- ...пришлось искать пути для зарабатывания денег, - заканчивает фразу любовница. – Если бы не побои и невыносимые тычки, я бы не ввязалась в отношения с женатым человеком. Это твоя вина, - потупив глаза, Мила смотрит в пол.

- Не могу поверить, нет, это какой-то кошмар, и я сплю. Доченька, что с тобой? Тебя заставили это сказать? Что с моим ребенком, что вы с ним сделали? – кричит в сторону Светы.

- Удобно сваливать с больной головы на здоровую. Воспитанием своего чада занимались вы, так что претензии к себе. Именно ваша кровиночка легла под моего сына и спокойно вступила в связь с женатым мужчиной, не предохраняясь. Вины с Ивана не снимаю, но не нужно выставлять блудницу святошей, как видим, она и вас считает исчадием ада. Так кто из вас врет? Давалка или женщина, взрастившее это похабное беспринципное существо?

- Закройтесь! Хватит! – кричит Мила. – Уходите все вон! Мама, покинь квартиру, не видишь, что происходит? – хватает ее за плечо и грубо стаскивает с пуфа, как тряпичную куклу. – Тебе пора, я устала от разборок, мне нельзя нервничать, - открывает дверь и буквально выталкивает женщину.

- Мила, Милочка, доченька, солнышко мое, - причитает Галина Александровна.

- Уходи! И больше не тревожь меня. Если я захочу связаться, позвоню, - захлопывает дверь перед ее носом, не дослушав.

- Замечательное шоу, - хихикает мать, - с такими весельем я, пожалуй, задержусь у вас, что ни день, то приключения.

- Поехали на работу, нам нужно поспешить, - тихо говорит Мила, лицо ее белое, как простыня. – По дороге все обсудим, не хочу при этой, - указывает на Светлану Васильевну.

Понимаю, что мы реально опаздываем, и лишь киваю в ответ. Да уж, я, конечно, хотел разнообразия, но та жопа, в которой оказался, не имеет ничего общего с моими мечтами.

- Иван, я больше так не могу. Один день и ночь с твоей мамой, и я уже готова вешаться! Что дальше? Мы не сможем жить втроем! - заходит в лифт взвинченная Мила.

- Это моя мать, куда мне её девать? Выставить на улицу? Да, она не вполне адекватна, как я вижу, плюс её зависимость, но факт остается фактом, выгнать пока не могу.

- Зависимость? Какая? Бедная женщина, - удивляется Мила.

- Игровая, - отвечаю раздраженно, - просадила всё, что можно и нельзя.

- М-м-м, - смотрит заинтересовано. – Это интересно, - добавляет задумчиво.

- Послушай, Светлана Васильевна не подарок, я знаю, но, надеюсь, что не станешь использовать эту информацию против неё.

- А ты все ее защищаешь, - недовольно отвечает любовница.

- Точно так же, как и ты свою абьюзершу. Она случайно не актриса? Так правдиво тужила слезы и глаза закатывала, не зная правды, я бы охотно поверил, что передо мной святая женщина. А для чего Галина Александровна приходила? Так и не понял, - выходим на улицу и направляемся к авто.

- Деньги попросить, - начинает нервничать. – Все, как всегда. Неприятно это обсуждать. Света настолько унизила меня перед матерью, что до сих пор не могу успокоиться. Да и ты перешел границы, не находишь? В моем положении…

- Мила, кто-то должен был поставить ее на место, - перебиваю, избегая разговора о беременности. – В любом случае, теперь Галина знает, что есть человек, который тебя защитит.

- ... и то, что мы живем вместе она теперь тоже осведомлена, спасибо Свете, - продолжает мысль. - Может быть, это и плюс, мама теперь точно Наташе все донесет.

Осознавая это, мне становится дурно.

Наталья будет в шоке, узнав, что после визита к ней я поехал к любовнице.

Задним умом понимаю, стоило снять гостиницу, так бы я убил сразу двух зайцев – продемонстрировал супруге, что искренне желаю примирения, и не трепал бы нервы с Милой и мамой.

- Её нужно отселить, факт! Сегодня же заберу свою часть сбережений и подумаю, как уладить вопрос.

- Деньги – это хорошо, но как же противно, что придется их тратить на Светку. Почему она нигде не устроится? Неужели ты собираешься ее содержать до конца дней? А пенсия? У старухи разве нет никакого источника дохода? Кутила ведь на какие-то шиши со своей игроманией.

Без понятия про мамин банковский счет, но судя по тому, что она рассказала – там минус и долги, и это совсем не радует.

На работу приезжаем, чуть опоздав, и у своего кабинета замечаю Гордеева.

- Почему опаздываем? Напомни, у нас свободное посещение? А то я, как руководитель, может быть, что-то упустил?

- Извините, пожалуйста, пробки, - чувствую, что Андрей Олегович не в расположении духа.

Черт! Всегда нормально общались, но после происшествия с долбанными туристами, он затаил на меня обиду.

Проклятые клиенты! Если бы не забытая утром папка, и Наташа бы меня не засекла, и проблем сейчас бы не было.

Да-а-а, закрутило тебя Иван с Милой не по-детски. Так можно всего лишиться, и глазом не моргнув.

- Это тебя в пробке так изодрали? Что с лицом? – косо смотрит начальник. – Каких еще сюрпризов ожидать? – продолжает строго. Ничего не отвечаю и молчу. Толкового объяснения внешнему виду не приходит на ум, без понятия, как отчитываться за ссадины на лице и шее. - А вы? – переводит взгляд на Милу. – Новенькая сотрудница, а уже такие вольности. Думаю, что в скором времени нам придется попрощаться.

Мила вспыхивает. В ее понимании, раз на должность ее принял я, то и решать судьбу на рабочем месте мне, но, увы, факт остается фактом, если Гордеев решит с ней расстаться – ничего не смогу поделать. Тем более сейчас, когда и сам на волоске от увольнения.

Мужик он неплохой и можно сказать терпимый, но стоит признать, подвел я Андрея действительно не в лучшее время и не с теми людьми.

- Простите, я… у меня… плохо себя чувствовала, мутило с самого утра, думаю, что…

- Молчи, - шиплю еле слышно, толкая любовницу в бок. Не хватало, чтобы и начальнику начала рассказывать о своих подозрениях в беременности.

- Работайте, - чеканит Андрей Олегович, - а не занимайтесь всякой херотой, - добавляет без цензуры. – Тут у нас не проходной двор и все свои лямурные дела, будьте добры, за стенами офиса устраивайте.

Снова чувствую укол стыда.

Бля! Как же не хочется, чтобы коллеги узнали о моей связи с Милой. Образ успешного семьянина полностью будет разрушен, и это меня удручает.

Меньше надо трахаться на офисном столе! – проносится в голове. В самом деле, о чем я думал? Зайти мог и Гордеев, и клиенты, и кто угодно, в момент, когда я разложил Милу. И, возможно, лучше бы так и случилось, но мне не повезло – явилась жена.

От воспоминания, как Наташа ворвалась в мой кабинет и застукала с любовницей, передергивает. Болван.

Весь день я занимаюсь рабочими вопросами, попутно обдумывая, как заехать домой и взять немного денег из кубышки, чтобы разобраться с матерью. В голове рождается мысль, что можно было бы снять квартиру для себя, раз уж Наташа пока не готова принимать меня обратно, а маму и Милу оставить вместе. Пусть живут и скандалят днями напролет.

Очевидно, что любовница не станет спокойно слушать родительницу, и хотя бы для приличия делать вид, что ее уважает, как поступала Наталья, а это и есть проблема. Светлане Васильевне палец в рот не клади, дай возможность ответить, и она всегда будет срывать свое недовольство на Миле.

К вечеру я принимаю решение еще раз поговорить с женой и попытаться сделать это на спокойной ноте. Страсти несколько поутихли, и, отдубасив меня, она выплеснула обиды. Возможно, теперь будет готова к нормальному взрослому разговору без рукоприкладства.

- Ванюш, - заглядывает в конце рабочего дня в кабинет Мила, - может быть, поужинаем в «Розмари»? Там обновили сезонное меню, а я в таком стрессе, ощущаю необходимость в устрицах или хотя бы нескольких порциях сашими.

- Мила, время романтических посиделок завершилось. Поезжай домой и присмотри за мамой, от нее сейчас что угодно можно ожидать. У меня на вечер свои планы.

- Поедешь за деньгами? – с надеждой задает вопрос.