Я напрягаюсь. Только этого мне не хватало. Я знаю, какой Альбина может быть стервой, это у нее в крови, не удивлюсь, если она такой и родилась. Но стоит ли обижаться на нее? Нет, точно не стоит. Я уже привыкла к ее такому поведению, поэтому просто не обращаю на нее внимания. Даже странно, что она столько времени никак не давала о себе знать.

— Я смотрю, у кого-то слишком острый язык. — По аудитории проносится громогласный голос Марка. — Ржевская, вон из класса.

Двойное потрясение обеспеченно. Я от неожиданности открываю рот, не в силах поверить, что Марк Александрович повысил голос и выгнал кого-то. Посмотрев на бледнеющую Альбину, потом на Катю, перевожу взгляд на Марка. Ох, ты ж черт. Он зол. Очень зол.

— Повторю дважды, Ржевская. Вон. — Только дурак не смог бы услышать ярость, что сквозит в каждом его слове. Альбина торопливо собирает вещи, кидает на меня испепеляющий взгляд и выбегает из аудитории.

— Вот и поговорили, — шепчет себе под нос Катя, но я ее услышала.

— А теперь занятие, — строго говорит Марк и начинает нам объяснять принцип нашей работы на мини-практике.

Не сговариваясь, мы с Катей пулей вылетаем из кабинета. Я — подальше от Марка, она — со мной за компанию.

— Уффф, — выдыхает подруга, поправляя ремень сумки. — Все же надо было Марку сказать спасибо.

— Еще успею, — мрачно отвечаю я, неожиданно ловя себя на мысли, что мне Даня не удосужился написать ни одного сообщения. Даже утреннее происшествие ушло на второй план.

— Таня? — Катя замечает изменения, произошедшие со мной. — Что случилось?

— Все утро у меня внутри что-то ненавязчиво скребло, что ли. И только я сейчас поняла, что Даня не обмолвился и словечком. Я не пойму, что происходит, он будто отдаляется от меня.

— Как бы я не хотела этого говорить. Опять. Не накручивай себя. Просто поговори с ним. Сама знаешь, диалог — всему голова. Ну почти. В случае с Альбиной все запущено, причем конкретно.

— Не напоминай, пожалуйста, тем более мы уже пришли. — Указываю рукой на нужную дверь, за которой будет проходить следующие пары.

Мы входим в класс и занимаем свои места, ожидая Ольгу Витальевну, преподавателя по терапии. Пока есть несколько минут, Катя решает посмотреть смешные видео. И первое попавшееся сразу вызывает у нас смех. Примерные студентки, ничего не скажешь. Звенит звонок, но к нам приходит Михаил Андреевич. Тяжелым взглядом обводит нашу группу и громко объявляет:

— Занятия с Ольгой Витальевной сегодня не будет, поэтому было принято решение вас отпустить, так как все преподаватели, что крайне удивительно, сейчас заняты.

По аудитории начинает проходить одобренный гул голосов.

— Тихо! — успокаивает нас вестник радостной новости. — Если сейчас не успокоитесь, тогда я найду вам применение. Отлично. Вы можете отдохнуть или, как будущие врачи, позаниматься здесь и подтянуть свои знания, тем самым в будущем максимально избежать осечек при работе по специальности, решать вам и вашей совести.

Затем доктор Хмелев разворачивается и выходит с кабинета. Вот умеет же спустить с небес на землю. Смотрю на Катю, думая, как поступить. Хочется и развеяться, и покушать, но и разобрать некоторые темы тоже не помешает.

— Ну нет, — отрезает ход моих мыслей Катя, — мы пойдем. Ты у нас и так умная, так что с тобой от одного «прогула», — изображает последнее слово в кавычках, — ничего не случится.

Я укоризненно смотрю на нее.

— Убери этот взгляд! Мне главное получить диплом, как мечтали мои родители! А я буду заниматься по жизни совершенно другими делами, ты в курсе. И не вздумай мне тут читать нотации.

— Да я и не собиралась, — обиженно отвечаю я.

— Вот и витаминку в попу, пошли. — И поднимается с места, придвигая стул к парте. Я встаю, беру сумку, тоже придвигая стул на место, и направляюсь к выходу. Из-за гула голосов не сразу слышу, как звонит Катин телефон.

— Алло. Да. Нас отпустили. Сейчас выйдем. Угу. Там Рома приехал, — уже обращается ко мне подруга. — Пойдем?

— Да, конечно.

Оказавшись на улице, мы идем в сторону парковки. Замечаю Ромину машину, а затем и его самого, и машу в знак приветствия с широкой улыбкой. Но она тут же пропадает, едва я замечаю рядом стоящего Макса. Сердце невольно делает кульбит. Господи, да что с тобой? Ты не должно так реагировать на него. Всеми силами, пока мы с Катей приближаемся к парням, я стараюсь успокоиться, но терплю жестокий провал — то, как Макс на меня смотрит… Я никогда не видела таког о взгляда. Он словно завораживает, заставляет повиноваться ему. Понимаю, что еще немного, и я пойду ко дну, и ничто не сможет меня спасти.

— Ромочка мой! — резко выкрикивает Катя, вырывая меня из грез, и бросается на своего парня с поцелуем. В этот момент мимо нас проходят несколько одногруппников и почему-то останавливаются напротив нас.

— Катя, прекрасно выглядишь, — неожиданно делает мне комплимент Сергей.

— Эм, спасибо, — мямлю я.

— Чего это ты сейчас ей говоришь об этом, а, Потапыч? — спрашивает Катя.

— Ну так, это, на занятиях не до этого было, — оправдывается он.

— Да ладно, скажи уже правду, что ты Марка Александровича испугался, — смеется она и подмигивает Сергею.

— Есть такое, — со смешком отвечает он.

— Он будто с цепи сорвался, — кто-то поддакивает, но я уже не слежу, кто что говорит в этот момент. Мой взгляд прикован к Максиму, а он молчит и все больше и больше хмурится. Но затем, будто по щелчку, расслабляется и по-мальчишески ухмыляется, будто задумал какую-то пакость. А вот теперь напрягаюсь я. Ох, не к добру.

Какое-то время Макс не произносит ни слова, а потом потихоньку начинает вливаться в общий разговор. Все это время я пристально наблюдаю за его действиями. Но в одно мгновение меня отвлекает Катя, и стоило мне отвернуться от Максима всего на несколько секундочек, вдруг я ощущаю, как на меня проливается жидкость. От неожиданности очень громко вскрикиваю и отпрыгиваю назад.

В полнейшем шоке смотрю на Макса, который стоит с открытой бутылкой колы в руках и пытается придать себе серьезный вид.

— Ты что, совсем с катушек слетел? — кричу я на него и перевожу взгляд на свое испорченное платье. — Как мне теперь прикажешь идти на занятия? Ты больной?

— Прости, Таня, — извиняющимся тоном Макс просит прощения, но я-то вижу, что он сделал это нарочно. — Я не понимаю, как это произошло. У меня и в мыслях не было портить тебе такое красивое платье.

Я прищуриваю глаза, глядя на него. Вот же… лукавый.

— Ты врешь! Я знаю, что ты это сделал специально! — рассержено цежу я.

— Нет, это не так, ребята подтвердят, правда же? — обращается он к моим одногруппникам.

Они все дружно кивают и смотрят на меня сочувствующе. Я от злости скриплю зубами. Он меня сейчас выставляет какой-то истеричкой. Ну ничего, еще поквитаемся с ним. Я обещаю.

— Хорррошо. — Достаю телефон с сумки и звоню Дане. Проходит пару гудков, прежде чем он отвечает мне. — Данечка, любимый, привет! — Счастливо улыбаюсь я, при этом смотря прямо в наглые глаза Макса. — Как ты? Да у меня тоже все прекрасно, вот только незадача. Я сегодня оделась красиво специально для тебя, но мне один косорукий испортил платье, представляешь? Да, я вышла вместе с Катей пообедать, а тут он наехал нечаянно. Нет, что ты, он извинился. Ты меня отвезешь домой, я переоденусь? Ох, я рада, жду. — Мой пыл унизить Макса угасает, стоит увидеть, как его взгляд становится настолько холодным, что может заморозить весь город.

Наблюдая за развернувшимся спектаклем двух актеров, Катя тихонько смеется, обняв за талию своего парня. Сам же Рома качает головой, будто понимает наше с Максом противостояние. Хотя он наверняка в курсе всех дел. Макс его лучший друг, и делиться подобными секретами — как боженька прописал.

— А я вам говорила, что Таня занята, ребятки, — отшучивается подруга. — Сейчас убедитесь воочию.

— Да мы уже поняли, поэтому очень жаль, что такая красивая девчонка уже занята, — отвечает Сергей. — Ладно, мы пойдем в кафе. Танюш, не надо так расстраиваться из-за платья.