — перегибается через спинку дивана, целует меня в лоб, после чего отстраняется.

Еще несколько мгновений смотрит мне в глаза и подмигивает.

До сих пор не могу осознать, что Руслан задал этот вопрос. После всего произошедшего мне сложно поверить, что он действительно хочет начать все с начала.

Даже если на мгновение представить, что Руслан серьезен и у него появились ко мне чувства, то есть еще один немало важный фактор, о котором не стоит забывать — я не уверена, что смогу простить измену.

Жаль, что мысли мысли о наших отношениях с мужем не единственные, которые меня беспокоят. Как бы я не гнала воспоминания о встрече с матерью, они все равно то и дело мелькали перед глазами. Да и записка с номером телефона не давала мне покоя.

В какой-то момент, я вытащила ее из сумки, в которую засунула еще в квартире дедушки, села на кровать у себя в комнате и просто смотрела на нее. Так сосредоточилась на цифрах, выведенных ровным почерком, что даже не заметила, как ко мне подошел Руслан.

— Это телефон твоей матери? — спрашивает он, нависая надо мной.

— Да, — только и удается произнести.

У меня внутри твориться настоящий сумбур. Не понимаю, что чувствую. Кажется, все эмоции связались в один клубок, который не удается распутать. А из-за этого не получается понять, чего я хочу на самом деле — выбросить эту бумажку в мусорку или…

— Позвони ей, — Руслан садится рядом со мной и обнимает меня одной рукой, притягивая ближе к себе.

Поддаюсь. У меня просто не остается сил на сопротивление. Сейчас мне нужен человек, который поддержит. Иначе, боюсь, я полечу в пропасть, в которой меня будет ждать жесткое приземление.

— Но зачем? — кладу голову на плечо мужа.

— Ты перестанешь мучиться. Тебя же никто не заставляет с ней общаться дальше или впускать ее в свою жизнь. Ты просто выслушаешь ее, задашь вопросы. Не сомневаюсь, у тебя их множество, а потом уже будешь решать, что делать дальше, — Руслан поворачивается и кладет подбородок на мою голову. — А вот если ты не поговоришь с ней, будешь жалеть всю жизнь.

Слова мужа так сильно повлияли на меня, что я крутила их в голове все выходные. Руслан прав, сколько бы я не пыталась не думать о матери, с самого детства вопросы о ней периодически возникают у меня в голове. Главный из которых: «Почему она меня бросила?».

Поэтому в понедельник, когда Руслан уезжает на работу, поднимаюсь в свою комнату, с прикроватной тумбочки беру телефон, записку и, пока не передумала, набираю номер.

Длинные гудки действуют на нервы, длятся так долго, что я уже хочу отключиться, но, в итоге, слышу мелодичное “Алло”.

— Это Маша, ваша дочь, — произношу я без приветствия, — я готова встретиться.

Маленькое кафе в центре Москвы встречает меня пестрым интерьером. Ярко-розовые стены с огромными бумажными цветами на них режут глаз. Чуть более светлого оттенка барная стойка больше напоминает прилавок, на котором за стеклом скрываются десерты. Если бы не кофемашина с баристой я бы наверное подумала, что пришла в обычный магазин. Белые столики кажутся единственными светлыми пятнами в просторном помещении, но и они тонут за мягкими розовыми креслами. Большие окна заливают кафе солнечным светом.