Мое внимание привлекла шайка разбойников, лакающих мутную брагу. Они играли в кости и громко гоготали, обсуждая какую-то гнусность. В центре, на куче тряпья, восседал здоровяк с перебитым носом и шрамом через всю щеку. Он чистил ножом ногти, лениво поплевывая в огонь.

— Гости? — прохрипел главарь, спиной почуяв мое появление. Развернулся, уставился на меня алчным взглядом. — Заблудился, мальчик? Или ищешь, кому продать свою тощую задницу?

Бандиты затихли, поворачивая ко мне ухмыляющиеся рожи, уже предвкушающие легкую добычу и развлечение.

— Я ищу новый дом, — ответил, выступая из тени в круг света. — И слуг, которые будут его охранять.

Главарь медленно поднял голову. Его глаза, налитые кровью, сузились.

— Слуг? — главарь медленно поднялся, возвышаясь над остальными горой мышц и жира. — Сейчас я тебе покажу слуг, борзый щенок! Ты у меня визжать будешь, как свинья, которую режут.

Он шагнул ко мне, поигрывая ножом и сжимая в руке амулет, фонящий слабеньким боевым заклинанием. Остальные загоготали, предвкушая потеху.

— Взять, — приказал я, ухмыляясь в ответ.

Рыжий прыгнул из тени, сбивая мужика с ног, как кеглю. Огромная туша рухнула в грязь, а на его груди уже стоял чудовищный волк, скаля клыки у самого горла бандита.

Смех в ту же секунду оборвался, кто-то икнул от ужаса. Запахло свежей мочой. Из боковых проходов выскользнули остальные волки, окружая сброд плотным кольцом.

— Убери тварь! — взвизгнул главарь, вжимаясь в грязный пол. — Убери! Я все отдам!

— Не расслышал. Кто там визжит? — вопросительно вздернул бровь.

Убивать я борова не собирался, только припугнуть хорошенько и заставить служить. Но он сделал свой выбор, когда активировал боевой амулет. Послышался легкий щелчок, но еще раньше Рыжий уловил мой импульс, предупреждающий об опасности. Волк клацнул зубами, смыкая мощные челюсти на руке главаря, оторвал ее до локтя и швырнул в сторону.

Заряд бахнул, разметав людей в стороны. Мои звери устояли, заранее заняв безопасные позиции. Я прикрылся легким щитом. А вот сам боров завизжал на высокой ноте и обделался. Рыжий брезгливо фыркнул и отступил, царапая лапами пол, как будто закапывая дерьмо.

— Ты не понял, — я подошел к главарю и наклонился к нему, разглядывая искореженную в гримасе боли рожу. — Я предлагаю один раз. И еще терпеть не могу, когда пытаются меня обмануть или навредить моим волкам. — Ты первый напал, и ты мне больше не нужен!

Я коснулся рукой тела, трясущегося мелкой дрожью, и потянул на себя его жизнь. Мне требовалась память борова, его знание местных реалий и катакомб, которые, суля по всему, простирались под городом на многие километры.

Огромная туша главаря усохла прямо на глазах, превращаясь в мумию. Кожа посерела и натянулась на костях, а я сыто икнул, ощущая избыток силы, которой тут же поделился с Рыжим.

— Кто-то еще хочет оспорить мою власть? — я выпрямился и обвел взглядом застывших в ужасе бандитов. — Кто следующий?

Ответом послужила тишина, треск костра и тяжелое дыхание волков.

— Я так и думал, — кивнул удовлетворенно. — Ты! — указал пальцем на тощего мужика, который жался к стене. — Подойди!

— Я? — просипел он, подчиняясь.

— Как зовут?

— Хромой, ваша милость… То есть, хозяин.

— Хромой, значит? Что ж, назначаю тебя старшим над этим сбродом. Будешь отвечать за них и выполнять мои поручения. Для начала я хочу знать весь расклад, какие банды держат порт? — информация от борова я уже получил, но хотел проверить, будут ли мне врать. — Кто ходит под Строгановыми?

Мужик закивал, как китайский болванчик. Он быстро сообразил, что смена власти — это его шанс подняться из грязи.

— Паук держит верхний рынок, — затараторил мужик, поглядывая на труп бывшего босса. — А в доках орудуют «Мясники». Они лютые, никого не щадят. У них склад в старой коптильне, там наверняка бабло припрятано, оружие, и жратва есть…

— «Мясники», значит? — я усмехнулся. — Отличное название для корма.

Моя стая проголодалась, а мне требовалось больше информации и ресурсов, чтобы закрепиться здесь. Жалеть там некого, судя по тем сведениям, которыми обладал главарь. Он и сам их побаивался, предпочитая обходить стороной. Что ж, их добро пополнит мои запасы, а тела…

— Веди, — приказал Сиплому. — Покажи мне эту коптильню.

Мы вышли на поверхность через час, оставив в катакомбах запуганных до полусмерти бродяг охранять наш новый дом и наводить там порядок. Я переоделся в вонючие тряпки, не желая пачкать свою одежду и стараясь ничем не выделяться из толпы бродяг.

Хромой вел нас задворками, стараясь не смотреть на бесшумные тени, скользящие по крышам и вдоль стен. Старая коптильня стояла на отшибе, окруженная высоким забором. Двое часовых у ворот травили байки, уверенные в своей безнаказанности.

— Взять, — шепнул я в темноту.

Смерть пришла к ним бесшумно. Серые тени метнулись из-за угла. Короткий хрип, звук разрываемой плоти — и часовые исчезли во мраке. Внутри здания я учуял пятнадцать человек, которые вели себя расслаблено, не ожидая нападения.

Я выбил дверь ногой врываясь первым. Почти одновременно со мной, выбивая окна, влетели мороки, с ходу устраивая кровавое побоище. Меня интересовал главарь — крепкий мужик с бычьей шеей и красным цветом лица.

На нем вспыхнул защитный амулет, а с пальцев сорвалось атакующее заклинание, срикошетившее по дубленой шкуре Рыжего. Одаренный? Тем хуже для него. Волку плевать на столь слабую защиту. Он опрокинул здоровяка на пол, наступив лапами на грудь. Мне оставалось только вырубить его ударом в висок.

Использовать здесь витамагию я поостерегся. Достаточно уже того, что мои волки засветились. После этой ночи им лучше будет спрятаться в катакомбах, чтобы не столкнуться с инквизиторами.

Я не обольщался, что информацию о стае мороков получится удержать в секрете. Новости быстро разлетятся по городу. Вопрос времени, когда доклад ляжет на стол Волкову.

Именно поэтому я велел своим новым помощникам вычистить коптильню до нитки и вынести все, что представляло собой хоть какую-то ценность.

Золото, накопленной бандой, и артефакты я забрал сразу, оставив Хромого контролировать вывоз остального добра и велев ему перед уходом поджечь здание. От тел «мясников», на счету которых сотни загубленных жизней, ничего не осталось, кроме тряпья и подметок от сапог.

Главного «мясника» я выпотрошил в другом месте — возле закрытого дока Строгановых, рассчитывая натравить на них машину инквизиции. Раздобыл старую лодку, погрузил на нее бесчувственное тело и под покровом ночи подплыл как можно ближе к месту стоянки «Грифона».

Там я врубил витамагию на полную катушку, вытягивая из тела силу вместе с информацией и слабенькой огненной искрой. Дальше я привязал к иссохшему трупу камень, прихваченный еще на берегу, и выкинул тело за борт. Лодку тоже утопил, проделав в днище огромную дыру, а сам отправился обратно вплавь.

На берегу меня ожидали Серый и Проглот, который полностью оправдал свое прозвище. Рыжий остался контролировать Хромого, чтобы не вздумал бежать с награбленным добром. В катакомбы мы вернулись одновременно. Бродяги сгибались под тяжестью ящиков, перетаскивая их из телеги в темное нутро коллектора.

Но работали они на совесть, подгоняемые страхом и жаждой наживы. Я велел Сиплому распределить ресурсы между членами банды. И ему самому отсыпал золота, награждая за службу.

Перед уходом я щедро поделился с волками собранной энергией и заодно приказал присматривать за членами банды.

Рыжему дал особое задание исследовать подземные тоннели и поискать выходы на поверхность. Предупредил, чтобы никого не трогали без приказа, а если увидят людей в белых плащах, следовало бежать как можно дальше.

Волк коротко рыкнул, принимая команду. Сегодня стая насытилась, а остальное его не беспокоило.

Сиплому оставил денег, чтобы покупал свежую рыбу или хорошего мяса для моих зверей. Припугнул на всякий случай, чтобы не смел никому обо мне рассказывать и другим запретил. Дал задание разузнать обо всем, что происходит в доках Строгановых.