— Мгм, — мычу я и зайдя в комнату, закрываю дверь перед лицом матери. Не желаю запускать её тупые нравоучения на мою территорию.

Как же бесит. Вот обязательно портить настроение перед встречей?

— Отец узнает, защищать не буду. Я тебя предупреждала! — слышу за дверью угрозу.

Папа действительно еще не в курсе. Он в делах, в работе, возвращается поздно, когда я успеваю уже вернутся домой. Он хоть и строгий, но не бессердечный, должен понять меня и пойти навстречу.

Шумно выдыхаю и сдерживаю весь негатив, который копится на мать и её предубеждения насчет Артема. Ладно, проорется и успокоится. Так и выходит. Скоро слышу как, она спускается вниз, бурча под нос что-то типа:

— Когда уже поумнеет? Вот лето закончится, уедет учиться…

Я, не теряя времени, переодеваюсь, привожу себя в порядок и закинув в сумочку все необходимое, выбегаю из дома и бросаюсь в объятия Артема.

Целуемся, не замечая зоркого взгляда материнского взгляда в окно.

Мы видимся каждый день, хотя бы ненадолго. Одних сообщений и звонков уже мало. Хочется побыть вместе, болтать не о чем, целоваться, обниматься, держаться за руку, смотреть в глаза, ошалело улыбаться, сиять от чувств…

Или например, отдыхать в парке и лопать мороженное, как сейчас.

Устроились на зеленой лужайке под деревом в тени. Моя голова лежит на коленях Артема, одной рукой гладит по волосам, а другой — по бедру, забираясь под подол сарафана. Свой пломбир в стаканчике он уже умял, и теперь с завороженной улыбкой наблюдает за тем как я облизываю фруктовый лед.

— Ты очень соблазнительно сосешь мороженку… Прекращай, моя фантазия бурлит.

— Что такого? — ловлю языком сбегающую струйку вниз. Тает быстро капец.

Заглатываю лед до палочки, и скольжу губами по всей длине обратно.

— Будем считать это тренировкой, — дергается мужской кадык. А в глазах вспыхивают искорки огня.

— Ты о чем?

— Хочу побыть на месте мороженки. Оближешь меня с таким же энтузиазмом?

Тихонько хихикаю. Его пальцы щекотят внутреннюю сторону бедра и ползут выше к трусикам.

— Прекрати, — шепчу я, озираясь. — Люди вокруг.

— Им пофиг на нас, — ведет пальцем по трусам, хитро прищуриваясь. — Под платьем ничего не видно.

— Озабоченный, ты когда нибудь перестаешь об этом думать?

— Когда рядом, это нереально. Хочу тебя, и всегда буду хотеть.

Склоняется и целует меня в губы. Как всегда страстно и жадно. Недоеденный фруктовый лед тает на траве, а я зарываюсь пальцами в короткие густые волосы отдаюсь полностью поцелую. После ночи с жарким примирением ничего кроме поцелуев и обнимашек между нами не было. Поэтому из возможных проявлений чувств мы берем по максимуму.

— С каких пор ты перестала надевать лифчик, — щупает грудь Артем.

— В сарафане итак чашечки. Для чего?

— Какие чашечки, — залезает внутрь и зажимает пальцем сосок. — Ах, эти…

Сладко тянет, жамкая титю, которая сразу наливается, и я с чувственным выдохом опускаю ресницы. Внизу живота приятно ноет.

— Ты меня сейчас проткнешь, — хихикаю я, ощущая твердую мужскую плоть, которая упирается в бок.

Артем ржет. Облизывает губы, не переставая поглаживать все оголенные участки тела. Нежно треплет щечки, которые становятся похожими на наливные яблочки, когда улыбаюсь. А рядом с Артемом я постоянно улыбаюсь.

— Придешь на мой выпускной? — спрашиваю я.

— Что мне там делать?

— Заберешь меня после официальной части. Получу аттестат и уйду. Остальные завалятся в ресторан, но я не хочу… Хочу с тобой куда-нибудь уехать.

Артем усмехается. Сомнительно мнет губы. Я толкаю его локтем, чтобы не смел обламывать мои грандиозные планы.

— Когда будет выпускной? — уточняет он.

— В эту пятницу.

— Дай подумать… — задумчиво сводит брови, закатывает глаза к небу. — У меня были какие-то очень важные дела.

— Хватит прикалываться, — щипаю легонько парня.

— Ладно-ладно, — смеется он. — Приеду, не переживай. Приперся бы и без особого приглашения. Моя девочка выпускается из школы… Совсем большая, а?

Притирается носом к щеке и чмокает в висок.

— А то, — притягиваю его за шею к себе и целую в губы, как взрослая девочка.

Телефон бзыкает рядом на траве.

Дотягиваюсь до него и провожу пальчиком по экрану.

— Ничего себе фоточка, — замечает заставку Артем, где я на качелях сижу, а он позади меня.

— Случайная снимок получился. У Филлипова в саду, помнишь? Ты тогда меня первый раз поцеловал.

— О-о-о, серьезно? Да точно-точно. Все это время хранила, да? — подтрунивает Артем.

Я хихикаю.

— Наша единственная фотка между прочим, — говорю я. — Предлагаю это исправить.

Включаю камеру и навожу её на нас. Мы фоткаемся, Артем больше кривляется, за что получает щелбан.

— Выберу удачную и поставлю её на заставку, — залезаю в галерею, и потом сузив глаза смотрю на Артема. — И ты тоже поставь себе.

Он кашляет в кулак, глуша смех.

— Ах, ты маленькая абьюзерка…

Пропускаю мимо ушей подколы. Все равно поставит, куда денется.

Листаю фотографии и дохожу до крайней, после которой следует селфи в черном вечернем платье.

— О-о, твое выпускное платье… — реагирует Артем. — Ты прямо секси в нем.

— Нет, я не купила его. Выбрала другое, — перелистываю фотографию.

Он замечает смену тона в голосе. Я становлюсь недовольной и зажатой.

— Покажешь?

— Нет. На выпускном увидишь.

— Лучше черного?

— Нет, — отвечаю после заминки. — Нормальное. Сойдет. На черное у меня денег не хватило.

— М-м, — тянет Артем задумчиво. — Из-за этого расстроилась?

— Нет. Я уже забыла. Надо удалить, чтобы на глаза не попадалось, — нахожу снимок и отправляю его в корзину.

Хочу выкинуть телефон подальше, но сверху всплывает сообщение от Геры.

«Привет, Лиз. Чем занимаешься?»

Не задумываясь быстро строчу ответ.

«В парке отдыхаю».

Заславский моментально набирает ответное сообщение.

«В каком?»

— Я вам не мешаю? — мрачным тоном спрашивает Артем, наблюдая за нашей перепиской.

— Нет, — отвечаю я, клацая по экрану.

«Недалеко от дома который. А что хотел?»

— Могла бы ответить «Не твое дело» или «с любимым парнем, не отвлекай», — прожигает недовольным взглядом Артем.

Я убираю телефон и с недоумением смотрю на него.

— Мы просто переписываемся. Вдруг что-то важное хотел спросить.

— Что например?

— Не знаю… Все что угодно. Он мой друг. Имеет право.

— Друг? Я напомню, ты с ним сосалась недавно у меня на глазах.

— Ты тоже, напомню.

— Та телка мне не написывает каждый день. А этот белобрысый и не по разу. Небось, еще доброе утро и спокойной ночи желает.

Хочу возразить, но закрываю рот и опускаю взгляд. Ну да, есть такое. А что в этом криминального?

— Класс, — недовольно фыркает Артем и дергает коленями, чтобы поднялась с него.

Я встаю и поправляю подол сарафана. Кошусь на ревнивого злюку, поджав губу.

— Он тебе не друг, Лиза. Между парнем и девушкой не может быть дружбы, запомни. Так что завязывай.

— К чему ты ревнуешь? Ну пишет, интересуется как у меня дела, и пусть.

— Не пусть! Вычеркивай его из своего круга общения. Кроме меня, ни один парень не должен так сильно интересоваться твоими делами.

— Он не только мой друг, он друг семьи. Я не могу вот так взять, и вычеркнуть его из своей жизни. Сколько помню, Гера всегда был рядом…

— Лиза, — глаза Артема сверкают гневно. Он стискивает зубы, сдерживаясь. — Черт…

Отворачивается от меня, шумно выдыхает, спуская пар.

Блина! Еще поссориться из-за ерунды не хватало!

Телефон в руках дребезжит. Гера звонит.

Расстроенно вздохнув, отклоняю вызов. Набираю сообщение.

«Я занята».

Убираю телефон в сумочку и иду к Артему. Он все еще сердится, напряженный. Обнимаю его со спины и целую в шею, чтобы успокоился. Чувствую как расслабляется, накрывает мои ладони своими.