— Он знает всё, что знаю я, — Абрам посмотрел на свои руки, покрытые шрамами. — Мы учились в одной школе предательства. Только он был учителем, а я — лучшим учеником.

Грузовик резко затормозил, и их подбросило. Диана инстинктивно прижалась к Абраму. За бортом послышался скрежет открываемых ворот и лай собак.

— Приехали, — бросил Макс.

«Отстойник» оказался старым депо для ремонта тепловозов. Огромные ржавые остовы машин возвышались в полумраке, как скелеты древних богов. Здесь пахло старым маслом, железом и забвением.

Их встретили двое мужчин в гражданском, но с той же специфической выправкой, что и у Серого. Никаких имен, никаких лишних вопросов. Абрама пересадили в старое офисное кресло на колесиках — его ноги всё еще отказывались служить надежно.

— В подвале есть связь и медикаменты, — сообщил один из встречающих. — Но у вас мало времени. В городе объявлен план «Крепость». Ищут черную фуру и грузовик.

Их провели в помещение, которое когда-то было архивом. Полки, заставленные папками с технической документацией, создавали лабиринт. В центре стоял стол с мониторами, подключенными к спутниковой тарелке, скрытой на крыше депо.

Абрам жестом подозвал Диану.

— Садись. Теперь твоя очередь.

— Моя? — она недоуменно посмотрела на него.

— Я не смогу долго удерживать концентрацию, — он указал на клавиатуру. — Мне нужно, чтобы ты вошла в закрытый протокол банка «Вирион». Это личный сейф твоего отца. Там лежат не цифры. Там лежат ключи к его системе безопасности. Если мы их заберем, он ослепнет. Его виллы, его офисы, его охрана — всё превратится в неуправляемый хаос.

Диана замерла. Её пальцы зависли над клавишами.

— Это окончательный удар?

— Это — выстрел в упор, — Абрам наклонился к ней, его дыхание обжигало ухо. — Ты готова убить своего отца, Диана? Не пулей, а правдой?

Она посмотрела на экран. Перед глазами пронеслись годы: его холодные подарки, его безразличные глаза на приемах, его голос, отдающий приказ убрать её мать из жизни. И самое последнее — звук выстрелов в лесу, когда он предпочел её смерть своему разоблачению.

— Я готова, — твердо произнесла она.

Её пальцы начали порхать по клавишам. Абрам диктовал коды, которые он вычислял годами, а она вводила их, чувствуя, как внутри неё растет странное, ледяное торжество. Это было похоже на хирургическую операцию — они вскрывали нарыв, который отравлял её жизнь десятилетиями.

Экран вспыхнул красным: «Доступ разрешен».

— Мы внутри, — прошептала она.

В этот момент на одном из соседних мониторов, подключенных к камерам наружного наблюдения депо, мелькнул свет фар.

— Гости, — Серый мгновенно вскинул винтовку. — Слишком быстро. Кто-то нас сдал.

— Не кто-то, а система, — Абрам не сводил глаз с экрана загрузки данных. — Как только мы вошли в банк, сработал «мертвый маяк». Каренин знает, где мы.

— Сколько времени нужно на скачивание? — спросила Диана, не отрываясь от работы.

— Десять минут, — Абрам достал пистолет и положил его на стол рядом с её рукой. — Диана, если они прорвутся до того, как полоска дойдет до конца… сотри всё. Не дай им забрать ключи.

— Я не сотру, — она обернулась к нему, и её взгляд был таким же жестким, как у него. — Я закончу это.

Снаружи раздался первый выстрел, за ним — серия взрывов светошумовых гранат. Ржавые боги депо содрогнулись от грохота. Начался штурм.

Серый и его люди заняли позиции у дверных проемов. Воздух наполнился гарью и криками. Абрам, превозмогая боль, сполз с кресла и занял позицию за стальным сейфом, прикрывая Диану.

— Пять минут! — крикнула она, слыша, как пули щелкают по стеллажам с папками. Бумага разлеталась, как снег, засыпая пол белыми хлопьями.

Это была кульминация их общего падения. В старом депо, среди ржавого железа, решалась судьба огромной империи. Диана чувствовала, как адреналин сжигает остатки страха. Она была не заложницей, не дочерью — она была карающей рукой.

— Три минуты! — её голос перекрывал шум боя.

Абрам выстрелил, снимая наемника, который пытался прорваться через вентиляционный люк. Его лицо было залито потом, повязка на груди снова стала ярко-алой, но он не отступал.

— Почти… — Диана нажала финальную комбинацию. — Есть! Загрузка завершена!

— Уходим! — рявкнул Серый. — К техническому колодцу!

Абрам схватил Диану за руку, выдергивая накопитель из порта.

— Беги, я прикрою!

— Вместе! — она буквально потащила его за собой, уворачиваясь от летящих осколков стекла.

Они нырнули в темный проем колодца в тот самый момент, когда главная дверь архива разлетелась в щепки. За их спинами депо превратилось в огненный ад.

Запах гари преследовал их даже под землей. Технический колодец депо, по которому они спускались, был узким, склизким и пах плесенью десятилетий. Диана чувствовала, как её ладони скользят по ржавым скобам лестницы, а внизу, в темноте, слышалось тяжелое, прерывистое дыхание Абрама. Он держался на одних инстинктах — тело наемника, приученное к запредельным нагрузкам, работало в режиме аварийного генератора, но топливо было на исходе.

Когда их ноги коснулись вязкой жижи на дне коллектора, сверху донесся глухой рокот взрыва. Очередной заряд обрушил перекрытия архива, запечатывая вход в колодец.

— Всё… — выдохнул Серый, спрыгивая последним. Его лицо было черным от копоти. — Вход завален. Это даст нам минут пятнадцать, пока они не найдут схему ливневок.

Абрам пошатнулся и привалился к холодной бетонной стене. Его пальцы судорожно сжали плечо Дианы. В тусклом свете налобных фонарей она увидела, что его повязка не просто промокла — кровь капала на бетон, оставляя темные, почти черные пятна в грязной воде.

— Абрам, — она подхватила его, прижимаясь всем телом, чтобы удержать. — Еще немного. Слышишь? Ты не можешь отключиться сейчас.

— Ключи… — прохрипел он, указывая на сумку. — Проверь… ключи.

Диана нащупала в сумке накопитель. Холодный пластик казался раскаленным металлом.

— Они здесь. Мы сделали это. Мы вырвали ему глаза, Абрам. Он больше нас не видит.

— Ошибаешься, — Абрам поднял голову, и в его глазах блеснула лихорадочная ясность. — Он чувствует нас. Как зверь чувствует запах собственной крови. Теперь он не просто преследует — он мстит за свое величие.

Они двигались по коллектору в сторону старой набережной. Вода доходила до щиколоток, ледяная и липкая. Диана чувствовала, как онемение поднимается от ног к самому сердцу. Январь 2026 года просочился даже сюда, под бетонные своды города, превращая их путь в бесконечную ледяную пытку.

Через два километра Серый остановился у ржавой решетки.

— Здесь выход на заброшенные склады порта. Макс ждет на той стороне в катере. Если пройдем через промзону незамеченными — уйдем в залив. Там их радары нас не возьмут, слишком много помех от сухогрузов.

Они выбрались на поверхность. Порт встретил их пронизывающим ветром с моря и лесом портовых кранов, которые в ночи казались гигантскими виселицами. Снег здесь не таял, он лежал плотными грязными пластами, скрывая выбоины в асфальте.

Абрам шел, опираясь на Диану и Серого. Его сознание начало мерцать.

— Диана… — позвал он тихо, когда они скрылись в тени огромного контейнера.

— Я здесь.

— Если на катере… что-то пойдет не так… забирай накопитель и прыгай за борт. Уходи к маяку. Там… мой старый связной. Скажешь ему: «Пепел остыл».

— Замолчи, — она почти ударила его словом. — Никаких «если». Ты вытащил меня из той жизни не для того, чтобы я хоронила тебя в этом порту.

Она посмотрела на него — всклокоченного, раненого, пахнущего кровью и порохом — и поняла, что эта разрушительная созависимость стала её новой религией. Она больше не боялась его ярости. Она сама стала этой яростью.

Внезапно порт осветился ослепительно белым светом. Огромные прожекторы с вышек охраны, которые должны были быть отключены «ключами», синхронно повернулись в их сторону.