Я вижу нарисованные ледяные степи,

что в раме над камином никогда не тают.

Евклид и Тимофей сидели на песке, наслаждаясь шумом волн.

— Хорошо здесь! Хоть и темно… — молодой человек взглянул на чёрное небо на котором мерцали неизвестные ему звёзды. — Интересно, что это за место? Мы всё ещё в Хаосуме?

— Несомненно, хозяин. Мы не смогли бы попасть в основную линию времени через портал, для этого нужен специальный материал, вроде вот этого, — Суетящийся демон поднял горсть песка и медленно пропустил сквозь пальцы.

За их спинами простирался густой лес, углубляться в который молодой человек пока не планировал. Хотелось перевести дух и в спокойной обстановке решить, что делать дальше.

— Кажется, эта территория, значительно больше нашей, проверишь? — он кивнул на высокое дерево, растущее неподалёку.

Синеволосый сатан выпрямился, легко допрыгнул до ближайшей ветки и через несколько секунд уже сидел на верхушке. Осмотревшись, он что было сил оттолкнулся от вершины и сделав сальто, приземлился рядом с хозяином.

— Мы находимся на острове, территория которого чуть меньше двух километров в диаметре. Лес, пляж и небольшое водное пространство вокруг. В самом центре возвышается полуразрушенное строение. Похоже на многоэтажный разрушенный дом из бетона, как раз из твоей эпохи Евклид.

— Как вода удерживается на краю территории, Тимофей? Насколько мне известно, реликвия всего лишь отделяет часть пространства идеальным сферическим полем. Ни сил притяжения, ни ещё каких-либо ещё эффектов у неё нет.

— Похоже на иллюзию, хозяин.

— Кстати, у нас же теперь своя реликвия! — Он провёл ладонью по всей ширине жёлтого галстука. — Ты знаешь как её активировать?

— Реликвии не надо активировать, они всегда работают, разве что-то кто-то специально не подавляет их работу, как тот теневой сатан, впитавшийся в землю. Скорее всего она уже вовсю действует, ведь мы покинули территорию школы.

— Школа… Интересно, как они там? Надо осмотреть здесь всё и подумать как вернуться. А что насчёт воды… Кажется мне не помешает немного искупаться.

— Не смей касаться священной воды! — Из леса показалась нагая девушка, бёдра которой едва прикрывали листья и какое-то тряпьё. За ней крались ещё несколько воинов с копьями.

Они напомнили Евклиду туземцев, которых он часто видел по телевизору: голые тела, слегка торчащие животы, узловатые руки и ноги. Тела аборигенов украшали чёрные узоры, обильно нанесённые, по-видимому, с помощью угля. Молодой человек оглядывал всех, незаметно нашёптывая защитное заклинание.

— Вас подослали белые? — девушка приблизилась к ним, в то время как её соплеменники рассредоточились вокруг пришельцев, держа на готове своё примитивное оружие. — Что это за урод рядом с тобой?

«Примитивные человеческие создания, хозяин. Я прихлопну их всех разом, даже не сдвинувшись с места».

«Не трогай никого Тимофей. Мы не знаем их возможностей, возможно они сильнее, чем кажутся. К тому же надо выбраться отсюда, для этого нам потребуются друзья, а не враги».

Вслух же произнёс:

— Урод? Это мой брат, он такой от рождения. Поверьте он не опасен, несмотря на свой внешний вид. Более того, богом он наделён божественным даром, силой и скоростью выше, чем у самого сильного воина племени.

— Богом? Вагунту наделил его этими способностями? — девушка бесстрашно подошла к Суетящемуся и с интересом провела ладонью по пучкам его синих волос.

— Да, вероятно Вагунту.

— Вероятно? Разве есть ещё какие-то боги? — воины напряглись, стиснув своё оружие.

— Конечно Вагунту! Никаких других богов быть не может, он един.

Воины сразу же расслабились. Некоторые опёрлись на копья, как на трости. Несколько человек присели прямо на песок. С дисциплиной у отряда было неважно.

— Так вас подослали белые? Опять хотят устроить какую-то пакость? Мы отправим им ваши головы, вымазанные в золе. Вырядили вас в какие-то ритуальные одеяния…

— Нас никто не подсылал, — Евклид примирительно поднял руки. — Скажи, к вам иногда прилетает кто-то во-о-о-н оттуда? — он указал на купол над головой.

Девушка подняла голову и расхохоталась. Её звонкий смех подхватили остальные воины.

— Кто может прилетать из пустоты, глупый человек? Там, куда ты указываешь лишь она и свет бога, который исходит вон из тех точек.

— А кто такие белые?

— Белые — наши враги. Они живут на той стороне острова, прямо за домом Вагунту. Внешне они немного похожи на нас, у них похожие обычаи и традиции, однако они наносят на тело позорные белые узоры, ошибочно полагая, что это угодно Вагунту. Но каждый в нашем племени знает, что нашему богу угодны только люди с чёрными узорами. Он сам нам это неоднократно повторял.

— Где находится дом Вагунту?

— Он находится в самом центре нашего острова, на вершине башни, но вам туда нельзя, бог принимает только вождей племени. Чтобы попасть к нему, нужно стать вождём. Вы пойдёте с нами! Я — Ири, предводитель охотников. Теперь вы наши пленники! Мы приведём вас к нашему вождю и он решит что с вами делать!

— Я — Евклид. А моего юродивого братца зовут Тимофей. Мы рады пойти с вами, Ири.

Всё это представление казалось Евклиду забавным, но виду он не показывал, стараясь для начала разобраться что к чему и уже потом сделать выводы и выработать какой-то план. Ири связала им руки верёвками и с гордо поднятой головой повела вглубь леса. Остальные охотники обступили их со всех сторон с нескрываемым интересом разглядывая пришельцев.

— Ири, как стать вождём? Я хочу увидеть Вагунту. У меня есть дело к нему.

— Стать вождём очень просто, Евклид, им становится самый сильный воин племени. Победишь нашего вождя и сам им станешь. Только тебе это вряд ли удастся. Наш вождь очень силён. Трижды ему бросали вызов и все три раза он одерживал победу. Ты слишком тщедушный, чтобы победить. Ты совсем не похож на могучего воина.

— Насколько велико ваше племя?

— Около сотни голов. Дети хорошо родятся в последние годы.

Евклид вдруг понял почему, несмотря на подтянутое тело, у Ири выпирал живот. Она была беременна.

— А сколько голов у белых с которыми вы воюете?

— Примерно столько же, пусть будут они прокляты! Будь их меньше, мы бы их всех перебили!

— Как долго вы воюете с белыми?

— Всегда воевали. Я была маленькой девочкой, а война уже была. Моя мать рассказывала, что и при ней всё было также.

— Почему Вагунту не поможет вам? Не истребит всех белых, чтобы народ чёрных процветал?

— Вагунту хочет, чтобы мы проявили себя! — Ири горделиво расправила плечи. — Вагунту не желает делать за нас всю работу. Он и так дал нам всё, что у нас есть: этот остров, лес на нём, звёзды и небо.

— А что вы делаете для Вагунту взамен? Что он требует от вас?

— Ничего особенного. Каждый чёрный или белый проходит специальный обряд, приносит клятву верности Вагунту почти с самого рождения. За это он защищает нас и даёт возможность жить здесь.

«Ты слышал, Тимофей⁈ Если я правильно её понял, этот Вагунту — чёртов сатан, который законтрактовался с целой территорией, став её богом уже довольно давно! Представь себе его силу, сколько поколений людей жили и умирали здесь. А ещё эта игра в чёрных и белых…»

«Мудрый сатан этот Вагунту, судя по всему, и очень могущественный. Изолировал себя здесь от всего мира, устроив террариум, населённый людьми, и развлекается как хочет. Почему мне самому не пришла в голову такая идея?»

«Ты бы променял меня на пару сотен туземцев? Суетящийся предатель».

«Душа есть душа, хозяин. Хотя каждая душа имеет свой… вкус, но люди, поставляющие свои души из поколения в поколение… Это просто мечта».

Довольно быстро группа охотников с пленниками прибыла на место. Лагерь племени разбился у подножья бетонной полуразрушенной шестнадцатиэтажки с одним подъездом, вход в который закрывала массивная железная дверь с кнопочным кодовым замком. Поселение представляло собой ряд хижин, собранных из веток и листьев, каких-то ям и множества человеческих костей.