Третий маг, на котором держалась оборона «Грифона», тоже меня заметил и попытался достать, когда понял, что остался без поддержки. Один из пульсаров, которыми он сдерживал натиск паладинов, полетел в меня. Едва успел выставить щит, который смел меня с палубы за борт. Я едва удержался за край, зависнув над водой. Подтянувшись, перекинул тело на корабль и накрылся щитом, ожидая новой атаки.

Но маг уже забыл обо мне. Той секунды, что он отвлекся на меня, хватило воинам света, чтобы усилить атаку и прорвать оборону корабля. Я посчитал, что сейчас наиболее удачный момент, чтобы исчезнуть. Многие видели, как маг ударил по мне боевым плетением, так что не они не удивятся, если я вдруг исчезну.

Я прыгнул в мутную воду Камы и поплыл к выходу из дока, направляясь к богатым кварталам города. В памяти Казимира, убитого мной старого мага, я отыскал информацию о клане Астафьевых и их особняке. Казимир бывал там частым гостем. Более того, он даже помогал устанавливать охранный контур вокруг владений. Вовремя он мне попался!

Выбрался на берег я подальше от того места, где кипело сражение. Сориентировавшись, где именно нахожусь, проплыл еще немного вдоль по течению, избегая магических лучей, которыми инквизиторы прочесывали реку в поисках беглецов.

Оказавшись на лодочной станции в паре кварталов от цели, высушил одежду бытовым заклинанием, почерпнутым из арсенала Казимира. Я и в прошлом пользовался подобным методом, стараясь следить за собой, но старый маг довел простое заклинание до совершенства.

Зарево пожаров из порта освещало весь город. Жители не высовывались, попрятавшись по домам и забаррикадировав двери. Даже бродяги забились в норы, стараясь не попадаться под горячую руку магов и инквизиторов.

Особняк Астафьевых возвышался над районом как неприступная крепость, сияя огнями в окнах и переливаясь магическими щитами на воротах. Я чувствовал мощные амулеты, расставленные по периметру, и точно знал, что они перекрывали все слабые места обороны. Если какой-то из амулетов выйдет из строя, то ему на замену активируется запасной. И как раз в эти несколько секунд участок периметра будет уязвим.

Мне потребовалось немного времени, чтобы вытянуть энергию из узла, расположенного в дальней части поместья. И за те десять ударов сердца, пока охранный контур мигнул и вновь заработал на полную силу, я оказался внутри.

Попав на территорию через задний двор, я быстро двинулся к зданию, намереваясь забраться внутрь через какое-нибудь подсобное помещение. Шум дождя скрывал мои шаги от охраны, расставленной по периметру. Воины явно расслабились, полагаясь на мощь магических барьеров. И это играло мне только на руку.

Внутрь особняка проник через открытое окно прачечной, сразу очутившись в лабиринте служебных коридоров, пропахших мылом и крахмалом. Я двигался быстро, прислушиваясь к звукам наверху, где располагались жилые комнаты и кабинет хозяина. Чутье вело меня к центру дома, где магический фон ощущался наиболее плотным и тревожным.

Первого часового я убрал у входа в оранжерею, коснувшись его шеи и погрузив в глубокий сон, выпив его до такого предела, когда организм отключается от слабости. Теплая энергия разлилась по телу, наполняя меня бурлящим океаном силы.

— Ты не понимаешь, во что ввязываешься, Леонид, — до моего обострившегося слуха донесся голос, который я бы узнал из тысячи.

— Наоборот, я прекрасно знаю, чего хочу! — возразил Ольге надменный мужской баритон. — И ты мне в этом поможешь, хочешь того или нет. Хватит ждать и надеяться. Твой сын мертв, а ты сама — вне закона. Только мое покровительство…

Сердце пропустило удар, а затем забилось с удвоенной силой, наполняя мышцы яростной энергией. Я рывком распахнул двери, врываясь в роскошный кабинет, заставленный книжными шкафами и украшенный шкурами диких животных.

В центре комнаты стоял мужчина в форме капитана. Он удерживал Ольгу за плечо, нависая над ней коршуном, готовым наброситься на добычу. Судя по воспоминаниям Казимира, это и был капитан Леонид Климов.

— Ты кто еще такой? — он нахмурился, потянувшись к висевшему на поясе магольеру.

— Гриша! — Ольга вскрикнула, вспыхивая такой смесью надежды и ужаса, что у меня перехватило дыхание.

— Отпустил ее, живо! — процедил я, чувствуя, как витамагия сжимается в тугую пружину. — И, возможно, тогда ты умрешь быстро.

— Неужели блудный щенок объявился? — капитан расхохотался, глядя на меня с насмешкой и превосходством. Тем не менее соображал он хорошо. — Как ты прошел через охрану? — насторожился Климов и рванул Ольгу к себе, сдавив ладонью ее шею. — Ты хоть понимаешь, что ворвался в дом Астафьевых? Да ты уже труп, просто еще этого не осознал.

— Гриша, беги! Он убьет тебя! — прохрипела Ольга, хватаясь за горло.

Климов неуловимым движением извлек из кармана артефакт в форме восьмигранника, от которого исходило мощное пространственное возмущение.

Я рванулся вперед, надеясь уничтожить капитана прежде, чем он воспользуется артефактом. Но он оказался опытным игроком и моментально воздвиг между нами стену из уплотнившегося воздуха.

Врезавшись в нее с разбегу, меня откинуло назад. Я пропахал спиной несколько метров, впечатавшись в дверной косяк. Ольга вскрикнула, пытаясь вырваться из мертвой хватки.

— Никуда он не денется, — Климов активировал артефакт, и за его спиной реальность начала рваться, открывая зев портала. — Если он так глуп, что пришел один, то скоро его схватит охрана. Они все бегут сюда, поднятые по тревоге. Ну а нам с тобой пора прогуляться…

Климов грубо дернул Ольгу к порталу, отступая в него спиной и наблюдая за каждым моим шагом. Я подскочил на ноги и ринулся вперед, поглощая всю магию, до которой мог дотянуться.

Миг, и обе фигуры скрылись туманной дымке, из которой повеяло ледяным холодом. Следом портал начал сжиматься, уменьшаясь в размерах с ужасающей скоростью.

— Нет! — взревел я и, не раздумывая ни мгновения, прыгнул следом

Меня подбросило, вывернуло наизнанку. Мир схлопнулся в ослепительную точку. На мгновение я будто перестал существовать, превратившись в поток чистой боли. Возникло поганое ощущение, будто каждую клетку тела растягивали в бесконечную нить, а затем связывали в узлы.

Время потеряло смысл, превратившись в бесконечный крик застрявшей в пространстве души, пока реальность не ударила в лицо ледяным ветром и запахом соленого моря.

Я рухнул на жесткий каменный пол, и остатки воздуха с хрипом выбило из легких. Перед глазами все плыло, но инстинкты уже обострились, ощущая сладковатый запах гниения, металла и крови.

Попытавшись подняться, я почувствовал, как на запястьях что-то тяжело звякнуло. Тяжелые кандалы, покрытые рунами подавления, впились в кожу, вызывая острую вспышку боли.

Вот же, сска, Климов!

— Добро пожаловать в мое скромное убежище, — тварь тут же напомнила о себе.

Я рванулся вперед, различая перед собой лишь мутное пятно. Но не успел сделать и шага, как удар кованым сапогом под ребра опрокинул меня на ледяные камни.

Трое громил навалились сверху, прижимая меня к полу и не давая даже шелохнуться. Я глухо зарычал, ощущая рвущуюся из груди ярость и желание расправиться с уродами, посмевшими меня задержать. Хлесткий удар в висок отправил меня в темноту.

Не знаю, сколько времени провел без сознания, но пришел в себя резко, как будто вынырнул из проруби. В глазах постепенно прояснилось. Я поднял голову, щурясь от резкого света магических ламп.

Капитан, сияя торжествующей ухмылкой, стоял в нескольких шагах, дожидаясь моего возвращения. Позади него заметил Ольгу. Она находилась без сознания и лежала на вертикальном ложе, опутанном тонкими нитями сияющей энергии.

Гнев вспыхнул во мне с новой силой, но блокираторы тут же отозвались обжигающим разрядом, от которого меня заколотило крупной дрожью.

— Сска… — прохрипел я, сплевывая кровь. — Что ты с ней сделал?

— О, не волнуйся, твоя мать — слишком ценный инструмент, чтобы портить его раньше времени, — Климов снизошел до объяснений. — И ты, как выяснилось, тоже. Видишь ли, Ольга Юсупова — чистокровный маг жизни, которого в прошлом прокляли темным заклятьем. Но проклятие не уничтожило дар, а исказило его настолько, что она сумела выносить и родить тебя. Твое появление лишний раз подтвердило мою теорию, что витамаги часто появляются у носителей магии жизни или целительства, которые подверглись воздействию скверны. Но твой дар витамага особенно ненасытен из-за того, какой силой обладали твои родители.