У меня столько вопросов.

Данте:

Тебе повезло, брат. Мой старый друг владеет частным ботаническим садом на окраине Лондона. Могу отправить тебе ключ срочной доставкой.

Кэмерон:

Ключ?

Кто этот друг?

Бруклин:

Пафоснооо.

Данте:

Клаус — хороший парень, не волнуйся. Он с женой купил его у какого-то мелкого лорда в прошлом году. Место очень эксклюзивное и уединённое.

Фрэнки:

Сорян, была на треке. не веди её в «rise», там отравилась. Не сексуально для первого свидания.

Если берёшь феррари, НЕ бери еду в салон.

Алек:

Как ты переживаешь это последнее поражение?

Кэмерон:

Нормально.

Эзра:

Хороший сейв в последние 10 минут игры :)

Бруклин:

Сезон идёт лучше, чем у Овертона?

Завёл новых друзей?

Кэмерон:

Пришли ключ, Данте. Спасибо. Должен идти.

Бруклин:

Не пропадай снова!!!!!

Дафна

Кэмерон:

Я буду ровно в три.

Дафна:

Круто. :)

В дверь раздаётся стук. Я замираю, не желая, чтобы Кэмерон подумал, будто я топчусь у порога, как влюблённая героиня дешёвой романтической комедии.

Потому что это не так — ну, по крайней мере, не больше пятнадцати минут.

День пролетел незаметно: я набросала план для своего вязального ретрита, создала новую страницу на сайте для записи и распланировала контент на месяц.

Я не наивна и не верю, что угрюмый парень, который бродит по нашему жилому комплексу, исчез навсегда, но каждый заслуживает второго шанса. Дружить с тем, кого я видела голым…это уже само по себе достижение. Конечно, возможно, это одна из тех ошибок, о которых я говорила Джуни, но, может, так и надо. Я научусь, вырасту и разберусь с последствиями.

Раздаётся ещё один стук.

Спокойно, Дафна. Спокойно.

Я открываю дверь. Кэмерон заполняет собой весь дверной проём. Его чёрная кожаная куртка скрывает тёмный свитер, который сочетается с остальным мрачным ансамблем. Маленькая золотая серёжка покачивается в его левом ухе. Несмотря на суровый вид, он чертовски привлекателен.

Я сглатываю.

Возьми себя в руки, девочка.

— О, это ты, — говорю я томным голосом, небрежно облокачиваясь о дверной косяк. Носки скользят по полу, и я медленно сползаю вниз. Приходится поправиться.

— Как и обещал.

— Круто, я только закончила съёмку.

Он бросает взгляд в мою квартиру — тщательно организованный хаос: повсюду разбросана одежда, вокруг стоят реквизит и лайтбоксы. В углу наготове стоит штатив с телефоном, который запечатлел последствия сегодняшнего дня.

— Хорошо.

— Мы что, на похороны собрались? — поддразниваю я. — Или это наряд для эмоконцерта, на который ты меня ведёшь?

— Это антрацитовый, — он бросает на меня игриво-разочарованный взгляд.

— Приношу глубочайшие извинения.

— Ты сама связала свой наряд? — он указывает на мой полосатый свитер с косами в розовых, жёлтых и оранжевых тонах и юбку в тон.

— Да. Это вторая юбка, которая идеально села после блокинга.

— Блокинга?

— Это как спа-день для готового изделия. Ты замачиваешь его, пока оно не промокнет насквозь, или, ну знаешь, пропариваешь. Потом растягиваешь вручную и оставляешь сушиться!

— Это… э… — он запинается, потирая затылок в милой мальчишеской манере. Его зрачки расширяются, почти поглощая карий цвет глаз. Кадык двигается, когда он сглатывает. Я что-то не то сказала? — Полагаю, можно сказать, что мы оба блокируем шары.

— Это что, шутка? — фыркаю я, игриво толкая его в плечо. — Мы и правда стали друзьями.

— Ну-ка, покрутись, — говорит он.

— Покрутиться?

— Чтобы я мог рассмотреть твою юбку. Я внезапно заинтересовался вязанием.

— О! — я краснею.

— Давай же. — он кивает мне. — Полный оборот.

Я сглатываю и кружусь. Он издаёт неопределённый звук. В коридоре вдруг стало жарче? Я никогда не считала себя особенно сексуальной, но когда его взгляд скользит по моим ногам, уверенность, которую он во мне пробудил, возвращается с новой силой.

— Раз уж ты внезапно заинтересовался вязанием, скоро придётся провести тебе настоящий урок, — ухмыляюсь я, и он кивает. — Так скажешь, куда мы идём? Ненавижу сюрпризы.

— Не сказал бы, что ты из тех, кто ненавидит сюрпризы.

— Опять ты строишь догадки, — дразню я.

— Придётся завязывать, а то опять заставишь меня отжиматься.

Я издаю нечто среднее между вздохом и смехом.

— Рада, что ты наконец понял, как будут строиться наши отношения.

— Мы идём в сад. Надень удобную обувь. — Лёгкая твёрдость в его голосе заставляет меня вздрогнуть.

— Есть, сэр.

Немного безобидного флирта между друзьями — это нормально, правда? Я натягиваю ботинки рядом с ковриком «Knit Happens¹⁴»¹⁵.

— Ты получила мой подарок с извинениями? — спрашивает Кэмерон, пока я наклоняюсь.

На следующий день после нашего заточения у двери появилась машина для мягкого мороженого. Сначала я не была уверена, стоит ли принимать её, но, будем честны, я люблю приятные вещи. И если Мистер Угрюмые Штаны хочет разориться, пытаясь загладить вину, я не стану его останавливать.

— Получила. Но извинения не купишь.

— Я не это имел в виду…

— И кстати, я люблю молочные коктейли, а не мягкое мороженое, — говорю я с каменным лицом.

Он хмурится.

— Я…

— Я шучу, Гусь. Это был один из самых милых подарков в моей жизни, спасибо. Если сегодня всё пройдёт хорошо, я даже могу пригласить тебя на особое угощение.

Это выражение снова появляется на его лице, но исчезает, когда я наконец выпрямляюсь.

— Я не ем сахар, помнишь?

— Ты же и друзей не заводил, а теперь взгляни на нас! — он наклоняет голову, и я улавливаю намёк. — Я не это имела в виду. Просто говорю, что ты можешь передумать. Если нет — будешь отжиматься, а я буду лежать на диване и наслаждаться десертом.

— Похоже, тебе бы это понравилось.

— Вполне возможно! — щебечу я, накидывая пальто. — Веди.

Мы, словно птицы, слетаем по лестнице, минуя безлюдную общую гостиную. В этом сезоне «Острова любви» осталось всего пару эпизодов, но мы с парнями твёрдо намерены сохранить традицию вязального кружка и реалити-шоу по средам. Следующим в списке идёт «Великий британский отбор». До аукциона Феми ещё полтора месяца, и только у Свена есть шарф, достойный торгов. Остальным парням нужно поднажать.

Может, Кэмерон сдастся и присоединится к нам. Наверняка он найдёт родственную душу в строгом и серьёзном Поле Холливуде. Вообще, они с Полом — два сапога пара. Оба с жёсткой внешностью, но мягкой и тёплой начинкой.

Как эклер.

Ооо! Кэмерон — это просто угрюмый эклер.

Воздух начала октября кусает кожу, когда я выхожу на улицу. Запах опавших листьев, сырой земли и дыма висит в воздухе. Я следую за ним по тротуару, пока Кэмерон не обходит машину — точнее, металлическую пантеру — и галантно открывает передо мной дверь пассажира.

— Залезай. — Он кивает на сиденье.

— Это твоя машина? — я застываю в шоке.

Глянцевая чёрная поверхность блестит даже под пасмурным небом. Она приземистая, с фарами, похожими на глаза хищника. Во многих смыслах это единственная машина, которая подошла бы такому угрюмому типу, как он.

— Я не пользуюсь метро, — говорит он.

— Эта штука, наверное, стоит целое состояние.

— Моя младшая сестра, Фрэнки, её разработала. В этом году она стала младшим пилотом.