Еще одна из причин, по которой я сегодня не хотела никуда выходить – когда я утром на несколько минут вышла на улицу, чтобы выбросить мусор, увидела там странного мужчину. Он был одет так, как привычно для этого района, но все же чем-то отличался от местных. Все-таки, когда ты годами живешь в подобной местности, уже умеешь отличать чужаков от своих.

Тот мужчина просто прошел по тротуару. На меня не обратил никакого внимания, а я стояла словно вкопанная и пялилась на него. Почему-то мне стало не по себе.

Или я уже сходила с ума видя подвохи там, где их нет, или происходило что-то плохое.

Скорее всего, правильный первый вариант. За последнее время произошло слишком много ужасного и мое сознание уже сбоило. Поэтому я и хотела хоть немного отсидеться дома.

— Ладно, сам пойду в магазин, — Оливер отбросил на стол кухонное полотенце. Он говорил это Фие, но, оборачиваясь ко мне, произнес: — Все равно куплю тебе содовую. Еще чего-нибудь хочешь?

— Неа. Да и содовую не нужно.

Когда Оливер вышел из кухни, я обернулась к Фие.

— Что это с ним сегодня происходит? Я выгляжу настолько жалкой, что он меня решил содовой утешить?

— Ох, моя наивная Шион, дело далеко не в жалости, — Фиа произнесла это тоном матери, поучающей своего ребенка.

— А в чем?

— В том, что альфы еще те придурки любящие прекрасное. Причем намного сильнее, чем они готовы признать.

— Я все равно ничерта не поняла.

Я кончиками пальцев потерла виски. Голова гудела.

Почувствовав то, что мой телефон зажужжал, я достала его. Увидела, что пришло сообщение от Кристиана:

«Как ты? Все хорошо?»

Несколькими сообщениями мы перекинулись еще ночью. Миллер спросил точно ли Моран отвез меня к моей семье и все ли со мной хорошо. Я тогда вышла в коридор и, найдя укромное место перезвонила ему. Все рассказала, попросила не волноваться и призналась, что пока что никому не посмела рассказать про Морана, из-за чего причину своего возвращения перед семьей объяснила, тем, что я не подошла родителям Кристиана. Пока что я чувствовала себя загнанной в тупик.

«Да, все отлично. Новый дом хороший. Тут уютно. Возможно, мы вечером сделаем небольшую, тихую вечеринку. Можно сказать, что просто посиделки. Все равно начнется ураган и все дела придется отложить»

«Рад, что твое воссоединение с семьей прошло отлично. Конор к тебе не приезжал?»

«Нет»

От него не было даже звонков и сообщений. Мне хотелось верить, что это хороший знак. Может, у него сейчас важные дела, а со временем Моран вообще про меня забудет.

Подходя обратно к шкафу с продуктами, я подумала и все-таки написала Кристиану сообщение:

«Моран вчера сказал, что он расторгнул помолвку со своей невестой. Это правда?»

«Он тебе так сказал?»

— Шион, можешь, пожалуйста, помочь мне поднять стулья? Нужно пол помыть, — до меня донесся голос Фии.

— Да, сейчас. Пожалуйста, подожди минутку.

Спрятавшись за дверцей шкафа, я, почему-то почувствовав, как по груди разлилось что-то неприятное, написала:

«Да. Думаешь, это неправда?»

«Не знаю. Я ничего про это не слышал, но мне всегда казалось, что расторжение помолвки между Конором и Джулией невозможна»

Я застыла на месте, взглядом прожигая экран. Внутри все сжалось. Пальцы сжали телефон настолько сильно, что это даже отдалось болью в ладонях.

«Почему?» — я написала новое сообщение.

«Потому, что они вместе с детства. Конор и Джулия росли с пониманием, что станут мужем и женой. Годами к этому все готовилось и, поверь, там все куда глобальнее, чем ты можешь себе представить. Тем более, Конор действительно любит Джулию. Я годами был рядом с ними и так, как к Джулии, он ни к кому не относился. Любой взгляд на нее и он был готов порвать на части»

Я спиной оперлась о дверцу, из-за чего она жалобно заскрипела. Захотелось сильно потереть лицо ладонью. Отложить телефон в сторону, но он вновь зажужжал от нового сообщения Кристиана:

«Я могу спросить об этом у общих знакомых, но обычно о расторжении таких помолвок говорят во всех новостях»

Кристиан прав. Про приближавшуюся свадьбу Морана и Джулии говорили все. А про разрыв помолвки промолчат?

Написав сообщение, я поблагодарила Кристиана, после чего положила телефон в карман джинсов и поплелась помогать Фии.

В сознании все рвалось от эмоций, которых я понять не могла, но все-таки они настолько мощно были по мыслям, что на некоторое время я вовсе выпала из реальности. Наверное, среди них была злость. А еще отчаяние. Мне становилось плохо.

Когда мы с Фией закончили на кухне, я поднялась на второй этаж и зашла в одну из комнат пока что непригодных для жизни. Я ее присмотрела для себя. Если получится, привести ее в порядок, сделаю тут свою спальню.

Я притянула сюда веник и моющие средства. Уже собралась выносить в коридор имающуюся тут мебель, как посмотрев в окно, чтобы проверить погоду, увидела в окне соседнего здания, какого-то альфу.

Соседнее здание находилось слишком близко. Лишь с одной стороны, но в этот момент я слишком сильно напряглась. Если я займу эту комнату, получается, прямо напротив моей спальни будет спальня какого-то другого альфы, живущего в том доме?

А он еще и сейчас был полуголым. Находясь около открытого окна, он курил и что-то смотрел на телефоне.

Этот альфа высокий, мощный. Волосы светлые. Глаза серые. И от него исходило что-то такое дикое, животное.

Будто почувствовав мой взгляд, он оторвал взгляд от телефона и посмотрел на меня. В этот момент мы встретились взглядами.

Что-то на его лице изменилось. Сначала он приподнял одну бровь. Затем свел их на переносице и спросил:

— Что ты такое?

Я настолько сильно поджала губы, что они сложились в одну тонкую линию. Какой же грубый вопрос.

— Призрак убитой тут девушки, — сказала, беря веник и начиная заметать. – И, поскольку ты увидел меня, я заберу тебя с собой в ад.

— Я все равно считаю, что тебе лучше на время уехать, — Ивон сел в кресло напротив меня и посмотрел тем взглядом, который я прекрасно знала – ощущался он, как сталь разливающаяся по коже и означал, что сейчас спорить с братом нет смысла. Он не пойдет на уступки. – Уже теперь у тебя есть пропуск. Ты можешь попасть в любой район.

— Не в любой, — я потерла ладони. Весь день занималась уборкой и кожу на пальцах немного жгло. – Некоторые города для меня все еще закрыты. И, думаю, кое-каких районов это тоже касается.

— Мы с тобой прекрасно понимаем, что, если ты захочешь, сможешь попасть куда угодно и пропуск для этого не нужен. Ты со всеми «пунктами» справишься самостоятельно. Но, хорошо, я согласен с тем, что нет смысла нарушать закон там, где это не требуется. К Элайзе ты сможешь попасть и по пропуску.

Когда-то давно Элайза являлась нашей с Ивоном соседкой. Еще в те времена, когда мы жили вместе с матерью. Она часто кормила нас и пускала к себе в периоды, когда мама сутками не появлялась дома, при этом закрыв входную дверь и забрав ключ с собой. К сожалению, это происходило достаточно часто – мы с Ивоном возвращались со школы, а попасть в квартиру не могли.

Со временем Элайза стала для нас, как старшая сестра. Буквально пару лет назад она вышла замуж и уехала за город. Там находилось что-то наподобие фермы. Плюс такой местности в большом количестве зелени. Минус – отсутствие любой цивилизации. Но мы все так же пытались не обрывать связь. И я правда, очень хотела ее увидеть, но точно не при таких обстоятельствах. Тем более, для этого не время.

— То есть, ты предлагаешь мне сбежать, в то время, как ты сам отказывался куда-либо ехать, несмотря на то, что в любой момент тебя могли убить? – я прищурилась, скрещивая руки под грудью. Внутри кольнула злость.

— Это другое, Шион. Тем более, мне слишком сильно не нравится то, что Моран настолько настойчиво тебя искал.

— Ранее он и тебя искал. Его намерения все мы прекрасно понимали, но, опять-таки, ты никуда не уезжал.