Все отвлеклись. И забыли о Елисее. А он пододвинул к окну стул, забрался на него, а потом – на подоконник. И все бы ничего, но окно приоткрыли из-за духоты. И когда я бросил взгляд на сына, то увидел, что он балансирует на внешнем подоконнике, и вот-вот упадет. А покои жены находятся на втором этаже!

Времени на раздумья не осталось. Я представил, какой визг поднимется, как только кто-то из женщин заметит, что происходит. И тогда Елисей точно свалится от испуга! А я близко, всего-то в паре шагов…

Визг все же поднялся, но когда я уже схватил сына в охапку и захлопнул треклятое окно. Одна Риша молчала – белая, как полотно, она смотрела на меня широко распахнутыми глазами.

Ну да, проклятие. Елисей так крепко обнял меня за шею, что его не сразу смогли забрать. Как же приятно держать сына на руках! Он пахнет молоком и Ришей… И если с ним теперь что-нибудь случится, я никогда себе этого не прощу.

- Па-па! - сказал Елисей.

И заплакал, когда его все же забрали.

- Позовите сюда лэра Сапфируса. Немедленно! – приказал я, чувствуя, как голова идет кругом.

- Да ничего, - наконец разомкнула губы Риша. – Оно же только для меня опасно. Елисей… так… на всякий случай…

- Риша, если бы он разбился…

- Не вини себя! – Она нахмурилась. – Вот что… Алура тоже где-то здесь. Пусть и она придет.

Лэр Сапфирус успел первым. И сразу вцепился в Елисея, проверяя его ауру. Мы с Ришей с тревогой за ним наблюдали.

- Хм… - выдал чародей. – А если так…

И уставился на меня. После чего медленно опустился на ближайший стул.

- Что?! – воскликнула Риша. – Почему вы молчите?!

- Э-э… Сейчас, сейчас… - ответил ей лэр Сапфирус.

И, подойдя ко мне, принялся махать руками перед носом, выписывая какие-то пассы.

- Что происходит? – поинтересовался я, все еще сдерживаясь.

- А нету, - заявил лэр Сапфирус и захихикал. – Нет его! Нет!

- Вы пьяны? – удивился я. И принюхался. – Вроде не похоже.

- Нет. Но сейчас напьюсь. На радостях! – Он встал так, чтобы видеть и меня, и Ришу, и отвесил нам поклон. – Счастлив сообщить вашим величествам, что проклятие исчезло. Принц тоже… здоров.

- Что?! – выдохнули мы с Ришей хором.

- Не может быть, - добавил я. – Когда оно исчезло? Почему?

Краем глаза я заметил, как в комнату вошла Алура.

- Смею предположить, что проклятие уничтожил ваш сын, - заявил лэр Сапфирус. – Он его нейтрализовал. Оно ему мешало.

Точно с ума сошел. Жаль…

- То есть, сильнейшие маги королевства не смогли справиться с проклятием, Древобог не смог, некроманты не смогли… а полуторагодовалый ребенок смог?! – возмутилась Риша.

- Полагаю, дело в том, что он ваш сын, - вмешалась Алура. – Но проклятия действительно нет, я его не вижу и не чувствую.

- Да, да, - согласился с ней лэр Сапфирус. – Елисей – идеальное лекарство от проклятия. В нем часть от отца, часть от матери…

Если честно, я перестал слушать его путаные объяснения, как только до меня дошло, что произошедшее – не сон. Пусть чародеи разбираются в подробностях, для меня сейчас не это главное.

- Все вон отсюда! – велел я, шагнув к жене.

Нечего наблюдать, как мы целуемся!

Меня окатило жаром, как только Риша очутилась в моих объятиях. Я так долго об этом мечтал!

Мы так долго мечтали…

Милая, любимая, драгоценная девочка… Прости меня за всю боль, что ты пережила по моей вине. Обещаю, что отныне я никогда не отпущу твоей руки. Я люблю тебя… Никаких слов не хватит, чтобы описать, как я тебя люблю! Я и забыл, как сладки твои губы, как нежна кожа. Твое дыхание опаляет, а сердце колотится так, что я чувствую его, как свое.

- Риша, я люблю тебя. Выходи за меня замуж. Немедленно.

Она всхлипнула.

- Почему ты плачешь, Риша?

- Да от радости же! Я люблю тебя, мой король…

На церемонию собственного бракосочетания мы опоздали. Но ни капли раскаяния из-за этого не испытывали. Надевая кольцо на палец Риши, я чувствовал себя самым счастливым мужчиной на свете. А самая счастливая женщина, безусловно, моя жена. Не представляю, как бы я сейчас жил, если бы она буквально не свалилась мне на голову.

Кстати… Надо запомнить, что окна – особый знак для нашей семьи.

- Знаешь, я вдруг вспомнила кое-что из детства, - призналась Риша, отдыхая на моем плече после нашей первой нормальной брачной ночи. – Когда взяла на руки Елисея, после того, как ты его поймал.

- Ты о родителях? – Я гладил ее по спине и млел от того, насколько приятными могут быть простые прикосновения.

- Ну… почти… Их лиц я не вспомнила, они такие… мутные… черт не разобрать. Я вспомнила тебя. Ты говорил, что был в поместье Елецких после того, как убили моих родителей.

- Да, все верно. Но мы тогда и слова друг другу не сказали.

- Да… Но я вспомнила, как спросила няню, кто этот мальчик, что молча ходит за королем, как тень. Она объяснила, что ты – принц. И я сказала ей, что выйду за тебя замуж, когда вырасту.

Интересно… Она это придумала? Или…

- И почему же ты выбрала меня, а не старшего принца? – улыбнулся я. – Юрий тоже там был. Из-за возраста?

- Не-а… Мне хотелось, чтобы ты улыбался, а не грустил. Я знала, что сумею тебя развеселить.

Я хмыкнул, сдерживая смешок.

- Не веришь? – возмутилась Риша. – Ты мне не веришь?!

- Верю, верю… - Я повалил ее на спину, накрывая своим телом. – Только ты и смогла. Я всегда знал, что ты не случайно упала мне на голову.

И быстрее накрыл ее губы поцелуем, лишая возможности произнести хоть слово. А после прошептал, переводя дыхание:

- Спасибо, что выбрала меня. Спасибо, что упала. Спасибо, что ждала…

- Спасибо, что ты всегда рядом, - ответила она, проводя пальцами по моей щеке.

Счастливая жизнь – это печали и радости, прожитые с тем, кого любишь всем сердцем. Я счастлив с тех пор, как понял, что люблю Ришу. Надеюсь, и она тоже.