«Нет, Шион, ты должна поговорить со мной» — от Конора пришло еще одно сообщение.

«Сейчас я не хочу с тобой разговаривать и, если ты придешь в мой дом, нам с тобой больше никогда и ни о чем будет разговаривать. Дай мне побыть одной»

— Моран проявляет к тебе подозрительно много интереса, — нервно перебирая пряди волос, Фиа все так же смотрела на экран.

— Предполагаю, что ему понравилось пользоваться мной. Я же тебе говорила, что Моран мне в своем доме предлагал быть его шлюхой, — я заблокировала телефон и положила в карман джинсов.

Меня до дрожи пугала мысль, что Конор все-таки может прийти в этот дом и кто-нибудь его увидит.

Мне оставалось лишь надеяться, что этого не произойдет, ведь для него я теперь лишь загнанный зверек, которому некуда бежать. И это правда. Мне некуда идти. Все-таки моя семья тут, но мне требовалось просто время. Хоть немного. Хотелось верить, что я придумаю, что делать дальше.

Разговор с Фией мне очень помог. Мы долго сидели в той комнате. Все раскладывали по пунктам. Так и не пришли к тому, что можно сделать с Мораном, но становилось ясно, что сейчас мне следует хотя бы выйти из своего укрытия. Прятаться тут вечно, я не смогу. Так или иначе, но мне придется встретиться со своей семьей, а потом решать проблемы по мере их поступления.

Но в первую очередь мы хотели незаметно пробраться на кухню и напиться там горячего кофе. Учитывая то, что Фиа страдала от жуткого похмелья, а я себя чувствовала так, словно меня поезд переехал, нам двоим это требовалось. Может, после кофе в голову пришли бы нормальные идеи.

Но, насколько бы осторожно мы бы не пытались добраться до кухни, везение сегодня явно не на моей стороне.

В холле было тихо. Лишь по этой причине мы решили пройти через него, но, как оказалось, там сейчас были Ивон, Крэйг и Митчал. Они молча рассматривали какие-то карты лежащие на столе, но, стоило нам с Фией воровато выйти из коридора, как все трое альф обернулись в нашу сторону. Мы тоже застыли. Черт.

Взгляд брата коснулся меня и не прошло даже мгновения, как выражение его лица изменилось. Я не знала, что именно увидела в его глазах – неверие, непонимание, шок? Но брат тут же поднялся и быстрым шагом пошел ко мне.

Когда Ивон протянул руку к моим волосам, я знала, что произойдет дальше, но, стоило ему одним резким движением убрать белоснежные пряди и посмотреть на шею, как у меня по спине прошел холодок. Я не могла описать того, что увидела на лице брата. Понимала, что реакция у него будет сильной, но не подозревала, что настолько.

— Кто? – это единственное, что он спросил, неотрывно смотря на мою метку. Даже не моргая и я прекрасно почувствовала, как сильно рука брата была напряжена.

— Я… Я не могу сказать.

Ранее мы с Фией обсуждали разные варианты того, что я могу сказать Ивону. То, как хоть немного смягчить эту ситуацию, но сейчас казалось, что все слова вылетели из головы. Растворились.

— В каком это смысле ты не можешь сказать? – Ивон медленно перевел взгляд выше и посмотрел в мои глаза. В его собственных, стальных, я сейчас ничего простого не видела.

В холе воцарилась настолько глобальная тишина, что было слышно лишь то, как ливень хлещет о дальние окна и то, как Фиа нервно переминается с ноги на ногу.

— Это… прости, но я… — слова с моих губ срывались медленно и неуверенно.

Ивон взял меня за руку и потянул к правому коридору. Я понимала, что сейчас мне будет очень не просто, но не сопротивлялась.

Брат завел меня в одну из комнат. Захлопнул дверь. Теперь, когда не было других, устремленных на меня взглядов, казалось, что мне должно стать немного проще, но все оказалось наоборот. Оставшись наедине с Ивоном, я чувствовала, как воздух сжимался и невыносимо давил.

— Теперь говори, — брат подошел ко мне, взглядом прожигая метку. Еще я уловила то, как он делал вдохи. Наверное, по запаху пытался понять, что за альфа меня пометил. Это было серьезным поводом впасть в панику, но я пыталась успокоиться себя тем, что Фиа отчетливо дала мне понять, что никаких посторонних запахов от меня не исходит.

Я переплела пальцы. Начала их сжимать. Нервно переступала с ноги на ногу и совершенно не понимала, что сказать. Но чувствовала себя так, словно эмоционально меня плавило. И эмоции были далеко не самыми лучшими.

— Прости, но я не могу сказать.

— Ты серьезно? Тебя, блять, пометили вечной меткой, а ты не скажешь мне, кто это сделал?

— Я пока что не могу, — я отрицательно качнула головой. Слишком резко. Так, что волосы упали на лицо.

И я понимала, что на самом деле предпочту никогда не рассказывать брату о том, кем я меченная.

— Есть две новости. Обе плохие, — Фиа села на диван рядом со мной и поморщилась. Ей до сих пор было паршиво.

— Хороших не будет? – вымученно спросила. Я тоже чувствовала себя все хуже и хуже. А ведь мы с Фией так и не смогли выпить кофе.

— Нет, хороших не будет. Но учитывая обстоятельства это ожидаемо, — сползая на диване, она скинула комнатные тапочки и закинула ноги на журнальный столик. – Во-первых, по всему дому уже разнеслась новость о том, что ты теперь меченная. К сожалению, Крэйг не умеет держать язык за зубами.

Я еле удержалась, чтобы не простонать. Хотя и это было ожидаемо.

— Ты теперь главное обсуждение. Весь дом гремит. Даже меня только что таскали из стороны в сторону, пытаясь узнать хоть какие-то подробности. Кое-кто даже не верит, — Фиа взяла замусоленную подушку и положила ее себе на живот. – Ну, конечно, блин, у тебя же не было альфы, если не считать Кристиана, с которым вы разошлись. Да и его считать не стоит, так как на тебе никогда не было его запаха и, понятное дело, что между вами ничего не происходило. А то, что ты не открываешь имя альфы, который тебя пометил, создает только больше шума.

— Но, если я скажу, что это Моран, будет намного, намного, намного, намного хуже, — это «намного» я могла бы повторять вечно.

— Да, с этим спорить не буду, — Фиа согласно кивнула. – Я сама до сих пор не могу прийти в себя.

Я пальцами постучала по телефону и перевела взгляд вправо. Посмотрела на окно.

Сейчас я сидела в одной из крайних комнат на втором этаже. Мне пришлось тут спрятаться, ведь, до того, как я это сделала, те альфы и омеги из моей семьи, с которыми я столкнулась, чуть не задушили меня расспросами про метку. У каждого реакция была примерно одинаковой – шок и острое непонимание того, что вообще происходит.

— Какая вторая новость? – спросила, потирая лицо ладонью. Как же мне было паршиво.

— Ивон ищет альфу, который тебя пометил. Он только что меня допрашивал. Да и не только меня, — Фиа пальцами провела по кисточкам на подушке. – Я ничего не сказала, но, черт, твой брат умеет давить.

Я очень сильно напряглась. Ивон и меня допрашивал. Изначально он просто не понимал, что происходит и почему я так себя веду. Возможно, эти вопросы и так в нем остались. Может, даже стали хуже, ведь действительно происходило что-то паршивое.

— Он переживает за тебя, — немного тише произнесла Фиа. – Ивон тебя любит. Очень. Ты самое ценное, что у него есть. Даже, когда ты просто была у Кристиана, он себе места не находил, хотя ты вообще-то должна была стать женой Миллера. А тут… оказывается, что тебя кто-то тайно трахал, а потом еще и на всю жизнь пометил. Без обязательств. Без штампа в паспорте. При этом ты все скрываешь от Ивона. Если честно, со стороны это выглядит не очень.

Я опустила голову. Мне даже нечего было ответить. Фиа указывала на те места, которые действительно болели.

— И, прости, Шион, но я не могу сказать, что Ивон перегибает в своих опасениях. Ты еще та чертова катастрофа. За тобой нужен глаз да глаз. Я вот за тобой не уследила и в итоге ты пошла к преступнику, который находился под арестом, вырубила его, а потом еще и… Господи, я про это даже говорить не хочу, — она очень тяжело выдохнула. – В этом есть и моя вина. Я вижу, какая ты сейчас разбитая и…