— Бестужев подберет, я в этом не сомневаюсь, — Алая поморщилась.

После того как ее господин объяснил магине, кто скрывается в теле молодого графа, она поняла, откуда у него такая сила. О, с каким бы удовольствием она лично убила бы его, но нельзя. Во-первых, потому что господин хочет получить его живьем, а во-вторых, сама Алая не уверена, что победит в схватке, особенно если граф будет полон сил.

— Тогда нам просто не стоит лезть в город, — пожал плечами герцог Риволи, — кто нам мешает наносить удары по городу, стоя в прямой видимости? Русские не выдержат, обязательно высунутся из города, — он усмехнулся, — Бестужев подобрал себе сильных магов, но их сила одновременно же является их слабостью. Ни Суворов, ни Ермолов не станут терпеть такого, обязательно решат атаковать. И вот тогда мы можем захлопнуть свой капкан.

— В этом есть логика, — Алая медленно кивнула и повернулась к хмурому Ходкевичу, — про твоего сына я помню, как только мы уничтожим грандов, освободить его будет проще простого.

— Хорошо, тогда я согласен, — сквозь зубы процедил Ходкевич.

Идея бить по собственному городу ему не то чтобы сильно нравилась, однако сын для него был важнее. А горожане поймут, гетман не сомневался.

— Отлично, — Алая облизнулась, — осталось лишь поговорить с Владиславом и убедить его отдать нам свои дивизии, — она подмигнула мужчинам, — думаю, король не откажется, — после этих слов магиня исчезла в вспышке портала, а Януш с горечью подумал о том, что теперь у него теперь точно не осталось выбора. Польша либо победит, либо погибнет, третьего не дано!



Варшава. Королевский дворец.

— Ты все же пришла, — Владислав поднял голову и глянул на Алую уставшим взглядом. Последние два дня король почти ничего не ел и не спал толком, поэтому чувствовал себя отвратительно.

— Я пришла за армией, Владислав, — спокойно сказала Алая, — и ты дашь мне эту армию. Ты стал мягким, слабовольным, за тобой люди не пойдут. Ходкевич же под моим руководством не только вернет все земли, захваченные русскими, но еще и у них откусит хороший кусок, тем самым реабилитирует твое королевство на мировой арене. А то сейчас Вы что-то вроде клоунов, над которыми все смеются.

— Как будто я не понимаю, что это очередной ход в твоей игре, — король горько усмехнулся, — что ж, валяй, забирай все, что тебе нужно. Ты могла это сделать и без моего разрешения.

— Могла, — Алая кивнула и усмехнулась, — однако нужно соблюсти приличия. Так что будь добр, напиши своей рукой разрешение великому гетману управлять всеми войсками короны по своему усмотрению, пока будет идти война. Поверь, это для твоего же блага.

Владислав медленно кивнул. Король был разбит, как морально, так и физически, поэтому беспрекословно выполнил все требования этой женщины. Теперь это все не имело никакого значения, ничего не имело значения…



Москва. Императорский дворец.

— Значит, Алая решила все же поучаствовать, — император уставился на великого князя задумчивым взглядом, — одного я не пойму, дядя, почему тогда Бестужев отказался от нашей помощи? Да, четыре гранда — это сила, но разве этого хватит, чтобы сразить эту женщину?

— Граф думает, что да, — Николай Николаевич медленно кивнул, — насколько я понял из слов цесаревича, там речь идет о какой-то хитрой ловушке, которая должна будет лишить эту магиню большей части ее силы, и только после этого гранды нанесут удар. По крайней мере так мне объяснили, — великий князь пожал плечами.

— Что ж, Бестужев пока не подводил нас, — император покачал головой, — так что мы дадим ему возможность решить эту проблему собственными силами. Однако, если не получится, придется поднимать род. Как думаешь, дядя, получится это у нас?

— Получится, — твердо кивнул Николай Николаевич, — Мария Федоровна за тебя, государь, а ты сам знаешь, как сильно остальные члены рода уважают ее.

— В том-то и дело, — Василий поморщился, — ладно, возможно, этого всего не понадобится. По крайней мере я на это надеюсь…



Люблин. Вечер того же дня.

— Почти все готово, человек, — Эллор выглядел довольным донельзя.

Еще бы, ведь дракон сотворил настоящее чудо. Используя свою силу и возможность открывать порталы, он под нашим с Моисеем руководством создал настоящий шедевр артефакторики. Сомневаюсь, что еще кто-то в мире делал подобное или даже думал.

Еще до начала польской кампании я крутил в голове мысль о том, чтобы создать нечто похожее, но потом, когда узнал о том, что Алая будет участвовать в кампании, все само собой сложилось, и теперь рядом с Люблином появился индивидуальный поглотитель, рассчитанный конкретно на одну не в меру сильную магиню. Посмотрим, что она скажет, когда наша игрушка заработает и разом лишит ее сил. Моисей клялся, что все сработает как надо, и я был склонен верить ему, учитывая, сколько ядер и других ценных ингредиентов мы угробили. Навскидку все это стоило не меньше пятисот миллионов, а то и больше. И это было оправдано, потому что, если не лишить Алую хотя бы части ее силы, плохо будет всем. Возможно, у меня и получится ее убить, тем более учитывая козырь в виде увеличенного осколка в моей груди, но в таких делах рисковать нельзя.

— Эллор, дорогой ты мой, а почему последнее ядро встало криво? — Моисей подошел к дракону и начал что-то показывать тому на своем планшете.

В итоге ящер в человеческом обличии что-то недовольно рыкнул, но пошел исправлять. Моисей же подошел ко мне, старый артефактор за последние дни словно помолодел, видимо так на него влияла работа.

— Граф, ловушка готова, вот активатор, — он протянул мне перстень, выполненный в виде головы дракона, — главное, помните, цель должна быть одна, иначе все может пойти не так, как надо.

— Не переживай, Моисей, все будет как надо, — усмехнувшись, я взял перстень и, примерив его, выбрал палец по размеру, — пока у нас есть время, скажи мне, что ты думаешь по поводу местной защитной системы?

— Думаю, что смогу ее повторить, сделав компактнее и сильнее, — спокойно ответил артефактор, — маги, что ее строили, были гениями, но это было давно, и с тех пор магическое искусство сильно продвинулось вперед. Так что да, через полгода Хладоград получит дополнительную защиту, — старик улыбнулся.

— Прекрасно, — я кивнул, — а что скажешь про императорских магов? Они настолько же хороши, как ты?

— Таких, как я, почти нет, — задрав нос, сказал старик, но, заметив мой ироничный взгляд, тут же перестал изображать из себя античную статую.

— А если серьезно? — я усмехнулся, — неужели они ничего не поняли?

— Да поняли, конечно, — вяло улыбнулся артефактор, — не всё и не до конца, но суть ухватили. Мне поделиться с ними своими мыслями?

— Пожалуй, не стоит, — я отрицательно покачал головой, — ну разве что цесаревич сам тебя попросит.

Артефактор кивнул, а в этот момент вернулся Эллор, доложивший, что все сделано как надо. Моисей все проверил, и, убедившись, что это и правда так, кивнул и направился к броневику, припаркованному чуть в стороне. Да-да, ловушку мы устроили на дороге, ведущей в сторону Варшавы. Удар пойдет отсюда, просто потому что больше неоткуда, да и не будет Алая играть в тактику. Зачем, если она уверена, что может нас снести голой силой. Выгодно, когда знаешь слабые стороны своих врагов, ха-ха.



Люблин. Несколько часов спустя.

Мой сон прервали самым грубым образом, громким стуком в дверь. Вскочив на ноги, я подскочил к ней и, открыв, увидел собранного Суворова.

— Разведка только что доложила, в двадцати километрах от города открылся огромный портал алого цвета, откуда выходят поляки, — граф покачал головой, — Ходкевич и Риволи там же, их лица засекли с воздуха.

— Поднимаем всех, — я усмехнулся, — кажется, граф, сегодня ночью все решится.