— Значит двое уже есть, осталось ещё девяносто восемь? — Он протянул ей костяную руку. — Сделка?

— Когда? — Из её пасти медленно выполз язык. Не раздвоенный, как у змеи, а разделённый сразу на несколько частей.

— Скоро. Неделя. Может даже быстрее.

— Твой хозяин спятил, Тимофей? Что за игру вы двое затеяли? Думаете обмануть меня? Подсунуть вместо живых людей каких-то тварей? Провести старуху Киллуб⁈ Найти сотню невозможно!

— Я всего лишь прислужник, Киллуб. Суетящийся демон, выполняющий приказы этого человека. Если он знает где взять людей, то моя задача помочь ему в этом, вот и всё.

— Тогда сделка! — Язык жабы обвился вокруг руки мальчика. В нос ударил резкий запах сырости, смешанный с курительной смесью. — Сто человек через неделю! Не справишься, оставишь мне здесь своего демона на десять лет, а сам покинешь Норы.

— Евклид, не соглашайся, что за чушь! — попытался урезонить товарища Слава.

— Сделка! Готовься освободить мне место у руля, госпожа Киллуб.

Язык втянулся обратно в пасть жабы.

— У меня даже настроение поднялось! — провозгласила она. — Мы почти пришли в одно интересное местечко!

«Смотри как радуется, Тимофей, даже запрыгала как-то бодренько! — Евклид подмигнул Тимофею, обратившись к тому мысленно».

«Отличная сделка, хозяин. У меня два вопроса: когда выдвигаемся на родину Вагунту и что будем делать с глазом. Нам нужны чистые люди, без контрактов и есть только один способ расторгнуть их».

«Я рассчитываю на наше новое оружие. Хотя есть и ещё одна идея, для подстраховки. Нам нужна помощь Бракуса. Анатом обязан знать как убивать тварей такой силы. Нам нужно что-то для чего не будет важно сколько душ поглотила та или иная тварь, не меч, не заклинание, что-то особенное. Понимаешь о чём я?»

«Биологическое оружие».

«Точно. Грибы, бактерии, любая отрава, способная убивать бесконечно долго. Прикончим тварь и заберём всех людей с собой. Этим туземцам плевать где жить. Если потребуется, то притащим сюда весь остров. Установим башню с кодовым замком прямо на Норы. Как тебе такое?»

«Отличная идея, а вот тебе Евклид, явно надо выспаться. Удивляюсь твоей выносливости. У тебя глаза все красные, кожа бледная…»

«Не нуди, сатан. Я справлюсь. Закончим с Киллуб, хорошенько высплюсь, обещаю».

Он незаметно для всех, кроме Тимофея, откупорил бутылёк с синей жидкостью, обмакнул в неё палец и облизал.

Они приблизились к продолговатым окнам, оказавшись на некоем подобии театрального балкона. Внизу толпились демоны всех мастей, они же выглядывали и из окон-нор вокруг. Атмосфера была приподнятой, царил шум, существа переговаривались и размахивали конечностями.

«Тимофей, смотри сколько их! Никак не могу привыкнуть. Какая-то пародия на физические формы. У некоторых даже вообще никакой определённой формы и нет. Копошаться комками, смотреть тошно. Вон посмотри какой пучеглазый!»

«Внешность демонов многообразна, Евклид».

Киллуб неожиданно приподнялась на задние лапы и оглушительно хлопнула в ладоши:

— Ну вот мы и на месте! Присаживайтесь поудобнее, дорогие гости. Вы находитесь на лучших местах в кухне. Мы называем это место «кухней», хотя вам, людям, подобная архитектура чаще всего напоминает римский Колизей.

Круглая, как и всё в Норах, арена была ярко освещена. По ней расхаживал матово-чёрный демон, похожий на таракана. В центре арены, больше похожей на воронку, зияла дыра, а сам пол был наклонён под углом к этому отверстию.

— Что там вещает таракан? — спросил Евклид.

— Он приветствует собравшихся на кухне и говорит, что сегодня особенный день… Что сегодняшний ужин будет особенно вкусным… Что сама госпожа Киллуб прибыла… — неожиданно перевёл Слава.

— Как их понимаешь? Ты с Эннор в дуэте совсем недавно, умение понимать языки не могло передаться к тебе так быстро!

— Это «соур-гаррух» — древний язык демонов. Мы изучали его в молельном. Он интересный, представь себе у них нет такого понятия как «время». Говорят так, будто всё происходит прямо сейчас.

— Мне бы пригодилось это в английском… — проворчал Евклид, вспоминая как начал изучения языка ещё в начальной школе и так до сих пор и не закончил.

Тем временем, жаба подползла к краю и явила собравшимся оба своих лика. Демоны зашумели, приветствуя свою владыку. Киллуб показала собравшимся оба своих языка, моргнула и не проронив ни слова, вернулась в тень балкона.

Киллуб присела и достала кисет со смесью ярко розового цвета. В трубку посыпались мелкие гранулы, которые при поднесении пламени резко вспыхнули и наполнили нишу, в которой восседали присутствующие, ярким, сладким ароматом.

— М-м… Ваниль… Напоминает о доме… — Слава жадно втягивал ноздрями облачка дыма.

— Знаешь что это, человек? Очень-очень редкий и ценный продукт. Мая Дхули, «Пыль иллюзий». Её добывают на кухне из поверженных демонов. Но далеко не все существа подходят. Только самые алчные, честолюбивые, стремящиеся к вершинам демоны. Воины, учёные, творческие сущности. Последних у нас весьма немного, к сожалению. Когда такой демон попадает на арену мы заранее знаем об этом. Зовём специалиста, который и добывает эту смесь до того, как поверженное тело попадёт в общий распределитель. Действовать надо быстро, продукт быстро портится, несмотря на все усилия. Очень жаль, что такие демоны вообще погибают, но такова их воля, я не планирую нарушать законы, которые сама же и создала много лет назад.

— Можно попробовать? — робко попросил Слава.

— Ты же человек, думаешь, что способен вместить в свои лёгкие стремление демона? Тебя просто разорвёт изнутри. Хочешь рискнуть? — Жаба медленно поднесла трубку к губам паренька.

Слава отрицательно помотал головой и на всякий случай задержал дыхание.

— Мудрое решение, — жаба забулькала. — Может Суетящийся демон вдохнёт разик?

— Почему бы и нет, — синеволосый аккуратно взял в руки ржавую трубку, подарок Закхарда.

«Тимофей, ты нужен мне для защиты, не переборщи с благовониями».

«Не переживай, хозяин, мозгач гораздо вреднее. Что только не приходилось мне пропустить через себя за свою долгую жизнь».

Тимофей сделал глубокую затяжку под пристальными взглядами собравшихся.

Тело сделалось лёгким. Энергия пульсировала в нём, как в момент, когда молельный отряд поддерживал его. Чувства были сравнимы с эйфорией выполненного контракта. Эйфория сменялась расслабленностью. Как будто маленький мощный насос выкачивал из него всю энергию и тогда ему хотелось развалиться на полу, превратившись в камень, а потом закачивал под напором назад и тогда он был готов ударом раскрошить каменную стену любой толщины.

— Качает? — растянулась в улыбке Киллуб. — Останешься со мной будет перепадать иногда.

Жаба подползла к краю и с интересом выглянула вниз:

— Хехе, первый бой будет интересным. Сегодня Иник опять дерётся. Знают, лизоблюды, что нравится старухе. Иник чёрной породы. Такие в пещерах нечасто встречаются. Приходит сюда как деньги заканчиваются, работать не хочет. Да и зачем ему, мало кто способен превзойти его, хотя, признаюсь, пытаются многие. За его голову назначена хорошая награда, дерзкий он. Дерзкий, да границы знает.

Ведущий вспорхнул над ареной и его громкий и чёткий, почти неотличимый от человеческого, голос, объявил первого участника:

— Ведомые безмолвным зовом Нор! Кухня готова принять новую порции яств! Бессменный участник Кухни, чья плоть ещё ни разу не была сильно повреждена! Герой, кормящий Норы регулярно уже два долгих года. Признаюсь, я до сих пор не понимаю, почему он до сих пор не правит Хаосумом, а загнивает в пещерах! Неприкасаемый И-и-и-н-и-и-к!!!

В свете фонарей появилась фигура, похожая на человекоподобный манекен. Он словно в невесомости, пружинящей походкой вплыл на арену и замер у края.

— Он что колючей проволокой обмотался? — удивился Евклид. — Выглядит словно восставший из ада монстр фильма тридцатилетней давности.