Лицо любовницы настолько напряжено, что кажется, она сейчас взорвется от негодования.

В кабинете Федора Анатольевича я испытываю стыд вперемешку со страхом. Некрасиво было с моей стороны опаздывать на работу, да еще и не предупредить об этом нового начальника.

Измена Ивана настолько выбила почву из-под ног, что в первые часы я буквально ничего не соображала, думая лишь о том, как обезопасить финансы и вытурить его неугомонную маму из дома.

Понимаю, что это мои трудности и я не должна из-за них создавать неудобства начальству. Стараюсь успокоиться и взять себя в руки. Знаю, что рано или поздно мне придется разобраться со всем этим хаосом, но сейчас нужно сосредоточиться на рабочих обязанностях и не подводить себя же.

Я уже и так наговорила лишнего и предстала не в лучшем свете, а еще и мое утреннее отсутствие. Надеюсь, что Федор Анатольевич сумеет понять и простить. Нужно собраться и сделать все возможное, чтобы исправить ситуацию и показать, что я действительно ценю должность и с уважением к нему отношусь.

Набираю побольше воздуха в легкие и произношу:

- Мне очень жаль, что я опоздала и не предупредила вас заранее. У меня были серьезные личные проблемы - это, безусловно, не оправдание, но я обещаю, что подобного больше не повторится.

Жду его реакции, ожидая, что она будет негативной, но начальник удивляет.

- Как вы знаете, уши есть и у стен, я невольно застал разговор с Галиной Александровной. Правда, что ваш муж закрутил роман с ее дочерью? - смотрит на меня в упор, а я чувствую, что краснею.

Черт! Как же неудобно.

Нервно сглатываю и отвечаю:

- Да, правда. Это было совершенно неожиданным для меня, и я еще не успела справиться со случившимся и переварить информацию, - стараюсь выражаться аккуратно. - Мне действительно совестно за свою рассеянность.

На удивление, Федор реагирует нормально:

- В таких ситуациях сложно сохранять спокойствие и сосредоточенность, понимаю вас и принимаю объяснения. Но пожалуйста, постарайтесь собраться и сконцентрироваться на работе, личные проблемы не должны сказываться на вашей профессиональной деятельности.

- Да, конечно. Обычно я не распространяюсь о семейных делах в офисе… просто.. Простите.

- Я вижу, что вы еще на взводе, - переводит глаза на мои руки, и я замечаю, как дрожат пальцы. – Это произошло сегодня?

К глазам подкатывают слезы. Наверное, только сейчас, слыша себя со стороны и произнеся вслух о неверности мужа, до меня доходит вся тяжесть и омерзение той ситуации, которую я видела в кабинете Ивана.

- Да, это случилось утром, собственно, поэтому и не пришла вовремя, - шепчу, стараясь не расплакаться.

Федор Анатольевич смягчается, и это отражается в его взгляде. Глаза становятся более теплыми и сочувствующими, а уголки его губ поднимаются в печальной улыбке, словно понимает, о чем я. Все эти изменения придают его лицу доброжелательное выражение, что немаловажно для меня в такой сложный момент.

- Я знаю, насколько это может быть тяжело, сам когда-то переживал подобное и отлично могу понять ваши чувства и состояние, - говорит он с искреностью в голосе. - Поэтому предлагаю взять выходной и уделить себе время, разобраться и принять необходимые решения, - продолжает. - Вам не стоит оставаться на работе, если вы не можете сосредоточиться на текущих вопросах. Это нормально, мы все иногда переживаем трудные времена. Завтра будет новый день, и вы сможете вернуться с новыми мыслями и отдохнувшей.

Не такой уж он и гад, - мелькает в голове.

Почему-то я считала, что Федор устроит разнос, а, может быть, и вовсе уволит, становится безумно стыдно за то, как я просилась в отпуск, чтобы провести его с мужем.

Теперь я вижу, что новый руководитель - гораздо более чуткий и понимающий человек, чем я думала. Он отнесся к моей ситуации с добротой и поддержкой, вместо того чтобы отчитывать из-за опоздания - первое впечатление было ошибочным.

Принимаю решение последовать совету и взять выходной:

- Огромное спасибо. Пожалуй, я действительно нуждаюсь в небольшой передышке. Завтра обещаю быть вовремя и закрыть все вопросы сегодняшнего дня, - произношу, чувствуя благодарность к Федору Анатольевичу за его участие.

Он улыбается и кивает:

- Уверен, что вы справитесь. Поезжайте домой, расслабьтесь, и возвращайтесь завтра с новыми силами. И помните, все что не убивает – делает нас сильнее. Если вам понадобится поддержка, не стесняйтесь – я к вашим услугам.

Покидаю кабинет начальника и чувствую облегчение. Хотя бы на работе я избежала проблем, которых и без того валом.

У двери меня поджидает Галина Александровна:

- Наташа, - начинает она, - я все же хочу, чтобы ты извинилась, мне неприятно было слышать все те слова, которые ты говорила в адрес моей дочери.

От возмущения я вспыхиваю:

- Имейте хотя бы вы совесть, если у Милы ее нет, а еще логику и мозги, - отвечаю, возможно, более грубо, чем следовало бы. – Откуда у вашей дочери деньги на съем квартиры? Премии? За что, Господи?! Она работает всего ничего и на должности, которая поощряется бонусами в последнюю очередь. Хватит витать в облаках, откройте свои глаза и посмотрите на то исчадие ада, которое воспитали и теперь прикрываете. Мила наглая и расчетливая девка, и для нее нет преград в желании получить желаемое, даже если это - чужой муж! – заканчиваю, и не дожидаясь ответа, прямиком направляюсь к выходу из офиса…

В квартире, которую снимает сын для своей возлюбленной шалавы, царит полный беспорядок.

Захожу на кухню и сразу замечаю грязь. Гора немытой посуды покрывает практически всю поверхность стола и кухонной раковины. Тарелки, кружки и столовые приборы хаотично сброшены в кучу, создавая ощущение неряшливости.

Странный противный запах, от смеси прокисшей пищи и забытых остатков в мусорном ведре, ударяет в нос. Замечаю, как вокруг смесителя накопилась вода, смешанная с мылом, и маленькая лужица превратилась в неприятный слизистый налет.

На полу виднеются пятна от разлитых жидкостей, а стены и кафель вокруг плиты испачканы брызгами масла и соуса. В углу стоит открытая банка с мусором, которая переполнилась и напоминает маленькую гору отходов.

Весь этот беспорядок и неприятные запахи делают кухню крайне неприглядной и даже омерзительной.

- Да уж, - произношу вслух и зажимаю нос рукой. – Жена Ивана хотя бы следила за чистотой, - невольно сравниваю. – Неужели секс важнее всего, и сын готов вот к такой помойке?

Выхожу из кухни и направляюсь в спальню, где повсюду разбросаны нижнее белье и косметика: крема, помады, косметические кисти и тушь валяются по всем поверхностям, создавая ощущение свалки.

На прикроватной тумбочке лежит несколько пятитысячных купюр. Мне становится ясно, что Ваня оставил их для Милы. Без колебаний забираю деньги в свой карман. Девушка обойдется без этих средств, а мне они сейчас понадобятся, особенно учитывая сложившуюся ситуацию.

Первая мысль, когда я обживаюсь деньгами, - сходить в казино и приумножить их. Это может быть хорошим способом снять стресс, переключиться и просто испытать удачу после всех неприятностей.

Открываю прикроватную тумбочку, в поисках чего-нибудь интересного, и внезапно слышу за спиной:

- Что вы тут делаете? – оборачиваюсь, и вижу лицо Милы, которое выглядит недовольным.

- Изучаю новое местожительства, - отвечаю спокойно, продолжая рыться среди ее тряпок.

- Вы в своем уме? Это личные вещи.

- И что? Теперь я тут живу, если что-то не нравится, собирай свои шмотки и вывози в место, где никто не станет их трогать, а у себя дома я делаю то, что хочу, и когда хочу.

Мила кажется сбитой с толку, а меня еще больше это раззадоривает.

- Давай, отправляйся на кухню и уберись, такая молодая деваха, а дома как в хлеву, хотя… - затихаю на минуту, - даже свиньи не жили бы в таком беспорядке.