Беззаботное настроение ребят постепенно передалось и мне. Несмотря на неприятный осадок после того странного сна, я прониклась решимостью во что бы то ни стало победить в Турнире и утереть всем нос.

В первую очередь я должна была доказать самой себе, что смогу это сделать. Ведь если не справлюсь с Турниром, как смогу сражаться за право увидеться с матерью? Никто не посмотрит на Вики Уокер, обычную ученицу. Моя мама добилась невероятного успеха, а значит, и планка ожиданий по отношению ко мне столь же высока.

— Привет! — прервал мои мысли Энди. — Ты выглядишь очень... подготовленной. — он смущенно улыбнулся, пригладив растрепанные каштановые кудри.

— Спасибо. Жаль, что ты не участвуешь. Мне бы не помешала компания среди высокомерных ангелов и демонов, — улыбнулась я с легкой иронией.

— Буду поддерживать тебя морально. Ты молодец, что решилась участвовать. Хотя вся эта затея, по мне, большая глупость. — В его голосе зазвучала плохо скрываемая злость. — Добьются только того, что распалят вражду еще больше. И то, как они всячески избегают говорить о том, что случилось с Лорой...

Он отвернулся, поджав губы. Весь его вид выражал такую боль утраты, что я не удержалась и приобняла его. Напряженные плечи чуть расслабились, и я отстранилась.

Энди был первым учеником, которого я встретила. Невероятно добрый, открытый и честный, он помог мне пережить первое, самое тяжелое время в Школе. Поделился со мной историей своей смерти, чтобы я не чувствовала себя так одиноко. Признался, что тоже скучает по прежней жизни, но ни о чем не жалеет: он разбился при занятии бейсджампингом [2]. Ощущение полета этот парень просто обожал, неудивительно, что после смерти ему даровали крылья. Именно он показал мне Школу, познакомил с сокурсниками. И с Лорой.

Лора была общительной девушкой, пусть слегка навязчивой. Такая же непризнанная, она тянулась к Энди, и только слепой бы не заметил, насколько сильно тот ей нравится. Он пусть и не отвечал ей взаимностью, но считал близким другом.

В глазах на мгновение потемнело от ужасной картины, всплывшей в сознании. Неподвижное бледное тело, распростертое на ступенях, темная кровь, стекающая вниз по граниту, окрасившая траву, впитывающаяся в землю...

Никто не знал, что случилось, и как такое могло произойти. Кому понадобилось убивать безобидную девушку? Преподаватели, такие же напуганные, как и ученики, скрыли следы и постарались замять историю. Но конечно, не могли остановить слухи и панику, разошедшиеся по всей Школе.

— Участники! — Мисселина вышла в самый центр, привлекая всеобщее внимание.

Мы с Энди переглянулись.

— Ладно, не буду мешать. — Парень неопределенно махнул рукой куда-то в сторону трибун. — Хотел пожелать удачи... И... Удачи! — окончательно смутившись, пробормотал он и зашагал прочь.

— Прошу подойти ко мне, — распорядилась Мисселина. — Мы с преподавательским составом свяжем ваши крылья особым заклинанием и выдадим инфирные браслеты. Весь путь вам придется пройти, не пользуясь ни крыльями, ни способностями. Словно людям.

Участники зашумели.

— Вики, подойди, — позвала преподавательница.

Ангел помахала мне рукой. От ее теплой улыбки на душе стало как-то спокойнее. Посреди всего хаоса, к которому я никак не могла привыкнуть, именно Мисселина стала оплотом надежности и, в какой-то степени, материнской любви, которой мне так не хватало.

— Милая, как ты? — Преподавательница приобняла меня за плечи, взглянув на мои крылья, — Знаешь, я удивлена, что Фенцио передумал. Он иногда бывает таким... упрямым. Как тебе удалось переубедить его?

Она нежно провела рукой по серым перьям, прикрыв глаза.

— Дино помог, — улыбнулась я. — А почему всегда, когда дело касается моих крыльев, ими занимаетесь именно вы? — спросила я.

— Не знаю, — ангел рассмеялась, — так уж получается.

Мисселина была одной из тех, кто встретил меня у обрыва, и объяснила, что меня ждет после смерти, успокоила и утешила. Когда из лопаток, с жутким звуком прорвав кожу, вырвались покрытые тонкой просвечивающей кожицей кости, я упала на колени, закричав от боли. Кости росли, уплотнялись и покрывались перьями, каждое из которых, прорастая наружу, резало снова и снова, будто стилетом. Именно Мисселина пожалела меня тогда, и боль как будто стала меньше.

Преподавательница прошептала несколько неразборчивых слов, и на крыльях заблестели золотые прожилки. Стоило ей затянуть волшебные нити потуже, как я почувствовала, что крылья немеют. Словно они больше не были частью тела; превратились в лишний балласт, который придется тащить за собой весь Турнир. Но я не сказать, что особо привыкла к ним, поэтому какое-никакое преимущество по сравнению с соперниками у меня есть.

— Спасибо вам, — замявшись, неловко поблагодарила я Мисселину.

— Удачи, милая. Что бы ни случилось, помни, — учителя сразу придут на выручку. — Она достала два украшения из складок мантии: одно повесила мне на шею, а второе застегнула на запястье. — У каждого участника есть браслет — преподавательница кивнула на узкую блестящую полоску металла, — лишающий способностей. Все должны быть на равных. И кулон с карнеолом. — Она указала на невесомый теплый камень на черном шнурке. — Если прикоснуться к нему с мыслью о помощи, кто-нибудь из педагогов тут же прибудет на подмогу. Не стесняйся использовать его, если станет тяжело. Ты и без того молодец.

Улыбнувшись на прощание, Мисселина подозвала следующего ученика, а я направилась к лабиринту, рассматривая кулон и браслет. Камень, красный по центру, по краям светлел и приобретал прозрачный медовый цвет. С виду ничего особенного, но с ним стало спокойнее. Браслет не ощущался на запястье, будто врос в кожу.

До начала оставалось всего несколько минут. Ребята рассредоточились по полю. Те, кто, как и я, дальновидно попытался подготовиться, проверяли свои сумки, другие подпрыгивали на месте, поводя плечами и пытаясь свыкнуться с онемевшими крыльями, кто-то разминал руки и ноги, кто-то просто расслабленно ждал, не желая тратить силы на бесполезную суету.

Мими стояла в паре десятков ярдов от меня, у отдельного входа. С трибун то и дело доносились крики поддержки. Я попыталась вслушаться, чтобы понять, у кого из ребят больше сторонников, ну или хотя бы чью сторону поддерживают больше: ангелов или демонов. Но крики сплетались в единое полотно неразборчивого шума. И тут я заметила Дино. Он был один, как и всегда, в своей белоснежной рубашке, со связанными за спиной крыльями. Золотой отблеск нитей приятно оттенял его светло-русые волосы. На секунду я задумалась, такие ли они мягкие на ощупь, как я представляла. Или же...

Дино заметил мой взгляд и улыбнулся, подойдя ближе:

— Готова к Турниру?

— Разве к такому можно подготовиться? — усмехнулась я, потупив взгляд. — Хотела еще раз поблагодарить. Ну, за то, что сказал тогда Фенцио. Знаю, ты сделал это не для меня, но...

— Все хорошо. — Ангел снова засветился своей божественной улыбкой. — Я рад, что смог помочь. Уверен, ты хорошо себя проявишь во время соревнования.

— Почему ты так думаешь? — Хоть его слова меня смутили, но я ощутила гордость. Если один из лучших учеников Школы считает, что я достойно пройду испытание... Придется оправдать его доверие.

— Мне кажется, ты на многое способна. Удачи, Вики.

Ангел помахал рукой на прощание, возвращаясь к своему месту старта.

Все увлечены Турниром... И одну меня по-прежнему одолевают сомнения в том, правильно ли я поступаю. Но слова Дино заронили искорку уверенности.

Стоило Фенцио подняться на сцену, как толпа тут же смолкла.

— Внимание, ученики! — учитель говорил негромко, но его голос, казалось, громом отзывался в каждом из нас. — Час настал. Турнир Познания официально объявляется открытым. Напоминаю, что по традиции ученикам предстоит пройти три испытания: небесами, адом и землей. Только те, кто действительно готов, смогут дойти до самого конца.

От слов преподавателя стало не по себе. Судя по экзальтированности Фенцио, на трибунах присутствовали не только ученики. Иначе я не могла объяснить вспышку его ораторского таланта. Но никого подозрительного на скамьях не было видно.