- Не беспокойся, город большой, скучать не стану. Сегодня иду в ресторан, а потом хочу посмотреть квартирку одну, - немного остывает.

Действительно, а зачем скучать? Мама днями шатается по салонам, посещает лучшие рестораны, скупает в магазинах чушь, и ни в чем себе не отказывает. Естественно, за мой счет.

Не сказал бы, что мне жаль финансов, но во всем должна быть мера.

- На квартиру сейчас денег нет, - не выдерживаю ее напора.

- Значит, на новый дом они имеются, а на мать нет? Меньше на любовниц надо тратить! – психует.

- Что ты несешь? – зло отвечаю. – Мама, я тебя люблю, но ты переходишь личные границы. Правда. Молчу о том, как достаешь жену, проверяя терпение на прочность, сейчас и на меня перекинулась? Какая любовница? У меня все в порядке в браке.

- Яблоко от яблоньки недалеко падает, - выдает истерично.

- О чем ты?

- Ни о чем. Завтра же покину вашу квартиру, если нет для меня угла. Терпеть подобное не стану, - игнорирует вопрос.

Губы матери начинают дрожать, а глаза наливаются слезами. Ее любимая манипуляция прокатывает и сейчас, чувствую за собой вину и отступаю:

- Извини, я был слишком груб. Просто хотел понять твои планы.

- Я продаю квартиру в Ростове, и хочу жить в Москве, надеюсь на твою поддержку и финансовую помощь в приобретении недвижимости в столице, - выдает неожиданно.

- Что? – впадаю в шок.

- Сделка практически оформлена, поэтому домой и не тороплюсь. Квартиры, можно сказать, у меня больше нет.

- Мама! Ты сбрендила? Разве такие решения принимают, не обсудив?

- Я не намерена разговаривать в таком тоне, - поднимается, поправляя на себе новое дорогое платье. – Успокойся и поговорим, - выходит из кухни.

В будущем я подумывал купить в Москве квартиру для матери, но не сейчас же, вот так в нос услышав, что жить негде. Впервые я ощущаю в ее сторону настоящую ярость. Сколько еще она будет вести себя как инфантильная малолетка, постоянно требуя и выбивая блага?

Иногда кажется, что лучше бы отсечь мать из своей жизни и вовсе не общаться, как когда-то это сделал отец, потому что терпеть выходки родительницы становится невыносимым.

Очередная головная боль и проблема, которую придется решать мне. Не представляю, как отреагирует Наташа, и уже предчувствую ее недовольство.

После разговора я уезжаю в офис, и с ужасным настроением погружаюсь в работу. Ощущаю дикий стресс, а в голове единственное желание – выпить и разгрузить мозги.

- Вот ваш кофе, - Мила приносит бодрящий напиток.

- Спасибо, сегодня приедет семья Петраковских, оформи их по ускоренной программе, Семен Владиславович не любит долгих ожиданий, - отдаю распоряжение.

- Хорошо, сделаю, - соглашается. – У вас какие-то проблемы? Выглядите уставшим, - произносит с беспокойством.

- Да так, - отмахиваюсь, - дела семейные.

- Как я вас понимаю, у самой… - тяжело вздыхает, не договаривая.

- А что такое? – решаю проявить вежливость.

- С матерью постоянные разборки, - произносит тихо, потупив глаза в пол. – Никак не может понять, что я уже взрослая и хочу жить свободно.

- Ох, эти мамы! - отвечаю Миле. – А вы вместе сожительствуете?

- Да, к сожалению. Пока не имею финансовой возможности съехать, но очень этого хочу. Надеюсь, что подзаработаю и смогу снять квартиру. Хотя бы однушку на окраине.

- Похвальное желание, - поддерживаю ее. – Можем подумать, как решить твой вопрос. Например, выплатить зарплату за пару месяцев, или выписать премию, по результатам работы. Ты старательная, если и дальше будешь так трудиться – в скором времени сможешь позволить себе отдельное жилье.

- Было бы здорово, - ее глаза загораются.

Целый день я провожу в заботах, а к вечеру, собираясь домой, понимаю, что идти туда категорически не хочу. Мать снова начнет головомойку, а Наташа, скорее всего, будет высказывать претензии, когда узнает о ее планах.

- Мила, а ты не желаешь выпить по бокальчику? Посидеть в баре, пообщаться? – предлагаю девушке.

- Не знаю, - смотрит на меня краснея. – А это удобно? У вас ведь супруга, наверняка ждет.

- Не переживай по этому поводу, - отвечаю помощнице.

Наталья привыкла, что работаю частенько сверхурочно, и если задержусь на часок-другой – вряд ли станет задавать вопросы.

- Тогда согласна, для меня ваш комфорт важнее всего, я-то свободная, - произносит смущаясь.

- Договорились, - протягиваю ей руку, помогая подняться из кресла.

По дороге мы решаем, что в бар не хочется, и едем в один из элитных ресторанов, где заказываем устрицы и шампанское. Мила довольно улыбается, а я чувствую себя чуть ли не героем. Приятно видеть в глазах наивной и неискушенной девушки восторг. Думаю, она и ресторанов таких не видела, в который ее привел, для помощницы все в новинку.

Настроение улучшается, и я расслабляюсь. Вечер обещает быть чудесным.

В ресторане настроение улучшается. Мила ведет себя достаточно скоромно, и я пытаюсь ее раскрепостить и показать, что в нерабочей обстановке не стоит меня стесняться.

- Что насчет личной жизни? Почему у такой молодой и красивой нет ухажеров? – поднимаю бокал и делаю глубокий глоток игристого напитка.

- Я же говорила, что сконцентрирована на будущем, в основном трачу время на тренажерный зал, изучение иностранных языков и литературу. Помимо работы всегда есть чем заняться. Проводить время с бесперспективными ровесниками желания нет, буду честна.

- Это верно – выкладываться на полную катушку, и думать наперед. Я в твоем возрасте тоже был полон амбиций.

- Оно и видно, теперь вы руководитель, достигли немалых высот, есть чем гордиться, - делает комплимент. – Здорово, когда мужчина имеет мозги и хочется за ним тянуться, за таким будешь как за каменной стеной.

- Обращайся на "ты", чувствую после твоего «вы» себя стариком. Мы же не в офисе, неформальная обстановка, не парься, Мила, - ощущаю, как пузырьки дают по шарам и кружат голову.

Приятное расслабление негой растекается по телу.

На минуту вспоминаю мать и меня передергивает. Сейчас, наверное, компостирует мозги Наташке. Конечно, не лучший вариант, что оставил жену наедине с мамой и слинял, чтобы отдохнуть, но сколько можно себя нагружать? Я зарабатываю деньги и имею право на то, чтобы их тратить и на себя.

За последнюю неделю родительница разбазарила такие суммы, что диву даюсь от ее наглости.

Подумываю о том, чтобы перекрыть для нее кран с деньгами, потому что рвение, с которым спускает кровно заработанные – не совсем здоровое. Такими темпами ни дома, ни квартиры - не светит.

Не представляю, как скажу Наталье, что мать продала жилье в Ростове. Жена у меня терпеливая, но и ее недовольство вполне объяснимо, мало кому понравится, когда львиная доля бюджета и накоплений уходят мимо семьи.

Наташа тоже не валяется на диване и неплохо зарабатывает, внося свою лепту в кубышку, поэтому имеет право взбрыкнуть.

- Как же мне тут нравится, - довольно щебечет Мила, - такая красота вокруг, я в подобных местах и не бывала.

- Понимаю, но ты еще совсем юная, все впереди, - отвечаю, размышляя о том, что сделал благое дело, выгуляв девчонку в хороший ресторан.

Довольный персонал и работать будет лучше, а между нами наладится дружеское непринужденное общение.

Мила начинает рассказывать о детстве, жизни, учебе в университете, и я осознаю, что её судьба не самая сладкая. Сколько же всего пришлось вытерпеть такой хрупкой и беззащитной девочке.

- Вам, наверное, уже пора, - спрашивает извиняющимся тоном, - заболтала совсем. Переживаю о вашей супруге, - добавляет.

- Ты такая предупредительная, - отвечаю захмелевшим голосом.

- Просто очень благодарна Наталье за то, что устроила меня в такое достойное место. Если бы не она, - в глазах Милы начинают блестеть слезы.

- Господи, что случилось? У тебя какие-то серьезные проблемы? Поделись.