Замок щелкнул, и дверь приоткрылась на цепочку. В щели показалось бледное лицо Елизаровой. Она была без макияжа, в домашнем свитере, и выглядела так, словно собиралась держать оборону. Увидев меня, она заметно расслабилась и сняла цепочку.

— Ох, Виктор… Прости. Я просто… — она махнула рукой, пропуская меня на порог, но не приглашая внутрь. — Нервы ни к черту после этого теста.

— Понимаю, — кивнул я. — Именно поэтому я и зашел. Собираю нашу «могучую кучку». Нечего сидеть по норам и гонять мрачные мысли. Пойдем, прогуляемся, найдем чем заняться. Тут территория большая, а завтра выходной.

Мария колебалась секунду, потом вздохнула.

— Ты прав. Сижу тут, смотрю в стену, и только хуже становится. Дай мне пять минут, я переоденусь.

— Жду в коридоре.

Следующей была комната 205. Вотчина Виктории Степановой.

Здесь долго ждать не пришлось. Дверь распахнулась через пару секунд после моего стука.

Виктория стояла на пороге в белоснежном махровом халате, с мокрой головой, замотанной в тюрбан из полотенца. В лицо пахнуло теплым влажным воздухом и ароматом дорогого геля для душа.

— Граф? — она удивленно приподняла бровь, но смущения не выказала. — Решил нанести визит вежливости? Или соскучился по напарнице?

— И то, и другое, — усмехнулся я. — Хотим найти место, где можно выдохнуть. Маша уже готова, идем за Димой. Ты с нами?

— Естественно, — фыркнула она. — Не хватало еще чтобы вы там без меня веселились. Жди, я быстро. Только волосы подсушу.

Она захлопнула дверь перед моим носом.

Оставался Дмитрий.

Комната 208. Я даже не успел поднести руку для стука, как дверь распахнулась. На пороге стоял Дубов, полностью одетый, причесанный и даже, кажется, с заново напомаженными усами.

— Я слышал шаги! — объявил он торжествующе. — И знакомые голоса! Виктор, друг мой, я уж думал, вы меня бросили погибать от скуки в этом каземате! Я готов к любым приключениям, кроме голодовки!

— Голодать не придется, — заверил я его. — Сейчас дамы приведут себя в порядок, и пойдем на разведку.

Через пятнадцать минут мы полным составом уже шли по аллеям комплекса. Вечерний воздух был свежим, фонари отбрасывали уютные круги света на брусчатку.

Мы бесцельно бродили по территории, заглядывая в окна корпусов, пока не набрели на отдельно стоящее здание с вывеской «Клуб». Звучало многообещающе.

Внутри оказалось просторно и на удивление тихо. Это был не ночной клуб с музыкой, а скорее комната отдыха в английском стиле. Приглушенный свет, зеленые абажуры, мягкие ковры.

В центре зала стояли два больших бильярдных стола, крытых отличным зеленым сукном. Вокруг них стояло несколько столиков и барная стойка. За стойкой скучал бармен, протирая стаканы. Несколько участников олимпиады сидели в углу, тихо переговариваясь над шахматной доской.

— О! — глаза Дубова загорелись. — Бильярд! Это же благородная игра, господа! То, что доктор прописал для успокоения нервов.

Мы подошли к барной стойке.

— Добрый вечер, — поприветствовал я бармена. — Что у вас в ассортименте? Есть чем отметить успешное завершение этапа?

Бармен, молодой парень с безупречной укладкой, вежливо, но с сожалением улыбнулся.

— Добрый вечер. У нас «сухой» закон на время проведения мероприятий, господа. Приказ генерала. В наличии свежевыжатые соки, чайная карта, кофе и безалкогольные коктейли. Могу предложить отличный «Мохито» без рома или «Виржин Мэри».

Дубов скривился, словно проглотил лимон.

— Без рома? Это же кощунство! — возмутился он. — Ладно, давайте ваш сок. Гранатовый есть?

— Найдется.

Заказав соки и коктейли, мы оккупировали свободный бильярдный стол.

— Предлагаю партию, — сказал я, выбирая кий. — Парами, чтобы было интереснее. Я с Викторией, Дмитрий с Марией. Возражения?

— Принимается! — потер руки барон. — Маша, вы играете?

Мария неуверенно пожала плечами, беря в руки кий.

— Немного. В молодости в институте баловались. Но я давно не практиковалась.

— Ничего, вспомните! — подбодрил ее Дмитрий. — Главное не порвать сукно, а то оно дорого стоит. Я человек не бедный, — щегольнул он, на что Виктория закатила глаза, — но ремонт всегда влетает в копеечку. Поверьте мне!

Начали игру. Я разбил пирамиду. ЩЕЛК! Шары с сухим треском разлетелись по столу, создавая хаотичную картину.

Поначалу игра шла вяло. Мы пристреливались, вспоминали углы и силу удара. Но уже через десять минут стало понятно, что расклад сил за столом совсем не такой, как можно было ожидать.

Мария Елизарова, тихая и скромная женщина из Бахчисарая, оказалась настоящей акулой бильярда.

Она подходила к столу, долго и внимательно осматривала позицию, прищуривала уставшие глаза, а затем наносила мягкий, но точный и выверенный до миллиметра удар. Шар катился, словно по ниточке, и с мягким стуком падал в лузу.

— Маша! — восхищался Дубов после очередного ее удачного дуплета. — Да вы скрывали от нас талант! Это же профессиональный уровень!

— Просто геометрия, Дмитрий, — скромно улыбалась она, натирая кий мелом. — Углы падения и отражения. Ничего сложного.

А вот Виктория… С Викторией было интереснее.

Она играла агрессивно. Вставала в красивую стойку, демонстрируя фигуру, и била. Била сильно и резко.

Я наблюдал за ней. Вот она прицеливается. Шар стоит неудобно, угол острый, нужно ударить тонко, на резке. Но Виктория бьет прямой наводкой.

В момент удара я, переключившись на свое зрение, заметил слабую, едва уловимую вспышку вокруг ее рук и кия. Понятно. Виктория использовала свою родовую Силу, чтобы шар докатился из неудобного угла в нужное место.

Удар!

Белый шар-биток влетел в прицельный с такой скоростью, что тот должен был вылететь со стола. Но вместо этого он, словно нарушая законы физики, срикошетил от борта, пролетел через все поле и с грохотом рухнул в угловую лузу.

— Оп-ля! — Виктория победно выпрямилась, отбрасывая волосы назад. — Видели? Чистая мощь!

Я хмыкнул.

— Чистая мощь и немного семейных секретов, да? — шепнул я ей, когда она проходила мимо.

Она лукаво подмигнула мне.

— Тссс. Не пали контору, граф. Я просто придаю ему правильное ускорение. Немного инерции никому не повредит.

Мы с Дмитрием играли роль статистов в этой битве титанов. Я играл спокойно, в меру своих сил и навыков. В бильярд я играл, но не сказать чтоб профессинально. Дубов же больше красовался, принимая картинные позы и комментируя каждый удар, но попадал через раз.

Игра затягивалась. Азарт захватил нас, заставив на время забыть о том, что происходило утром. Мы пили сок, смеялись над промахами и аплодировали удачам.

Но в какой-то момент, когда Мария в очередной раз филигранно загнала «свояка» в середину, разговор сам собой вернулся к теме, которая висела в воздухе весь день.

— А все-таки… — тихо произнесла Мария, опираясь на кий. — То, что случилось утром… С тем мужчиной, у которого кровь пошла. Это ведь было ужасно.

Она посмотрела на нас с нескрываемой тревогой в глазах и голосе.

— Я считаю, что это было нечестно. Не у всех же есть силы. Мы врачи, а не колдуны. Мы приехали соревноваться в знаниях, а нас заставляют уворачиваться от проклятий.

— Маш, — вмешалась Вика, проходя вокруг стола и оценивая позицию шаров. — А когда в нашем мире вообще что-то было честно?

Она остановилась и обвела нас взглядом.

— Вон есть графья и бароны, без обид, парни, — сказала она нам, кивнув мне и Дмитрию.

Мы с Дубовым синхронно подняли руки, показывая открытые ладони, мол, какие могут быть обиды, это просто констатация факта.

— Они аристократы, — продолжила Виктория, наклоняясь над столом. — У них с рождения больше возможностей. Образование, связи, деньги. Мы вроде бы живем в правовом государстве, где все вроде бы равны перед законом и Императором. Но вот они, — она снова кивнула в нашу сторону, — выходят все равно равнее. Понимаешь?

Мария вздохнула, глядя на зеленое сукно.