— Только попробуйте что-то сотворить с имуществом компании! — к ним подлетела всклоченная аки кактус Галина, старший менеджер, завхоз и в общем-то царь и бог в нашем крошечном Ватикане. — У меня каждая булавка на подотчёте...

— Но Артур Юрьич сказал... — возразил Стас.

— На помойку! — добавил Никита.

Я протиснулась между враждующими и юркнула за дверь с надписью «Служебное помещение». Позади раздался звон битого стекла. Моя сменщица, Янка, заголосила:

— Да вы совсем озверели, черти!

— У всех вычту из зарплаты, — с восторгом отозвалась Галина.

— Да в рот мне ноги! Кит! — фальцетом выдал Стас.

— Да че я, бля, специально? — поспешил оправдаться Никита.

На ощупь вошла в подсобку, не поворачивая головы, поискала рукой выключатель на стене, а когда нащупала что-то твёрдое и шевелящееся, взвизгнула.

Свет загорелся. В подсобке нас оказалось двое: я и рослый детина в деловом костюме и узеньком галстуке. Именно его грудь я лапала в стремлении включить свет.

— Ой, здрасте, — сказала растеряно и вконец обалдела.

А рослый детина был ничего, вернее о-о-о-о-очень даже хорош. Прилизанные чёрные лохмы, жгуче карие глаза, по-мужицки красивая мордашка. Кого-то он мне напоминал, только с ходу не могла сообразить, кого именно.

Черты лица выразительные, пропорциональные. Нос казался прямо-таки эталонным: прямой и достаточно длинный, а под ним... М-м-м, вместилище плотских утех — красивый и порочный рот, такие в фильмах обычно показывают крупным планом, а если речь идёт о рейтинге 18+ добавляют капельки влаги или клубничного сока. Вкуснятина.

И вдруг меня осенило! Это ж улучшенная версия молодого Райана Рейнольдса, как если бы природа одумалась в последний момент и перевоплотила его в брюнета, потому что... Бинго! Так будет куда лучше.

Я бесстыже пялилась на незнакомца, он отвечал мне взаимностью. Блуждал по моему лицу наглым взглядом. Ниже интересностей не нашлось, потому как от шеи до пят я была закутана в тёплые слои одежды.

В подсобку влетела рассерженная Галина, старший менеджер с паскудный характером.

— Артур Юрьич, вы хоть представляете, что... — задыхаясь, зачастила она.

Красавчик даже головы не повернул, бросил повелительно:

— Выйди.

И очковая кобра поперхнулась своим же ядом. Пасть разинула, вывернула в мою сторону покрасневшую физиономию, снова захлебнулась желчью и позорно ретировалась.

Мы опять остались наедине. Расстегнула пару верхних пуговиц на шубке из искусственного меха. Пять минут назад меня морозило, а сейчас почему-то окатило жаром.

— Ты кто? — отрывисто спросил Артур.

Без Юрьевичей обойдётся, ишь как уставился.

— Ксения, — почему-то ответила шёпотом, потом опомнилась, кашлянула и скинула верхнюю одёжку. — Вас выйти не затруднит, а то у меня смена начинается через пятнадцать минут. Хотелось бы переодеться и привести себя в порядок.

— Раздевайся. Кто мешает?

— Ты... Вы.

— Так я или мы?

— А?

Никак не соображу, что происходит. Он очень сильно подавлял своими немигающими глазами. Я не робкого десятка, могу и словцом обрить, и зуботычин насовать, ежели заслужил, а тут вдруг съёжилась.

Он сделал шаг вперёд. При его росте под два метра, расстояние, разделявшее нас, сократилось почти вдвое. Машинально отступила назад, упёрлась спиной в стеллаж с папками.

— Раздевайся и приступай к работе.

Вот это двусмысленность! И вроде не подкопаешься, переодеться в униформу было необходимо, а после отправиться исполнять должностные обязанности. Почему тогда в голове копошились иные варианты развития событий?

Хотелось отвернуться. Или проверить, что он станет делать, если в самом деле сниму не только шубу и сапоги, но и платье с рейтузами, а потом ка-а-а-а-ак окунусь в головой в тот водоворот, куда затягивал его прожигающий взгляд.

Дверь открылась в очередной раз. Артур оглянулся через плечо. Меня в ту же секунду отпустило. Это что сейчас было?

На пороге маячил Никита, главарь бестолковости, и пожимал плечами:

— Артур Юрьич, ну, правда, само вышло! Я креслице того, качу себе спокойно. Вы ж велели на помойку? Я туда и подвигал. А тут эта, Галина Осифовна, под руку! Дык в стойку с энергетиками и влетел. Она плашмя, морозилка вдребезги! Ток вина не моя! Че она подкрадывается и орёт?

— Я те покажу, охламона кусок, кто тут подкрадывается и орёт! — заверещала милейшая Галина.

Иначе, как Галка Пэмээска мы её не звали, ядовитая бабень со склочным характером и нелюбовью ко всему живому.

Артур отошёл от меня. Выдохнула. Пока они разбирались, что же там стряслось в зале и кто всему виной, быстро заперла подсобку на ключ и столь же рьяно переоделась. Откуда вообще взялся этот Артур Юрьевич?

Пихнула вещи в кабинку и тенью шмыгнула в торговый зал. Сменщица Ирка похихикивала в кулак, наблюдая из-за касс за перепалкой глуповатого Никитки и амбициозной, но не менее туповатой Галины.

— Я велела ничего здесь не трогать! Всё имущество компании у меня на подотчёте! — разорялась низенькая тётка в лиловом брючном костюме, который делал её похожей на переваренную свёклу.

— Так Артур Юрьич сказал, — отбивался Никита уже известным аргументом.

Было видно, что у Галчонка имеются веские возражения, однако озвучить их она не решалась. Ляпнуть, будто плевать она хотела на приказы Артура Юрьевича, — грубо и непрофессионально, тем более что сам Артур стоял неподалёку и с безучастным видом разглядывал испорченную морозильную камеру с разбитой стеклянной крышкой. Поодаль валялись истинные виновники: затёртый до дыр кожаный стул с крестовиной на колёсиках и шаткий стеллаж с логотипом известного бренда энергетических напитков.

Ирка подвинулась, чтобы я смогла подойти к кассе и начать пересчитывать наличность.

— Видала, кого к нам прислали? — заговорила она шёпотом.

— Такого сложно не заметить, — ответила тоже тихо и набрала на калькуляторе цифру «4000», ровно столько сотенных купюр оставалось в кассе на сдачу.

Быстро пересчитала мелочь, начала прибавлять и её, когда мозг зацепился за цифру.

Чёрт! Совсем вылетело из головы обещание вернуть Диме сорок тысяч. Поутру и не вспомнила об интригующей переписке, а потом скопом навалились хлопоты и Вадик, и я думать забыла о чужих деньгах на моей карте.

— Это же Артур Смолин! — шипела на ухо Ира. — Координатор интегрированного управления строительством всего дальневосточного отделения, между прочим! Ого-го какого полёта птица! И холостяк к тому же.

Понятно, чего это Ирку так пробрало, даже не поленилась выучить наименование должности, об которую не то что языком споткнуться, двойной вывих с преломлением заработать можно. Холостяк! Ещё и большая шишка! Добавьте сюда внешнюю привлекательность и станет ясно, чего это моя сменщица не торопится домой. В нашу мясную лавку сирых и незамужних подвезли элитный деликатес — состоятельного брюнета приятной наружности.

Посмотрела на координатора из-за монитора.

— Вычту из зарплаты! Это же форменное разгильдяйство! Сегодня же оформлю строгий выговор за порчу... — сыпала административными проклятиями Галочка.

— Всё прибрать, товар переложить в соседний ларь. Заказать новую крышку взамен разбитой, — стальным голосом перебил визги менеджера Артур. — Работнику вынести устное предупреждение на первый раз. Вам всё понятно? — он сурово глянул на Галку, и та сравнялась по цвету щёк со своим костюмчиком.

— Эт, шеф, я чес слово случайно, — потупился Никита.

— Закончите уже с моим кабинетом, — устало попросил Артур, потёр виски и двинулся обратно в служебные помещения.

По пути окатил меня свежей волной странного взгляда, покачал головой и был таков.

— Закончить с его... что? — подумала, что ослышалась.

— Во-во, тут начинается самое интересное! — затарахтела Ирка, наваливаясь локтем на прилавок. — Он приехал сюда ради постройки новой заправочной станции. Ну, ты знаешь, на том самом пятаке, где раньше восточный переезд стоял. Теперь там пустырь, путепровод же построили, а вместо него решили АЗС забабахать. Наши подсуетились, земельку прикупили и прислали к нам этого, — она с нежностью воззрилась на дверь, за которой недавно скрылся Артур. — А офиса компании у нас в городе нет, не положено, мы ж не миллионник. Где ему работать? В гостинице или на съёмной хате? Во! Он и решил окопаться у нас на заправке. Корпоративный дух, близость к коллективу и всё такое прочее. Приехал сегодня в шесть утра, весь такой хмурый и неприлично отдохнувший, Пэмээску (то есть Галину) хвать за мягкие окорочка — прикинь, эта тварь дрыхла в кабинете у себя на диванчике, пока мы тут с Янкой жопу надрывали в роли бариста для дальнобоев. Ругань затевать не стал, видать, ему не по чину. Спокойно так сказал, чтобы манатки собирала и сваливала в подсобку, кабинет, мол, отныне его. Вот с той минуты и стоит ор коромыслом. Артурчик всех сотрудников созвал, даже заправщиков с грузчиками да дворником припахал, и велел весь хлам из кабинета на помойку выставить. Галка в штыки, кинулась начальству звонить. В половине седьмого утра! Знаешь, как она присмирела уже через полминуты! Кто-то свыше ей такую перцовую клизму вставил — мама не горюй! А Артур вызвонил всю Серегину бригаду (это она заправщиков имела в виду, которые, как и мы, работали посменно: две дневных смены, столько же ночных и пару суток дома), вручил Киту ключи от своего «BMW», раз уж «Газель» наша накрылась медным тазом, и велел срочно всех привезти на работу. Пообещал всем оплатить сверхурочные.