— Так вот, под ящиками с кристаллами, заполненными тьмой, лежит кое-что очень напоминающее те взрывные сферы в доме графа Кожевникова, — сказал Грох, а потом каркнул во всё горло, будто пытался подобрать слова. — В общем через все ящики проходят странные энергетические нити, которые всё это дело связывают.

— Что ещё за нити, Грох? — не удержался от вопроса я, хотя больше всего мне хотелось уничтожить Лопуховых вместе с их людьми и машинами.

— Они очень похожи на те узлы на изнанке, которые ты уничтожаешь, — тихо ответил мой питомец. — Только вот эти конкретные нити связывают воедино светлые кристаллы, тёмные кристаллы и взрывные сферы, заполненные белым пламенем.

Я выругался сквозь зубы и отпустил тьму. Ведь люди, стоявшие передо мной, притащили ко мне готовые связки для создания разрывов реальности. Но у меня был один вопрос, ответ на который я бы очень хотел услышать.

Почему они так хотели вытащить меня в очаг вместе с этими связками?

Моя тьма расползлась по земле и окутала каждого человека в радиусе пятидесяти метров. Она оплела машины и людей, моих и чужих гвардейцев, истребителей и княжеских особ. Куприянов рядом со мной крякнул от удивления и усилил свой барьер.

— Не беспокойся, моя тьма не тронет своих, — сказал я ему и сжал пальцы в кулаки.

Автомобили Лопуховых смяло в одну кучу, а липкая паутина связала всё это в одном месте. Я снял с пальца кольцо с пространственным хранилищем, а потом вытащил из кармана кулон в виде цветка.

— Грох забирай всё, что можешь, — приказал я питомцу, и через мгновение оба артефакта, честно найденные кутхаром в императорской сокровищнице исчезли в когтистой лапе питомца.

— Я почти всё на изнанку перетащил, — пропыхтел он. — Ящики уже все там.

— Скажи, как закончишь, — распорядился я и снова вернул внимание к княжеской чете.

Княгиня обладала довольно сильной магией воздуха, который она сжала вокруг себя и мужа, создав своеобразный пятачок безопасности. Огненный барьер князя Лопухова расширился и закрыл их обоих. Я наконец вспомнил имя князя, который на картинках в сети выглядел невзрачным коренастым мужчиной, а в жизни оказался весьма интересным противником.

Виктор Лопухов уверенно продвигался к автомобилям, ещё не зная, во что они превратились. В какой-то момент он достал уже знакомый мне сложный артефакт связи и что-то нажал на нём. В ответ на это бронированный внедорожник будто разрезали изнутри на две половины.

Из машины выскочили бойцы Лопуховых с боевыми артефактами наперевес. И в этот самый момент мои гвардейцы вскинули автоматы и приготовились к бою. Хотя пока что никто не сражался и не было ни единого атакующего заклятья, мои люди понимали, что битва начнётся в любую секунду.

Сыч, Лось и Лист уже стояли за моей спиной с автоматами наизготовку, а Куприянов раскинул руки для атаки. Я окинул взглядом всех нас и понял, что несмотря на откровенную враждебность чета Лопуховых до сих пор нас не атаковала. Они защищались и пятились к машинам.

Пусть князь отдал приказ своим людям, те лишь высвободились из покорёженных автомобилей и активировали артефакты личной защиты. Значит, основной план Лопуховых включал не нападение на меня и моих людей, а что-то другое.

— Князь, не хотите объясниться? — громко спросил я. — Вы активировали ауру у врат в аномальный очаг. Я расцениваю ваши действия как провокацию и попытку диверсии.

— Мало ли что ты там расцениваешь, — прокричал князь сквозь треск пламени его барьера. — Я выставил барьер для защиты себя и своей дорогой супруги, а вот ты применил тьму ко мне и моим людям.

— Прикажите своим людям сдать оружие и отзовите ауру, — ледяным тоном сказал я, даже не рассчитывая на то, что он послушается. Он явно не для этого сюда приехал.

— Вот уж нет, — его барьер ещё больше расширился и задел его же гвардейцев, которые закричали от боли. Похоже, Виктор Лопухов влил в свою ауру столько силы, что даже их защитные артефакты не выдержали. — Я буду жаловаться его величеству! Сначала ты оскорбил мою жену, а потом напал на нас, граф.

— Вас совершенно не смущает моё присутствие? — громко спросил Куприянов удивлённым голосом. — Или вы считаете, что у меня проблемы со слухом и зрением? Я подтвержу правоту графа Шаховского.

— Император не поверит тебе, князь Куприянов, — выкрикнула княгиня и зычно рассмеялась. — Он ведь не просто так отдал нам земли по соседству с Шаховским. Думаешь, что сохранишь свой титул, после того как мы расскажем его величеству, что Шаховский творит чёрные ритуалы на землях империи, водится с теневыми монстрами и падшими тёмными?

— О чём вы говорите, ваше сиятельство? — тут же поинтересовался Куприянов, бросив на меня короткий взгляд. — С падшими тёмными водился предыдущий владелец вашего имения.

— А вы сами видели это или вам граф рассказал? — на лице княгини появилась широкая улыбка. — Мы собрали все показания очевидцев, сводки, доклады шпионов и агентов. Граф — лжец и манипулятор, он обманул вас и всех остальных. Даже его величество поверил лжецу и приблизил к себе его пешек.

— Следите за словами, княгиня, — процедил я. — Я не прощаю оскорбления и обвинения во лжи даже женщинам.

— Мальчишка, который получил слишком много власти, — сказал вдруг Лопухов. — Ты даже не представляешь, против кого идёшь. На нашей стороне такие силы, которые сметут тебя с лица земли вместе с твоим проклятым родом.

— Очень в этом сомневаюсь, — я сжал челюсти до хруста, чтобы не выругаться самыми неприличными словами. — Вестника я не боюсь, как и его прихвостней.

— Да что ты знаешь о Вестнике? — скривился он. — Думаешь, если выжил после объявления себя таковым, то смог стать ему равным?

— Этот мир уже не исправить, — добавила княгиня Лопухова. — Но мы станем теми, кто будет стоять на пороге нового мира. И ты — всего лишь препятствие на нашем пути.

— Прошу прощения, что вклиниваюсь в вашу весьма любопытную беседу, — неспешно проговорил Куприянов, снова бросив на меня взгляд. — Но не могли бы вы пояснить, о чём идёт речь? Как этот юноша может стать препятствием на пути великих реформаторов? И почему вы обвинили его во лжи?

— Всё просто, князь, — повернулся к нему Виктор Лопухов. — Граф Константин Шаховский пробудил в себе не только древнюю кровь Тишайших, но и древнюю кровь Шаховских, которые много веков назад были Хранителями Севера и Стражами Порога. Таких чудовищ не стоит выпускать из клетки. Их лучше топить в младенчестве, чтобы они не выросли вот в это.

Он указал на меня пальцем и скривился. Я же с интересом слушал его слова. Так может говорить только человек, который был реально приближен к Бартеневу и, возможно, даже Вестнику. Никто посторонний не мог знать ни про Хранителей, ни про Стражей.

А это означало, что передо мной идейные фанатики, действующие по личным убеждениям. Такие способны поднять мятеж, предать кого угодно и даже отдать собственную жизнь за свои идеалы. Совсем как граф Кожевников, который был близким родственником княгини Лопуховой.

— И всё же я никак не пойму, при чём здесь ложь графа, — протянул Куприянов. Я посмотрел на него и только теперь заметил, как он левой рукой показывает мне жест «жди». — На данный момент я не услышал ничего конкретного, только напыщенные речи. И я готов свидетельствовать перед его величеством, что именно вы стали провокаторами данной ситуации.

— А знаешь что, Владимир, — усмехнулся Лопухов. — Я только что получил особый сигнал и уже могу сказать тебе кое-что. Мне плевать на его величество, на империю и на эти земли. Мы с моей душечкой входим в малое количество тех, кого потомки назовут великими. Мы будем править этим миром.

Он вскинул руку, и его бойцы активировали боевые артефакты. В это же время мои гвардейцы начали стрелять, а Грох доложил, что закончил со сбором трофеев.

Как только мой питомец подтвердил, что опасных и важных артефактов в машинах не осталось, я смял их ещё сильнее. Моя тьма пронзила и наколола все три бронированных автомобиля на теневые шипы. А затем я отозвал тьму обратно к себе, чтобы открыть моим бойцам обзор для стрельбы.