— Спокойной ночи, — говорю я и отворачиваюсь на бок, максимально отодвигаясь от парня.
В ответ Артем стягивает с меня одеяло.
— Эй, — поворачиваюсь обратно и тяну одеяло на себя. Но этот гадёныш крепко держит. — Дай тогда мне другое, раз одного мало.
— Нет другого.
— Врешь. Хочешь, чтобы я замерзла?
— Так иди ко мне, согрею, — распахивает одеяло, уступая местечко рядом с собой. — Чего в угол зажалась?
Он в ожидании замолкает, в полной тишине слышно, как мы дышим.
— Я люблю спать у стенки, — демонстративно отворачиваюсь, поджимая ноги к животу.
— Понял. Мы не гордые, — с этими словами парень перемещается на мою половину.
Накрыв одеялом, Артем обнимает меня. Ничуть не скромно, а вплотную, от всей души, прямо подгребает меня под себя.
Автоматическая защита срабатывает молниеносно.
— Отпусти, — извиваюсь как червяк. Но толку мало.
Артем сильнее прижимается телом к спине и фиксирует мои руки у груди.
— Пять секунд, и ты привыкнешь, — звучит у уха шепотом. — Раз, два…
Да я боюсь к этому привыкать!
Мое сердце неистово колотится, как будто только что после забега.
Не знаю почему, но я начинаю считать вместе с ним, усмиряя внутреннее сопротивление, и гонку крови по венам, которая от тесного объятия стала вирусной.
— Три, четыре, пять…
— Пять, — вторю я Артему.
Его руки ослабевают хватку, но по — прежнему обнимают меня. С закрытыми глазами прислушиваюсь к себе, желая понять, что я действительно чувствую. Волнение на первом месте, хотя мне приятно… Мужское тепло размягчает и расслабляет чересчур напряженные мышцы.
— Как же ты вкусно пахнешь, — утыкается носом в мои волосы парень и затягивается. — Кайф…
Признание мое притягательности еще больше будоражат кровь. Ну зачем он так? Каждым новым словом и действием наглым образом лишает меня шансов противостоять. Знал бы как это сложно.
А когда мужские губы оставляют свой след нежным поцелуем на моем оголенном плече, то все негласные правила летят к чертям. Этот парень привык нарушать запреты. Это заводит. К слову, не его одного.
— Повернись ко мне, — тихо просит Артем. — Если хочешь…
Несколько секунд я думаю. Хочу ли я?
Его дыхание сзади поддувает волосы и тем самым щекочет шею. Кожа на ней покрывается мурашками. Мужская рука пока мирно покоится на животе, который связало узлом от сладкого волнения. Меня переполняют именно те ощущения, когда сильно хочется, но страшно.
Чего же ты боишься, Лиза?
Боюсь, если все, что произойдет дальше мне сильно понравится. И я не смогу остановится вовремя. А вдруг это будет та самая роковая ошибка. И не стоит поддаваться искушению, которое работает на полную катушку прямо сейчас…
Сомнения одолевают, но их становится не достаточно, чтобы отказать желаниям.
Заглушив опасения, я медленно поворачиваюсь. Теперь напротив его лицо, в темноте видно лишь очертания, но я дорисовываю по памяти. Наши дыхания переплетаются. Еще чуть — чуть и кончики носов коснутся друг друга. Артем первый подается вперед, задевая меня. В точке слияния происходит разряд, который током проходит через нас. Правда, нас отталкивает друг от друга, а наоборот притягивает. Слова пропадают у обоих, и общение переходит на другой уровень. Контактный. Наши тела обмениваются реакциями. Мое — трепещет. Его — заводится. Мягкие подушечки пальцев Артема скользят по плечу вниз, оставляя линейные мурашечные следы. Дойдя до локтя, они поднимаются обратно. Как будто дразнят, испытывают. Доходят до плеча и перекатываются выше к ключицам. Один палец, как по мостику, пробегает по выступающей косточке и подкрадывается к шее, которую без того сковал мандраж.
Закрываю глаза. Отдаюсь во власть ощущениям. Сдерживать себя невыносимо.
Когда мужской палец проводит по нижней губе, слегка оттягивая ей, я сглатываю. Хочу облизать губы, но вместо этого случайно ловлю языком мужские губы, которые в этот самый момент присосались к моим.
Дальше всё как в дурмане. Именно он нас окутывает, сливая в одно целое. Нас обоих обдает жаром и страстью. Поцелуй вкусный, влажный, звучный, слишком откровенный. Я наслаждаюсь им, как никогда. Наши языки сплетаются, ласкают друг друга, как будто только этого и ждали. Губы Артема напористые, но нежные и мягкие, я посасываю бесстыдно их, пытаясь провернуть на уровне инстинкта что — то, что понравилось бы нам обоим. Я не хочу, чтобы поцелуй прекращался. Это слишком приятно. Мое тело ярко откликается — грудь каменеет и живот ловит спазм. Артем тоже на взводе, моих губ ему уже мало — по-хозяйски ладонью сминает грудь и перекатывает большим пальцем затвердевший сосок. Из меня вылетает рванный вздох. Не думаю, останавливать его, ведь это именно то, что хочу сейчас. Я уже доверилась ему, пусть откроет мне удовольствие, которое могу получить. Когда он спускается на шею, пальцами зарываюсь в его волосы и шумно дышу ртом. Моя грудь высоко взымается от предвкушения, потому что именно к её стремятся губы Артема. Он спускает поочередно лямки, оголяя налившиеся возбужденные полушария. Облизывает соски, вызывая стон. Я изгибаюсь, вцепившись одной рукой в его волосы, другой — в простыню. Когда мужские губы присасываются к соску, меня охватывает дрожь от макушки до пят, а глаза закатываются от наслаждения. Его язык бесстыдно играется, губы ласкают, причмокивают, совращая меня все больше и больше. Я даже не сразу замечаю, как его рука залезает мне под ночнушку, гладит сначала впадинку под ребрами, а потом спускается вниз.
Тут я резко его торможу. Перехватываю руку возле резинки трусов, потому что так далеко я не готова зайти. Да я позволила ему ласкать себя, но лишаться девственности прямо сейчас не хочу, мне все равно боязно.
— Я только сверху, — хрипит Артем. — В трусы не буду залазить.
— Лучше не надо… — не уверенно заявляю я.
— Если тебе не понравится, я остановлюсь.
— А если понравится? — выдыхаю я с каким — то обречением.
Парень проводит ладонью по моей щеке и оставив, короткий поцелуй на губах, тихо успокаивает:
— Я не буду трахать тебя сегодня, не переживай.
Его честное признание звучит насколько пошло, настолько и возбуждающе. «Трахать тебя», божечки… Все поцелуи и ласки после этой фразы кажутся какими — то детскими забавами.
Артем принимает немое согласие через поцелуй и лезет в «горячую точку». А там все набухло и взмокло, уже пульсирует и горит. И как только его пальцы заходят между ног, меня дергает так, что аж колени подпрыгивают. Никто до него не притрагивался ко мне там, и полагаю, сам парень с этого факта ловит дикое удовольствие и с понимаем относится к подобным реакциям тела. Его пальцы — первопроходцы осторожно и с интересом изучают новую территорию. Гладят, массируют, растирают влагу, пока я извиваюсь, изнываю в сладких конвульсиях и сминаю ногами простынь. Артем не спешит, растягивает удовольствие, наслаждаясь моей бурной реакцией. Трусы насквозь мокрые, теперь они больше мешают, чем прикрывают и защищают мое достоинство.
Чувствуя меня, Артем нарушает обещание — отодвигает резинку трусов и проводит пальцем по горячей обнаженной плоти.
— Ах, — прикусываю нижнюю губу от сильных ощущений между ног. ГосподиБоже, как должна этому противостоять?
Слышу, как звучно сглатывает Артём. Доставляя мне удовольствие, он получает не меньшее наслаждение. Мои закатывающиеся глаза в экстазе на развратные манипуляций — для него лучшая награда.
— Покажи мне, как тебе приятно. Так хорошо?
Он находит точку, в которой меня максимально штырит и круговым движением воздействует на нее.
— Да… — срывается вздох. Я выгибаюсь, ноги схватывает необъяснимая судорога. — Вот так…
Утыкаюсь лицом в подушку, чтобы девчонки наверху не услышали странных звуков. Не быть замеченными в такой момент еще больше поддает жару.
Не останавливая работу пальцами, Артем параллельно начинает ласкать сосок ртом. В одно мгновение ощущения достигают своего пика. Меня сносит волной наслаждения, скрывает крышу, уносит за облака. В космос. Так вот он какой…
