— Лима, — снова начала Аиша.

— Ты мне веришь? Я профессиональный геолог! Я много лет работала гидом в джунглях Бразилии и Перу, я знаю о чем говорю!

— Лима, хватит. — Аиша взяла подругу за руку. — Нам сейчас нужно готовится к битве, мы не сможем их переубедить.

— Если начнется выброс пепла, мы должны будет уходить немедленно.

— Дарахо, — Аиша посмотрела на вождя, который выглядел крайне раздраженным. Его терпение явно было на исходе. Прислушайся к ней. Хуже не будет, если мы подготовимся на случай, если нужно будет срочно бежать.

Дарахо кивнул и прикрикнул на собравшихся вокруг людей, привлеченных жарким спором.

— Все за работу! — А потом приблизился к Лиме и добавил тихим угрожающим голосом. — С вождем так не разговаривают, землянка. Не будь ты сестрой моей к’тари я бы и слушать тебя не стал.

Лима фыркнула, но ничего больше не сказала. Аише тоже пришлось прикусить язык, чтоб не ляпнуть лишнего. Иногда Дарахо перегибал с суровостью, но с другой стороны они жили в мире, где нужна без строгой иерархии и подчинении авторитету не прожить.

— Мужчины. — Пробурчала Лима, когда Дарахо отошел от них. — Как ты терпишь его заносчивость?!

— Наедине он совсем другой, — мягко ответила Аиша, вспоминая как утром проснулась от того, что Дарахо ласкал ее и шептал слова любви.

— Надеюсь, ты бы сказала мне, если бы он тебя обижал? — Лима нахмурилась, пытаясь отыскать правду на лице подруги.

— Конечно, я бы ни за что не позволила привести сюда девочек, если б не доверяла ему. Они может и грубоватые самцы, но своих женщин берегут.

Лима посмотрела на Арака, который раскладывал их находки на столе.

— Надеюсь, ты права.

Времени на разговоры не осталось, девушки присоединились к остальным, помогая всем, чем могли.

Мужчины возводили дополнительные баррикады из бревен у ворот, проверяли каждый лук, каждое копье. Женщины и девушки, включая землянок, под руководством Ри'акса и старших женщин готовили перевязочные материалы, кипятили воду, точили все, что могло резать

Аиша помогла Лиме устанавливать ловушки. От напряжения тянуло мышцы, пот струился по спине, но физическая боль была предпочтительнее мучительного бездействия. Она украдкой поглядывала на Дарахо. Он был везде: показывал молодым воинам, как ставить колья под правильным углом, проверял натяжение тетивы у лучников, коротко и ясно отдавал распоряжения. Он был скалой. И глядя на него, ей хотелось верить, что эта скала выдержит все.

Закат окрасил небо в багровые и лиловые тона, когда последние приготовления были закончены. Основная сила — лучники и копейщики заняли позиции на частоколе. Оливия, Кара и Аиша встали в этот ряд, сжав бластеры в руках.

— Вы должны быть в доме. Здесь слишком опасно! — прорычал Дарахо.

— Мы умеем стрелять, глупо прятать нас, — возразила Аиша жестко.

Оливию научил стрелять дедушка, который был охотником, Кара в юношестве увлекалась спортивной стрельбой и даже занимала призовые места, а Аиша часто ходила в тир, чтобы сбросить напряжение после сложных напряженных смен на скорой. Стреляла она откровенно говоря так себе, но все остальные девчонки не умели совсем. Три бластера, три стрелка.

Начать очередной спор Дарахо не успел, к деревне потянулись враги. Аиша сжала кулон в руке, мысленно воззвав молитвами к небу. Она не была верующей, но в этот момент готова была на все лишь бы ночь прошла без потерь.

Сначала — ослепительная, неестественно яркая вспышка, осветившая верхушки деревьев багровым заревом. Потом — резкий, сухой треск, похожий на удар гигантского хлыста, но громче в тысячу раз. Эхо покатилось по долине.

Потом еще одна вспышка, и еще. Между ними — пронзительные, леденящие душу электронные визги, которые Лима смогла извлечь из одного из приборов. Даже Аиша вздрогнула, хотя сама помогла ставить все эти ловушки.

Странные звуки сменились криками ужаса, ярости, замешательства. Аиша вцепилась в частокол, пытаясь разглядеть что-то в темноте. Планы сработали? Или все пошло наперекосяк?

Часть врагов испугавшись отступили, но самые смелые вырвались вперед. Девушки вскинули бластеры и прицелились. Стрелять по движущимся целям было непросто, стрелять в людей тем более. Кара не смогла. Ее руки дрожали.

— Давай же! — Крикнула ей Аиша. — Или они или мы.

Время замедлилось. Вспышки и крики снаружи стали фоновым шумом. Перед Аишей было только ветхое дерево частокола, прорезь для стрельбы и темные фигуры, бегущие прямо на них, освещенные жутким багровым светом от дымящихся химических шашек.

— Давай же! — ее собственный крик прозвучал в ушах чужим, сдавленным от ужаса. — Или они или мы!

Она видела, как Кара зажмурилась. Ее пальцы побелели на рукоятке бластера. Но после ее крика глубоко вдохнула и распахнула глаза.

В этот миг одна из фигур, крупный йорд оказался прямо напротив Кары. Он увидел ее за частоколом, ее бледное, искаженное страхом лицо, и оскалился, ускоряя бег. Он метнул камень, тот со свистом пролетел в сантиметре от головы Кары и с глухим стуком врезался в стену хижины позади.

Кара взвизгнула и отшатнулась. И в этот момент, движимая чистым инстинктом самосохранения, ее палец нажал на спуск.

Алый луч, тонкий и смертоносный, пронзил темноту. Он не попал в йорда, а ударил в землю у его самых ног, подняв фонтан искр и дыма. Но этого хватило.

Йорд вскрикнул, споткнулся о вздыбившуюся землю и рухнул. Следующий луч, уже из бластера Оливии с другой стороны частокола, добил его на месте. Запах горелого мяса и озона ударил в нос.

Аиша не видела этого. Ее внимание было приковано к другой группе. Гибли. Их было трое, и они лезли на частокол с дикими, нечеловеческими воплями, не обращая внимания на дым и шум. Их глаза, белесые и безумные, светились в темноте. Один из них уже вскарабкался почти наверх, его костлявая рука с ножом тянулась к стоявшей рядом молодой женщине наркс.

Аиша запретила себе думать и выстрелила. Луч ударил в кожаную перевязь на его плече. Гибли заорал, потерял равновесие и свалился назад, в гущу своих же, увлекая за собой еще одного.

Третий гибли, увидев это, замер. Его безумие на секунду сменилось животным страхом перед непонятным, обжигающим оружием. Этого мгновения хватило лучнику нарксу. Стрела с глухим стуком вошла врагу в шею. Тот рухнул как подкошенный и больше не поднялся.

Смесь «магии» и реальных потерь сделала свое дело. Крики ужаса снаружи теперь явно перекрывали боевые кличи. Кто-то кричал: «Духи! Духи с огненными палками!»

Дарахо, который вел бой у ворот, снес голову одному из йордов, а живот другого проткнул копьем. Голос вождя раскатом грома зазвучал над битвой:

— Отступите или вы все умрете. Духи огня на нашей стороне!

Аиша и Оливия снова выстрелили, убив еще двоих удобно замерших от неожиданных слов Дарахо. Эффект был ошеломляющим. Оставшиеся у частокола враги, бросились бежать, растворяясь в темноте джунглей.

Наступила звенящая тишина, нарушаемая только тяжелым дыханием защитников, треском угасающих химических огней и стонами раненых внизу.

Аиша опустила бластер. Ее руки тряслись так, что она едва удержала тяжелое устройство. Она посмотрела на Кару. Та сидела на земле, прислонившись к частоколу, и смотрела на свои руки широко открытыми, пустыми глазами.

— Я… я выстрелила, — прошептала Кара.

— Ты спасла себя и, возможно, всех нас, — твердо сказала Аиша, опускаясь рядом и обнимая ее за плечи. — Это была самозащита. Только самозащита.

Оливия подошла к ним, прихрамывая. На ее бедре зияла неглубокая, но длинная царапина от кремневого наконечника.

— Неплохо, девчонки, — сказала она хрипло, и в ее голосе звучала усталая гордость. — Для первого боя — более чем. Кара, ты молодец.