Анна улыбалась в темноте.

Яне повезло с отцом, не то что ей. Петр не задумывался, бросаясь на выручку дочери. Даже когда Анна призналась ему в своих приключениях… Нет, о Хелле она не сказала. Но о дедушке, бабушке, происхождении – расспросила. И про историю семьи – вдруг что да сохранилось?

К сожалению, нет. Петр мало что знал, его отец и дед решили, видимо, не рисковать. Не те времена на дворе стояли, слишком опасно.

И про двух наркоманов… Петр коротко уточнил – не выжили? И порадовался, мол, добивать не придется. И про мародеров – в данном случае Петр обещал узнать, не оставила ли Анна каких следов. Остальное его не волновало.

Родная дочь – и точка!

Чем это отличается от того, что проделывали с Витей? Наверное, личностью подопечного. За себя Анна была спокойна. Она не сядет отцу на шею, не станет паразитом, не будет тянуть из него деньги – даже если бы она осталась жива, нашла бы, как заработать.

А Витя ищет и ждет только развлечений. Ответственность? Помилуйте, он и слова-то такого не знает. Ни к чему.

Нет, Кире такой не подойдет, даже в качестве первой любви. Особенно в этом качестве!

Он будет развлекаться, а девочка – страдать и разочаровываться? Анна была против. Первая любовь должна быть хоть немножечко счастливой, а не ломать девочке всю жизнь! Перебьется этот дурак!

Когда они вышли из кино, на улице было морозно и тихо.

С неба летели белые снежинки, Анна запрокинула голову – и поймала кончиком языка одну, потом вторую. Улыбнулась в бездонную черноту неба.

Звезд сегодня не видно – все заслоняли снеговые облака. И как-то особенно спокойно.

– Пап, можно я с тобой покатаюсь?

Роман не стал отказывать дочери – и усадил всех детей назад. Анна села на переднее сиденье. Мелкие болтали сзади, и девушка решилась.

– Виктор… бывает в доме?

– Тот щенок?

– Выщенок, – поправила Анна, решив не оскорблять собак. И попала в цель.

– Иногда бывает. Когда ему от Киры что-то нужно…

– Я с ним раньше не сталкивалась.

– А он и не так часто появляется. Но на Новый год точно заявится.

Анна покачала головой и перевела тему.

– Скоро Новый год. А я и забыла…

А вот это дети уже услышали. И высунулась голова Киры.

– Аня!

– Да?

– А что мы будем дарить на Новый год? Поехали завтра посмотрим сувениры?

Анна хмыкнула.

– Сувениры?

– Э-э-э-э… а что не так?

– Кира, я видела ваши сувениры. Они однотипные. И скучные, честно говоря.

Кира вздохнула.

Понятно, отцу семьдесят шестая фляжка или сорок пятый органайзер не нужны. Но что можно подарить человеку, у которого есть все?

– Как ты думаешь, нам дадут организовать праздник? – уточнила Анна у девочки.

– Не знаю. В том году мы не отмечали, – погрустнела Кира.

Анна извернулась и погладила ее по растрепанной челке.

– А если попросить? Чтобы в этом году вы отмечали сочельник дома? То есть Новый год?

– Я поговорю с отцом.

– А я тебе расскажу, что я придумала, – пообещала Анна. – И о подарках, и об организации праздника.

– Аня, мы успеем? Уже чуток осталось!

– Вполне.

Анна помнила, какие праздники устраивала мать. Неужели она не справится? Главное, что Кира не против. Теперь надо поговорить с Борисом Викторовичем. Вот как у нее из головы вылетело?

Да элементарно! Не отмечали они Новый год! Солнцеворот отмечали, и пышно! А вот Новый год был милым и уютным семейным праздником. Камерным и спокойным.

Но в этот раз…

– Где будем отмечать? – Борис Викторович нахмурился. – Я и не думал… могу Игорю позвонить, отметим вместе! Да, время летит, скоро Новый год…

Анна и Кира синхронно кивнули.

– Да. Пап, давай дома отмечать? Пожалуйста!

– Кира, – Борис Викторович нахмурился, – ты понимаешь, что это – серьезно? Ты вообще когда-нибудь готовила праздники? Это надо не просто приготовить что-то, накрыть на стол, занять людей, придумать программу на всю ночь…

– Мы справимся, Борис Викторович. – Анна была уверена в своих силах. – Если вы позволите.

– А если не позволю?

Анна развела руками. Мол, я бы и рада стараться, а с дочерью-то вы за что так?

– Па-а-а-а-апс! – заныла Кира.

– Выйди, – строго посмотрел любящий отец.

– ПА-А-А-А-А-А-А-А-АПС!!!

– Выйди. Мне надо поговорить с Анной Петровной.

Кира надула губы и вышла за дверь. Анна качнула головой, но промолчала.

– Не одобряете?

– Девочке важно ваше одобрение и любовь. Ей тяжело сейчас.

– А по ней и не скажешь.

Сегодня Кира надела малиновый свитер и волосы тоже покрасила малиновыми прядями, специальной тушью. И переводную картинку на висок свела.

Анна не спорила, пусть ребенок побесится, когда еще и развлекаться, как не в молодости?

– Кира выглядит сильной и уверенной, но ей очень важно ваше одобрение. И ваша любовь, – повторила Анна.

– Допустим. Если я разрешу праздновать Новый год дома… вы справитесь?

– Да.

– Неделя осталась.

– И что? – Анна даже не думала о таких мелочах. Ну, неделя! Подумаешь!

Нельзя организовать праздник за неделю? Вы не знаете, как школили великих княжон. Просто не знаете… Анна его и за три дня организовала бы.

– Вы точно справитесь?

– Обещаю.

– Я приглашу Игоря с семьей и еще двоих знакомых с семьями.

– На сколько человек мне рассчитывать?

– Примерно на двадцать.

Анна кивнула.

– Хорошо.

– Будете нанимать массовика-затейника…

– Зачем? – искренне удивилась Анна.

– Позвольте…

Девушка только улыбнулась. Она способна придумать развлечения для двадцати человек. И скучно никому не будет.

А наемные работники…

Не надо. Ни к чему.

Борис Викторович вздохнул – и махнул рукой.

– Ладно, позовите Розу Ильиничну.

– Спасибо, Борис Викторович. Обещаю, вы не пожалеете о своем доверии. Кира вас не подведет.

– Надеюсь.

Анна была в этом уверена. Девочке надо попробовать свои силы, а она может ее научить. Итак…

Начинаем!

И начинаем – с закупки продуктов и всего, что нам понадобится для подарков.

Когда впереди показался город, Яна выдохнула с облегчением.

Сил – не было!

Представьте, легко ли топать по снегу, тащить на себе велосипед, тащить двоих… ладно, даже троих детей! Ладно еще, Топыч не жалуется! Но двое мелких-то?

Им хоть и было страшно, но страх у маленьких детей быстро проходит. А вот любопытство и желание куда-то влезть остаются. А тут…

Сиди себе на велике, и деваться некуда… Идти пешком не дают – медленно, будешь всех задерживать. Спать сложновато…

А еще приходится стеречься… Яна не боялась бы, будь она одна. Ни минуты.

Стрелять она собиралась, как на диком-диком Западе, без предупреждения и наповал. А что церемониться?

Ей своя жизнь дороже, чем сорок бандитских!

Но – дети!

Шальная пуля потому и шальная, что летит, не разбирая дороги. Яна не простила бы себе смерти малышей. Ни одного…

Приходилось идти медленно, проселками, перелесками… и то хорошо, что самую опасную банду они, кажется, выбили, а новой сволочи еще предстояло накопиться.

И все равно – тяжко.

Но вот он, Синедольск.

Что там говорила лесничиха? Яна бы и на смертном одре не забыла этого адреса.

Сухая улица, двенадцать. Сразу туда?

Яна прислушалась к себе. Хотите – верьте, хотите – нет, но… не хотелось! Вот не хотелось ей тащиться туда с детьми… почему? Гошка будет ревновать?

Она не могла себе ответить. Но детей хотелось сначала устроить и обогреть… а хотя бы!

Где там трактир «Ржаной хлеб»?

Найти трактир оказалось несложно. Язык до Киева доведет. А в сочетании с решительным видом и рукоятью револьвера, торчащей за поясом… когда тебе еще и врать побоятся – просто замечательно срабатывает. Полчаса ходьбы – и вот он, родимый. И дымок из трубы…