— Мы не пойдем туда в таком составе, — твердо произнес я, опираясь на посох и глядя на массивные створки.

— Согласна, — Елена подошла ближе, её глаза сузились. — Это самоубийство. Математика не сходится. У нас не хватит ни урона, ни пула здоровья у танков, чтобы пережить фазы ярости.

В этот момент интерфейс снова ожил. На этот раз мигала иконка глобального чата гильдий, доступная мне через временный статус командира объединенных сил.

[Лично][Светозар]: Маркус, мы на пороге. Двенадцать хвостов, основной статик «Волков». Мои парни злые, баффы стынут. Мы зачистили площадь от внешних патрулей. Впускай.

Я с облегчением выдохнул. Тяжелая кавалерия наконец-то добралась до места.

[Лично][Маркус]: Принято, Светозар. Выдаю тебе права помощника. Мест в рейде осталось ровно десять. Выбирай самых стойких. Нам нужны чистые хилы, толстые танки и точечный дамаг. Бездумное АоЕ здесь только мешает. И обязательно возьми кого-то с мощным контролем магии.

[Лично][Светозар]: Обижаешь, тактик. Я веду элиту. Ждите.

Я нажал подтверждение, передавая часть административных прав лидеру «Волков». В левой части моего экрана, где отображался состав рейда, пустые слоты начали стремительно заполняться именами, загораясь зеленым цветом онлайна.

Шестнадцать. Девятнадцать. Двадцать два. Двадцать пять. Лимит достигнут. Полноценная армия, собранная из представителей трех разных философий игры, объединилась под одной панелью управления.

Вспышки призыва осветили авансцену так ярко, что пришлось прищуриться. Звук материализации смешался с тяжелым лязгом дорогих доспехов, гудением магических амулетов и низким рычанием прирученных зверей.

Впереди всех, словно сошедший с агитационного плаката Истинных Богов, шагнул Светозар. Его белоснежный плащ ничуть не пострадал от грязи Арденского леса, а паладинский щит излучал мягкое, успокаивающее свечение. Рядом с ним тяжело ступал Борис — Старый Мол — чья могучая борода, казалось, стала еще шире, а двуручный топор на плече гудел от переизбытка влитых в него рун.

— Ну здорово, отцы! — прогремел Борис, подходя ко мне и с размаху хлопая по плечу так, что у меня чуть не вылетел посох. — Оставили нас на растерзание местной фауне, а сами тут прохлаждаетесь?

— Если бы мы тут прохлаждались, вы бы сейчас стояли перед закрытыми воротами Цитадели, — ответил я, искренне улыбаясь другу. Присутствие Бориса действовало как якорь реальности, напоминая о том, что за всем этим цифровым кошмаром стоят обычные люди.

Из-за спины Мола вынырнул Бугайло. Варвар, закованный в шипастые латы, с грохотом опустил на пол свой исполинский молот и потер руки.

— Слышал, тут раздают люлей каким-то зажравшимся программам? Моя ярость на пределе. Кого бить?

Следом шел Воскрешайло. Некромант выглядел еще более мрачным, чем обычно. Его робы казались сотканными из тумана, а в глазницах капюшона мерцало зеленоватое пламя. Он обвел взглядом идеальные, стерильные стены коридора и презрительно скривился.

— Какая пошлость. Ни одной приличной кучи костей. Даже поднять некого. Это место оскорбляет мои эстетические чувства.

Дорк, монах-целитель, замыкал процессию. Спокойный, как скала, он лишь сложил руки в молитвенном жесте и кивнул Елене и Михаилу, признавая в них коллег по классу поддержки.

Началось то, что всегда предшествует тяжелым рейдовым боям: броуновское движение игроков, обмен приветствиями, проверка экипировки и распределение баффов.

Сталевар и Бугайло мгновенно нашли общий язык на почве любви к тяжелому дробящему оружию, громко обсуждая преимущества вольфрамовых сплавов перед мифрилом. Ястреб и Снайдер отошли в сторону, сравнивая натяжение тетивы своих луков. Шнырь, пользуясь суматохой, попытался незаметно проверить содержимое карманов одного из вновь прибывших магов «Волков», но получил по рукам от Зеры, которая бдительно следила за дисциплиной.

— Эй, ворье, руки на стол! — прикрикнула Зера. — Мы здесь мир спасаем, а не мелочь тырим.

— Я просто проверял качество их швов! Чисто профессиональный интерес! — воскликнул Шнырь, отступая от жертвы на пару шагов и поднимая руки.

Михаил, чье состояние заметно улучшилось с прибытием подкрепления, достал лютню и начал наигрывать сложную, полифоническую мелодию, которая раскидывала на все двадцать пять человек многослойные баффы на сопротивление магии и регенерацию.

Я смотрел на эту пеструю, шумную толпу, и в груди росло странное чувство. Это была не просто группа случайных наемников. Это была машина, которую я собрал. Машина, состоящая из людей с их амбициями, страхами, талантами и недостатками. И сейчас мне предстояло направить эту машину прямо в стену.

— Минуту внимания! — мой голос, подкрепленный командной аурой лидера рейда, перекрыл гомон.

Разговоры стихли. Двадцать четыре пары глаз сфокусировались на мне. Лица стали серьезными. Шутки кончились.

— Мы стоим перед дверьми во внутренний контур Цитадели, — я обвел взглядом ряды игроков, останавливаясь на каждом из лидеров: Зере, Светозаре, Сталеваре. — Я не буду врать вам. Я не знаю точно, как зовут босса, который ждет нас за этим свинцом, и не видел его скилл-сета. Гайдов нет. Первопроходцы — это мы.

Я выдержал паузу, давая словам осесть.

— Но я знаю логику того, кто всё это построил, — продолжил я, сжимая древко [Лунного Светоча]. — Мы прошли Зеркальную Галерею. Мы видели Архитектора Снов. Роланд не играет в цифры урона. Он играет в психологию. Он бьет по восприятию.

— Что это значит на практике, Маркус? — деловито спросил Светозар, опираясь на щит. — К чему готовиться моим танкам?

— К тому, что ваши глаза будут вам лгать, — жестко ответил я. — Готовьтесь к тому, что интерфейс перестанет быть вашим помощником. Он может инвертировать управление. Он может заставить вас видеть в союзнике врага, а в боссе — спасителя. Он может повесить на вас таймеры, которые идут в обратную сторону.

По рядам рейда пронесся глухой, напряженный ропот. Одно дело — уворачиваться от огненных шаров или держать удар гигантского меча. Совсем другое — сражаться с собственным клиентом игры.

— Запомните главное правило этого боя, — я поднял голос, чтобы впечатать каждое слово в их сознание. — Не верьте тому, что кажется идеальным. Если вам предлагают спасение, выход, покой — это ловушка. Если вы видите, что кто-то из наших ведет себя неадекватно — не убивайте его, изолируйте! Хилы, ваша задача — не только держать ХП, но и мгновенно диспелить любой ментальный контроль. Дорк, Бинтик, Михаил — вы должны работать как единый антивирус.

Я посмотрел на танка «Волков».

— Бугайло, Сталевар, Ким-Чи… — я осекся, вспомнив, что Максима с нами нет. — Бугайло, Сталевар, Урса. Вы — якоря. Держите босса так, чтобы он не смотрел на рейд. Что бы ни происходило вокруг, ваша цель — быть стеной.

Я повернулся к дверям. Свинцовые створки гудели, словно за ними работал исполинский трансформатор.

— Этот данж построен на идее абсолютного, стерильного Порядка. И чтобы его разрушить, нам придется внести в него наш собственный, живой Хаос. Ошибайтесь, импровизируйте, ломайте скрипты. Не пытайтесь действовать по шаблону — он это просчитает. Будьте непредсказуемыми.

Я достал из инвентаря зелье на максимальное восстановление маны и залпом выпил его.

— Баффы проверены? Эликсиры наготове?

Слитный, громогласный рев двадцати четырех глоток был мне ответом. Оружие взметнулось вверх, щиты ударили о панцири. Страха больше не было. Был только охотничий азарт элиты, готовой разорвать любого, кто встанет у них на пути.

— Тогда открываем, — я шагнул к дверям и толкнул свинцовую створку.

Она поддалась с тяжелым, протяжным стоном, открывая нам путь в темноту, расчерченную холодными неоновыми линиями. Рейд двинулся внутрь единым, несокрушимым потоком. Мы шли убивать совершенство.

Полностью обманув наши ожидания, за воротами оказался не босс, а начало очередного квартала, заполненного мобами.