После комплимента Артем еще больше старается, доводя нервные окончания до исступления. Я улетаю от блаженства.

Распахиваю глаза, когда вместо рук чувствую губы. Они начинают целовать мою спину, возбуждая девственное тело.

— Щекотно, — хихикнув, дергаюсь я, когда мужские губы заходят на бок.

Они спускаются ниже, пропуская ткань трусов, и прилипают к голым ягодицам. Они мгновенно напрягаются, но за чередой поцелуев, приносящих блаженство, расслабляются. Нежный массаж плавно переходит в эротический. Остановить бы это всё, но, боже, как же приятно. Причмокивающие звуки ласковых губ, облюбовывающие изгибы тела, обсыпает мелкой дрожью наслаждения. Внутри разгорается пламя желания.

Начинаю шумно дышать в унисон с Артемом. Его кончик носа то и дело касается кожи, приятно щекоча теплым дыханием.

— Тебе не кажется, что ты зашел за рамки просто массажа? — отголоски разума вырываются наружу.

В ответ парень властно сжимает мои ягодицы, и проводит языком вверх по позвоночнику, оставляя влажную дорожку.

— Ах, — только и вздыхаю я, обезоруженная его напором.

Мурашки прибегают незамедлительно.

— Если тебе не нравится, я остановлюсь, — добирается до уха соблазнитель, и ласкает его языком.

Мои стоны отвечают лучше слов.

Пока его губы работают наверху, шаловливая рука сползает вниз, скользит по бедру, а потом заглядывает между ног. Проводит пальцами по трусикам, раздразнивая.

— Горячо-о, — выдыхает Артем, оказавшись в эпицентре моего возбуждения.

Надавливает увереннее, и меня перетряхивает от остро-сладкий ощущений, которые проносятся электрическим разрядом через все тело. Впиваюсь ногтями в простынь и закатываю глаза.

Два пальца не останавливаются, растирают между набухшими складками, своеобразно массажируют, нагоняя будоражащие волны. Ткань трусов быстро впитывает влагу.

— Ты вся мокрая, — хрипит Артем. — Давай снимем трусики?

— Ты тоже? — отрываю голову от подушки.

— Как захочешь.

— Хм, не знаю, чего я захочу, — переворачиваюсь на спину, прикрывая грудь ладонями.

Артем усмехается и облизывает губы.

— Проверим опытным путем, — наклоняется к моему животу и скользит языком вверх, облюбовывая пупок. Пресс сам собой напрягается, дыхание становится обрывочным, а ощущения — острыми.

Влажной дорожкой язык продвигается к ребрам.

Сжав мои запястья, Артем освобождает грудь, а руки фиксирует на головой.

В порочный плен захватывает губами поочередно соски, ласково терзая их. Из меня вырываются рваные вздохи, выгибаюсь, испытывая нескончаемое удовольствие.

Поцелуями по шее он поднимается к губам, проникает языком в мой рот, обжигает страстью. Я разгорячена настольно, что мозги безвольно плывут, сердце плавится, а кровь превращается в горючую жидкость, воспламеняя меня изнутри.

Голову кружит от нехватки воздуха. Жадно хватаю ртом его остатки, когда Артем спускается поцелуями вниз и стягивает с меня трусы. Они мокрой тряпкой летит на пол.

Руками разводит мои колени, и опускает взгляд вниз на открывшееся лоно, которое изнемогает от желания. В этот момент я забываю дышать, испытывая невероятный стыд смешанный с пороком. Хочу свести колени, но Артем не дает мне этого сделать. Когда он наклоняется мне между ног, я поднимаю голову с подушки, распахнув глаза.

Он же не собирается… Не успеваю подумать, как мужской язык проходит по интимным складкам.

— О господи… — взмаливаюсь я, падая обратно на подушку. Тело перетряхивает, словно через него пропустили ток.

От откровенных манипуляций срывает крышу. Задыхаясь, простанываю всем своим запретам «до свидания» и улетаю. Таз приподнимается сам, я извиваюсь, как будто меня мучают, но на самом деле, ласкают до исступления, проводят просвещение в ряды в грешниц, которые поддались искушению и попробовали сладкий вкус порока.

Артем смачно без стеснения целуется со мной, но только «там», внизу. Лижет, посасывает, играется с клитором, успевая стрелять глазами на мою реакцию. А я готова порвать простыни от наслаждения.

— Как же я хочу трахнуть тебя, — хрипит Артем, утыкаясь большим пальцем в дырочку и начиная массировать её. — Растянуть маленькую…

Тело откликается на пошлые словечки и вырабатывает смазку. Мужские пальцы растирают её, погружаясь подушечками внутрь.

— Интересный у тебя массаж, — выдыхаю я.

— Сейчас будет интереснее.

Артем расстегивает джинсы и приспускает трусы, выпуская на свободу внушительных размеров член.

Увидев эту вздымающую к верху «дубинку», которая как раз целилась на меня, закрываю глаза и судорожно мотаю головой.

— Нет, ты порвешь меня. Он просто огромный, — свожу колени и чувствую, как мое сердце начинает сильно стучать от волнения.

— Обязательно порву, но в хорошем смысле. И не сегодня. Гандонов нет с собой. У тебя есть время познакомится с ним поближе.

Открываю глаза и, сглотнув, приподнимаюсь.

— Возьми его в руку, — говорит Артем, тихонько улыбаясь на мою робость. — Не бойся. Он не кусается.

Мне самой любопытно но страшновато. Смотрю на возбужденный член как на неопознанный объект. Вообще, красивый, сексуальный, от его вида между ног ноет. Неуверенно обхватываю ствол пальцами и в волнительной радости поднимаю глаза на Артема. Задрав голову вверх, он закатывает глаза от приятного прикосновения.

— Кайф… — выдыхает он.

— Горячий. И очень твердый, — прощупываю мужское достоинство по всей длине. — Но большой. Боюсь, ты просто не залезешь в меня.

Артем ржет.

— Залезу, не переживай.

Звучит как угроза. Сомнительно кошусь на член, представляя, как он поместится у меня внутри.

— Ты будешь кончать и просить еще, когда я буду двигаться в тебе, моя хорошая.

— Да уж, — дергаю бровями, сглатываю слюну.

— Разрешишь ему немного побаловаться с твоей малышкой, м? Познакомим их поближе?

— Насколько ближе?

— Примерно так.

Артем упирается головкой члена между ног и начинает водить между складок. Я, с обреченным вздохом закатив глаза, падаю на спину.

Что он со мной делает, безжалостный искуситель! Развращает, глазом не моргнув, и кайфует от этого процесса. Я трепещу, изнываю, стону, пока проходит жаркое «знакомство». Оно даже не близкое, а тесное — член с напором притирается к клиору, найдя ту самую точку, которая приведет меня к высшей степени наслаждения.

Бедра поджимаются от нарастающего эффекта, я не выдерживаю, еще чуть-чуть…

Взрыв.

Содрогнувшись, я сипло вскрикиваю от удовольствия, а Артем с рыком извергается мне на живот. заливая пупок вязкой жидкостью.

Сумасшествие какое-то. Беру пару секунд на то, чтобы плавно спустится с небес, к которым подлетела, и восстановить дыхание. Артем тоже отходит, упав рядом со мной. Шумно дышит, как будто несколько километров на скорость бежал. Целует меня в висок и спрашивает хрипло:

— Салфетки есть?

— Угу. В верхнем ящике стола.

Дотянувшись, вскрывает упаковку и вытягивает пару влажных салфеток.

— Я тебя запачкал, — комментирует, вытирая живот. — Надо скрыть следы преступления.

Обнажив зубы в довольной улыбке, Артем выбрасывает улики в мусорку и ложится рядом.

— Можно сходит в душ помыться, — говорю я, водя пальчиками по мужской груди.

— А родители не будут в шоке? — искоса посматривает на меня.

— Их дома нет.

Артем приподнимается на локоть, и уставляется на меня с таким взглядом, как будто ему объявили о крупном выигрыше:

— Оу, так это вся ночь наша получается.

— Хочешь остаться у меня на всю ночь?

— Грех не воспользоваться таким шансом, — играет бровями, щекоча мое оголенное бедро, которое закинула на него.

— Будешь снова домогаться, выйдешь в окно без предупреждения. Я твоим словечкам про массаж больше не поверю.

Артем смеется и целует меня в лоб.

— Тебе понравилось? — мурлычет на ухо.

— Очень, — прикрываю глаза и устраиваюсь на его груди. — Хочу засыпать и просыпаться вместе с тобой.