— Помоги мне, — шепнула Тина, заметив меня, и закрыла глаза.

Ее белое, восковое лицо напоминало лицо неживой куклы.

Лекарь уже ощупал ее руки, ноги и ребра.

— Все целое, не сломано, — не поворачивая головы, проговорил лекарь. — Скорее всего, легкий ушиб от падения. — Кивнул он мне. — Ну и испуг не исключаем.

Он промокнул платком кровь и молча уступил мне место рядом с девушкой.

Я присела на колени и наклонилась над Тинеллой. Почувствовала легкое жжение в ладонях, мурашки побежали по моим рукам, неся лечебный нектар. Из сложенных лодочкой ладоней стала появляться легкая дымка с розоватым свечением. Изо рта показался пар. В этот раз мой нектар решил проявить себя именно так.

Я подула с ладоней несколько раз в лицо Тинелле, сдувая живительную пыльцу со своих пальцев. Заметила, как задрожали пушистые ресницы, а на белой коже лица появился слабый румянец.

— Достаточно, она пришла в себя, — услышала я его голос над ухом. — Несите девушку во дворец, — приказал распорядитель, заметив, что Тинелла открыла глаза.

— Спасибо, — прошептала она, кивнув мне.

Тинелла была так слаба!

Слуги, подхватили ее тряпичное тело и унесли во дворец.

Я замерла. То, что предстало моему взору, не поддавалось никакому описанию. Вывернутые с корнем деревья, поломанные кустарники, перемешанная с грязью трава. Такой сильный дар, конечно, годился короне. Маг воздуха мог защитить страну и заставить стихию работать против любых врагов.

— Ну что ж, похвально, такой дар иметь, это подарок свыше, — заметил герцог. Он вздохнул и настороженно осмотрел уничтоженную поляну. Я не заметила, когда он подошел к нам. Распорядитель поклонился ему с почтением и заметил:

— Ну что ж, продолжим испытания или закончим на сегодня и продолжим завтра? — повернулся он к королю.

— Продолжим… — Король оглядел взволнованных конкурсанток. На поляне все замерли в ожидании решения короля. — Сегодня, — проговорил он.

Присутствующие выдохнули.

Я прошла на свое место и присела на скамейку. Я поняла, что проявление моей магии и в этот раз не засчитывалось, как участие в состязании.

На поляну вышла Дара и стала в центре. Она закрыла глаза и повела руками вокруг себя против часовой стрелки, ее туловище потянулось за руками. Как балерина в танце, она привстала на носочки и стала медленно двигаться, словно ось в часах, ускоряясь, кружась все сильнее и сильнее, и уже в воздушном вихре исчезло все ее тело.

А на поляне все пришло в движение, и я заметила, что все возвращалось в первозданный вид. Даже дерево стало на свое место, будто его и не трогали.

Дара стала замедляться, стали заметны сначала руки, потом ноги, и вот уже вся девушка проявилась перед нами. Наконец она остановилась и без сил присела на траву.

Да, она вернула в первозданный вид поляну, но все осталось неживым. Растения и кусты, которые были сломлены Тинеллой, приняли целый вид, но остались мертвыми. на краю поляны я заметила погибший цветок.

Да, можно сделать все, что угодно и даже повернуть обратно время, как это сделали Дара и Розалинда, но оживить мертвое дано не каждому. Взглянув на раненый цветок, оставшийся лежать на поляне, я почувствовала непреодолимое желание приступить к своей части состязания. И хоть я уже показала свой дар, спасая короля и Тинеллу, я не удержалась и поднялась со скамейки.

Я подошла к поникшему растению и взяла его в руки. Оно еще не погибло окончательно, я чувствовала, как по сломленному, но восстановленному стеблю медленно, течет живительный сок. Я ощущала, как этот цветок хочет жить, как тянется к свету. Я словно услышала его мольбу: «Спаси меня, прошу, спаси!»

Я закрыла глаза и заставила свою силу направить живительную магию в цветок. Голубые светящиеся нити оплели растение и стали напитывать его духом. Влага заструилась по стеблю к цветку, наполняя белоснежные лепестки жизнью.

Когда я открыла глаза, в моих руках находился живой цветок. Я протянула руки вперед, и он спорхнул с моих ладоней, словно мотылек, опустился на поляну и тихо зазвенел. И было столько радости в его пении.

Я услышала за спиной хлопки. Обернувшись, увидела принца. Он замер на краю поляны и смотрел на меня, прищурившись от солнца. Рядом с ним стоял Оскар и театрально хлопал в ладоши.

Мы встретились взглядами с принцем. Что-то такое промелькнуло в его глазах, от чего мое сердце стукнуло и понеслось вскачь. От частого пульса даже стало больно в груди. Но, вспомнив разъяснения Оскара по поводу «правильного выбора невесты», я вдруг почувствовала разочарование, и первой отвела свой взгляд. Успела только заметить, как вздохнул принц.

— Я думаю, на сегодня состязаний достаточно. Завтра продолжим, — заявил он и, дождавшись, когда все поднимутся со скамеек, поспешил к отцу и, поддерживая его, первым покинул сад.

А мне стало страшно. Среди претенденток оставались маги погоды и огня. Если они завтра здесь все зальют дождями или сожгут магическим огнем, то что останется от поляны? Я вряд ли смогу все восстановить. Хорошо, если они это сделают в обратном порядке. Но все равно, чтобы оживить погибшее, недостаточно повернуть время вспять, нужны живительные силы. Много живительных сил.

А где я их смогу восстановить, если все будет уничтожено? Из горшечных комнатных растений? Или во сне, летая сначала над поляной, а потом на черном драконе?

Истощенные и уставшие мы долго добирались в свои комнаты. Я бы рухнула, не раздеваясь, на постель, не обращая внимания на возмущения бытовика, но на столике стояло два горшка с комнатными растениями: две цветущие оранжевые лилии.

— Что это, — задала я вопрос в пустоту, даже не сомневаясь, что меня услышат.

— Я решил, что вам это сегодня понадобится, — в голосе бытовика звучало самодовольство. — Вчера заметил, что лилии для вас самые сытные цветы. И вот… Смог добыть для вас парочку, но только до полуночи, потом нужно их вернуть, они принадлежат дочери нашей главной поварихи, а с поварихой лучше не ссориться. Мне и так дали эти цветы под высокие проценты, — бытовик многозначительно хмыкнул, явно намекая на что-то непристойное.

О драконы, он что, тайный любовник дочки поварихи? Или самой поварихи?

Ах, ты ж, повеса! Очень интересно!

— Благодарю вас за помощь, — повернула я голову на голос и подошла к цветам.

Лепестки с тычинками действительно дали мне немного сил, и я смогла раздеться, и даже сходить в душ. Когда вернулась в комнату из ванной, меня ждала еда на столике.

Нас с девушками решили кормить по отдельности? Но почему?

Я так подумала, но если честно, была рада уединению. Мне совсем не хотелось наряжаться и сидеть за обеденным столом и изображать из себя придворную даму. Уж лучше так, чем слушать язвительные замечания Оскара и ему подобных. А еще ловить на себе недовольные взгляды Даниеллы и ее подруг.

Перекусив еще теплой телятиной, запеченными овощами и хлебом, запив все это узваром из сухих фруктов, я уже собиралась прилечь, когда почувствовала жжение на руке. Метку отбора, что я спрятала под браслетом, невыносимо пекло. И казалось, что пекло именно из-за браслета. Он накалился, словно железо в кузнице.

От боли я прикусила губу и поспешила снять злосчастное украшение. Это мне удалось сделать с огромным трудом. А еще я заметила, что глаз дракона сверкает красным.

Что происходит? Что это за колдовство?

Стащив наконец браслет с руки, я открыла шкатулку, швырнула его поверх своих украшений и уже хотела захлопнуть крышку, но мое внимание привлекла брошь. Последние солнечные лучи отражались от лепестков, и брошь сияла призывным зеленым светом.

Не знаю, откуда у меня появилось желание взять брошь в руки. Прижала к себе. Так в обнимку с брошью я прилегла на постель и уснула.

А во сне я снова оказалась на той самой живописной поляне. Я парила над бескрайним цветочным океаном. Ветер в этот раз буйствовал и сгонял всех насекомых, не разрешая им трудиться на прячущихся бутонах. Цветы стелились низко к земле, боясь повредить свои нежные стебли.