Неврастеничной подстилке ни к чему украшения, ее невидимая корона и без того подпирает потолок, а мне – несчастной матери, вынужденной скитаться без своего угла и терпеть выходки любовницы сына – необходима компенсация за моральные неудобства и нервы.

Подхожу к ломбарду и замечаю, что открывается он в десять, бросаю взгляд на часы и понимаю, что двери для посетителей распахнутся через пятнадцать минут.

Коротая время, захожу в кафе неподалеку и заказываю чашку эспрессо.

Да уж, помотала меня жизнь.

Разве могла предположить, что на старости лет буду вынуждена проживать с сыном и его шалашовкой на съемной квартире?

Наташа в сравнении с малолетней шмарой - вообще одуванчик, да, она не особо лебезила, но хотя бы вела себя адекватно и в большей степени помалкивала, чего не скажешь о последней проститутке сына. Вот уж где исчадие ада – постоянно чего-то требует и разыгрывает роль обездоленной женщины в положении.

Практически на девяносто девять процентов уверена, что беременности никакой нет, просто практикует проверенную годами манипуляцию, чтобы привязать мужика. В ее наивных фантазиях и неопытных мыслях блуждает вера, что Иван устроит ей сказочную жизнь, в то время как сын и сам на распутье, и, как вижу, денег у него особо и нет.

Допив кофе, снова отправляюсь в ломбард и сдаю побрякушку, которую Ваня купил для любовницы. На вырученные деньги решаю посетить казино – а вдруг я выиграю и смогу наконец-то снять для себя жилье?

Звучит, конечно, маловероятно, но чем черт не шутит?

Находиться с идиотами на одной территории не доставляет удовольствия. Хочется иметь свой угол и жить спокойно. Если бы сын разобрался с этим вопросом – оставила бы его в покое. Мечты о собственной жилплощади все нереальнее, но обрести съемный уголок - надежды не теряю.

Подпольное казино, именуемое невзрачно "Лотерейный клуб", встречает внутри ярким светом и пестрыми баннерами. В воздухе витает смесь дорогих духов, дыма от сигар и напряженного ожидания. По залу струится сияние света от игровых автоматов, которые, словно живые существа, притягивают к себе посетителей блеском и обещанием легкого выигрыша.

Куполообразный потолок казино усыпан светильниками, которые освещают зал тысячами мерцающих бликов. Ряды столов для карточных игр и рулетки окружены удобными кожаными стульями. Работники одеты в строгие черные костюмы, движутся среди посетителей с профессиональной улыбкой и готовностью в любой момент оказать помощь.

Игровые автоматы стоят в упорядоченных рядах, каждый из них – миниатюрный мир, в который можно погрузиться, забыв обо всем на свете.

И весь этот мир, полный звуков, света и ожидания, поражает воображение и пробуждает азарт. Казино – место, где ничто не является нереальным, и где удача может улыбнуться, когда ты этого меньше всего ожидаешь.

Внутри невозможно определить время суток. Искусственное освещение, мерцающее от световых эффектов игровых автоматов, дает ощущение вечернего блеска и роскоши. Место, где царит свое время, свои правила.

Мои глаза, изначально ослепленные, уже привыкают к атмосфере, и я начинаю игру. Деньги в руках становятся инструментами удачи, а каждая купюра обещает новые возможности. Кто знает, а вдруг поймаю джек-пот и вообще куплю себе квартиру? Сама! Без чьей либо помощи и подачек.

Даже когда последняя банкнота исчезает в недрах слот-машины, мне кажется, что следующий спин принесет удачу. Но когда числа на экране автомата прекращают вращаться, и я вижу, что они не совпадают, наступает понимание.

Я проиграла все.

С отчаянием в сердце, ухожу из казино.

Черт! Снова в минусе. Почему мне так не везет?

Может быть, в следующий раз? - все еще верю, что вселенная когда-нибудь наградит за упорство.

Горький вкус поражения пылью оседает внутри.

В моем кошельке совсем нет денег: ни на такси, ни на обед, ни на кофе. Проигрыш был столь же быстрым, как и появление финансов.

Расстроенная от того, что снова потерпела неудачу, возвращаюсь домой. По пути обращаю внимание, что на часах уже шесть вечера. У двери съемной квартиры меня ожидает еще один неприятный сюрприз - чемодан с вещами.

- Какого лешего? - нажимаю в негодовании на дверной звонок.

Никто не отвечает и я начинаю нервно барабанить ногами по обшивке дверного полотна, с требованием, чтобы открыли. В ответ слышу приглушенный крик Милы:

- Уходите! Мы с Ваней больше не желаем вас видеть. Если сейчас же не скроетесь, вызову полицию!

Следом еле улавливаю чьи-то разговоры и шушуканье, понимая, что Мила не одна.

Дожили, собственный сын и прошмандовка - вышвырнули на улицу.

И что я такого сделала? Прихватила дешманский кулон?

- Куда запропастилась Мила? – заходит в кабинет Гордеев. – Не могу понять, для чего ты нанял эту девчонку, если она постоянно отсутствует на рабочем месте, - произносит недовольно.

- У нее проблемы, собиралась посетить врача, - отвечаю начальнику.

- Какие? Беременность? – попадает с первой попытки в яблочко.

- Не знаю, - пытаюсь заранее не сообщать о том, что доподлинно неизвестно.

- Наворотил ты, Иван. Честно говоря, если Мила окажется не в положении, я собираюсь ее уволить. Толку нет. Вся ее деятельность закончилась, как только начала крутить шуры-муры вместо работы. Не ожидал, что ты "поплывешь" так быстро, спокойно наплевав на брак и Наталью. Неужели стоило того?

- Черт возьми, вляпался по самое не хочу, не знаю, где была моя голова, - нервно барабаню пальцами по столу, решаясь на откровение.

- Известно где, только вот Мила совсем не та, кто стоит семьи, стабильности и хорошего союза. Я, конечно, не знаю подробностей вашей жизни с Наташей, но чувствую, что ты просто зажрался, скучно, видимо, стало.

- Скорее всего, - киваю. – Хотел чего-то нового, внести разнообразие в рутину. Наташа стала уже привычной, родной. Я ее люблю, но... Черт! Расставаться точно не собирался, однако все зашло слишком далеко, жена подала на развод.

- И правильно сделала. Если ты не способен ценить свою супругу, оставь ее для верного и достойного мужчины. Что касается разнообразия, полагаю, Мила тебе его подгонит полный вагон. Главное – вывези. Боюсь, что в нынешних обстоятельствах, без работы можете оказаться и ты, и она. У меня к тебе было достаточно хорошее отношение, но личная жизнь не должна отражаться на трудовой деятельности, а совмещать у вас плохо выходит. В любом случае, когда Мила явится на работу – отправь в мой кабинет. По закону, я не имею право уволить женщину в положении, но если она не на сносях – мы прощаемся. Такие ударные работницы мне не нужны.

Жесть! Оставить Милу без зарплаты – дерьмовое дело. Пора сматывать удочки, ей Богу. Превращаюсь в осла, который содержит всех: и мать, и любовницу. Оно мне надо?

До конца дня еле высиживаю и решаю, что нужно заехать к Наташе в агентство. Смысла появляться в нашей квартире не вижу, так как все равно попросит вон, а в офисе придется быть сдержаннее, и шансов на то, что выслушает – гораздо больше.

Около шести я оказываюсь у высотки, в которой трудится жена, и с тяжелым сердцем поднимаюсь на ее этаж. Возвращаться на съемку совершенно не хочется – мать и любовница наверняка опять ругаются, а мне все это осточертело.

Уж и секс не нужен и разнообразие подзатрахало. Мечтаю о тишине и спокойствии.

Сходу направляюсь к Наташиному столу, объявив охраннику, что мне назначено. Клиенты по поиску работы - естественное для них явление и посетителей пропускают без вопросов.

- Теперь и ты? – ухмыляется супруга, заметив меня.

- В каком плане и я? - не понимаю о чем она.

- Иван, что тебе нужно? Устроили проходной двор. Мало того, что твоя будущая теща со мной трудится, а к ней на работу заявляется любовница с претензиями в мою сторону, так еще и сам муж «объелся груш» нарисовался. Из дома уже вылетал, по лицу получал, чего тебе? Откровенно говоря, надоело быть вежливой, тебя прилюдно послать? - говорит раздраженно.