— Угу, — буркнул Леонид, глядя под ноги. — Выгоним. Если не замёрзнем.

— Да ладно тебе, Лёнька! Мы сейчас в тепле будем, жрать медвежатину. И вообще, ты вон, вчера одиннадцатый уровень получил! Опыт-то капает, жизнь налаживается!

Леонид промолчал. Рассказывать, как именно он получил уровень, летун не собирался. И пусть вкус «Эликсира чистого опыта» оказался на редкость приятным, живительным, но продолжать выполнять поручения лича желания не было. Как не было и возможности отвязаться.

Сейчас они вернутся на базу, будет разбор утренней вылазки, потом завтрак. А потом… потом снова патруль. Опять взмывать в ледяное небо, часами кружить над мёртвым городом, высматривая выживших или угрозы. Эта мысль вызывала у Леонида смешанные чувства. С одной стороны, летать на Арчи было упоительно. Чувство свободы, контроля, власти над пространством. Это наркотик, на который он подсел с первого же полёта.

Но с другой стороны, он смертельно устал. Устал от вечного холода на высоте, от однообразных пейзажей разрухи внизу, от постоянного напряжения. Ему хотелось простого человеческого тепла. Отдыха. Бухла. И баб.

Он мысленно вернулся в тот уютный коттедж, где провёл прошлую ночь. Вот бы ему такой! Там была печка. Настоящая, тёплая печка, а не эти гудящие калориферы бункера. Там пахло не оружейным маслом и гуталином, а едой. Вкусной, домашней едой, которую готовили женщины. И какие женщины!

Все три были хороши. Блондинка Вера — милая, нежная, заботливая. Брюнетка Алина — загадочная, холодная, с чертовщинкой в глазах. И рыжая бестия Искра — огонь, яд и страсть в одном флаконе. Эх, вот бы их всех…

Но вместо этого только «Филатов, проверь квадрат такой-то», «Филатов, облети периметр». Холодно, сыро, и ветер в харю. Арчи-то пофиг, он мутант, а у Леонида уже задница к седлу примерзает.

В этот момент в кармане его пуховика что-то дёрнулось. Сначала слабая вибрация, потом сильнее. На мгновение он подумал, что это смартфон в виброрежиме, но быстро вернулся к реальности. Приятные фантазии с обнажённой Искрой тут же рассыпались в прах.

Леонид поморщился. Он знал, что это. Скосил глаза на сослуживцев. Никто не смотрел на него. Воронов что-то увлечённо рассказывал Дымову про калибровку сенсоров. Старлей сунул руку в карман, нащупав грубый холщовый мешочек, который дал ему лич. Он был тёплым. Почти горячим.

«Только не сейчас», — с тоской подумал Леонид.

Стараясь не сбавлять шага, он достал мешочек, развязал тесёмки и заглянул. Внутри лежали две маленькие, желтоватые косточки. Фаланги чьих-то пальцев. Сейчас они мелко подрагивали, ударяясь друг о друга с тихим стуком. И светились слабым, мертвенно-бледным светом.

Зултакар вызывал его на связь.

Желудок Леонида скрутило узлом. Вряд ли некромант вызывает его, чтобы узнать, как дела. Если кости заплясали, значит, личу что-то нужно. И это «что-то» наверняка потребует от Леонида снова лететь в эту проклятую Чёрную Башню, стоять в зале, полном трупов, и отчитываться перед тварью, которая может выпить его душу просто ради развлечения.

Он затянул завязки мешочка, заглушая стук костей, и сжал его в кулаке.

— Чтоб тебя разорвало, костяной ублюдок, — одними губами прошептал Леонид.

— Ты чего там бормочешь? — обернулся Дымов.

— Да так, — Леонид натянул фальшивую, кривую улыбку. — Говорю, Арчи покормить надо. А то он голодный злой.

— А, ну это дело святое.

Вход в бункер уже виднелся впереди. Леонид смотрел на него и понимал, что отдых отменяется. Придётся снова седлать Арчи и лететь. В Бутово. К хозяину. И надеяться, что в этот раз платой за визит станет очередной флакон с опытом, а не одна из ниш в стене.

— Лёшенька… — Искра пощёлкала пальцами у меня перед лицом.

Я вздрогнул, моргнул и повернул голову к ней. Но сказать ничего так и не смог. Напрочь разучился говорить. Повернулся обратно и снова уставился на список.

Все встали из-за стола и столпились у меня за спиной, заглядывая в открывшееся передо мной окно.

— Ё-моё… — выдохнул Фокусник. — Это как… как в универе, выбор факультета.

— Техномагия, однозначно! — заявила Искра. — Только представь, что ты сможешь создать! Огнемёты, которые стреляют самонаводящимися файерболами! Замораживающие гранаты! Ловушки с иллюзиями!

Казалось бы… очевидный, логичный шаг. Я уже потрогал эту силу, когда создавал крио-модуль и генератор ложных сигнатур. Свиток по искусству техномагии, который я изучил, это букварь, а специализация — университетский курс. Мощнейшие артефакты, которые плюют на законы физики… Заманчиво. Очень.

— Военная инженерия, без вариантов, — тут же отрезал Варягин. — Нам нужно оружие. Мощное и много. Мы на войне, Алексей!

Прагматично до скрежета зубов. То, что нужно здесь и сейчас. Турели, взрывчатка, бронетехника. Я этим уже занимаюсь. Но выбрать этот путь, значит, пойти глубже. Создавать не РПК на треноге, а полноценные комплексы ПВО. Проектировать не какие-то фугасы, а управляемые ракеты.

Но ведь для этого нужно и «Машиностроение», чтобы клепать максимально надёжные корпуса, и «Химическая инженерия» для топлива и взрывчатки. И «Строительная инженерия» для бункеров и пусковых шахт. Получается, «военщина» — это не путь, а перекрёсток, требующий знаний из всех смежных областей. Видимо, с точки зрения Системы, эта специализация предполагает совместную работу группы инженеров. А у нас только я. Жестокая ирония, мать её.

— Машиностроение! — тут же взревел Медведь. — Командир, бери его! Будем танки строить! И роботов ходячих!

Моя специальность в Бауманке. То, с чего я начинал. Возможно, это лучший вариант. То, что мне ближе всего. Ведь нам нужна армия боевых машин…

— Кибернетика, — тихо произнёс Тень. — Улучшение тела. Скорость, сила, реакция. Это даст преимущество в любом бою.

Звучит хорошо, но не думаю, что многие из нас захотят отпилить себе руку ради отличного бионического протеза.

— Путь Леонардо! — мечтательно протянул Фокусник. — Только представь, какие сумасшедшие штуки ты сможешь изобретать! Летающие велосипеды! Вечный двигатель! Умная ложка для йогурта!

Создание уникальных приборов… Да, возможно, именно это следует выбрать. Из всех десяти веток только эта выбивается… она необычная, нестандартная и сулит возможность комбинировать технологии из разных областей… Однако шедевры — штучный товар, их не получится клепать каждый день… Тут нужно вдохновение, ювелирный расчёт, прорва времени. Нет, слишком рискованно в мире, где нужна массовость и надёжность. Да и такая штука, как озарения… наверняка же значительная часть инженеров, выбравших этот путь, превратились в безумных изобретателей. Хотя есть шанс создать нечто, что перевернёт игру… Боже, как тяжело выбирать!!!

— Лёша, подумай о программировании, — серьёзно сказал Женя. — Оно уже сейчас помогает нам очень сильно. Дроны — это наши глаза. А турели без хорошего ПО просто куски железа.

— Химия, — вставил Петрович. — Лекарства. Стимуляторы. Вокруг антисанитария, гниющие трупы на каждом шагу, а некоторые ещё и бегают! Мы в шаге от чудовищной эпидемии. Кроме того, вдруг ты сможешь создать репелленты, отпугивающие мутантов не хуже, чем знаки Василия? С медикаментами мы с Верой, в общем, и сами справимся, но вот такие задачи не потянем.

Я слушал их, а в голове царил полный хаос. Они правы. Все. Мне нужно всё. Как можно выбрать между возможностью собрать танк и способностью создать кибернетический глаз для стрелка? Между постройкой неприступной крепости и разработкой инновационных материалов?

Они спорили, перекрикивая друг друга. Только Алина осталась сидеть на своём месте и с интересом смотрела на моё окно… нет, на меня сквозь него. Похоже, ей было просто любопытно, что же я выберу… или как буду выбирать.

Я пробежался по списку в десятый раз.

Забавно… никто не отстаивал «Энергетику». Скучно звучит, но это фундамент всего. Одними кристаллами сыт не будешь, маны на всё не напасёшься. Нужно восстанавливать нормальное электроснабжение. Начать хотя бы с солнечных батарей… а там и до АЭС дойдёт.