- Вообще-то я готовила сыну, если желаешь подкрепиться – надевай фартук и вперед к плите, - выдает Светлана Васильевна, окидывая меня токсичным взглядом с наглой улыбкой…

Сомнений по поводу неадекватности Светланы Васильевны больше нет. Не поужинав, ухожу в спальню, принимая твердое решение – либо она остается в нашей квартире, либо я.

Тратить нервы на разборки с женщиной не собираюсь, и поставить на место свою мамочку придется Ване. Если он и дальше готов терпеть ее хамское поведение и выпады, то с меня хватит. Пусть собирает свои манатки и валит на все четыре стороны.

В конце концов, не моя забота, где она будет жить. Нужно было думать головой, перед тем как необдуманно продавала жилье, в надежде, что поставив в неудобное положение меня и супруга, мы сжалимся и купим ей трешку в столице.

Как же! Обязательно.

Приняв душ, я ложусь в постель и жду мужа, в голове море претензий, которые накопились за прошедшее время, и испытываю горячее нетерпение их озвучить. Ощущение, что на моей терпимости муж и его мать просто ездят, окончательно сев на шею и свесив ноги.

Продолжая закипать, я поворачиваюсь на бок, и не замечаю, как меня выключает. Просыпаюсь в восемь, и нахожу на тумбочке записку:

«Милая, ты так сладко спала, не захотел будить. Сегодня вечером я буду полностью твой».

Недовольная тем, что долгожданный разговор не состоялся, я все-таки пытаюсь выдохнуть и мыслить позитивно. Ни к чему с самого утра себя накручивать, состояние взвинченности проблем не решит, а их – полно, начиная от работы, заканчивая Ваней и его неадекватной мамашей.

Выхожу на кухню и наспех делаю для себя завтрак.

На столе обнаруживаю папку мужа, ту самую, которую он заботливо собирал еще с вечера для туристов, вылетающих сегодня в Тунис, и понимаю, что Иван может обзавестись серьезными проблемами, если вовремя не отдаст клиентам необходимые бумаги.

Набираю Ваню и слышу длинные гудки, через десять минут предпринимаю еще одну попытку, но он снова не отвечает.

Черт, муж предупреждал, что утром собрание с Гордеевым, скорее всего оставил телефон в кабинете и не парится.

Принимаю решение поехать в офис и отвезти такие важные документы, все равно по пути, а мое участие спасет супруга от огромного штрафа, в случае невылета туристов по его вине.

Мысленно ругаю Ивана на чем свет стоит, и спешу побыстрее оказаться в его офисе.

- Вижу, ты вчера так и не готовила, - слышу за спиной голос свекрови. - Согласна голодом себя морить, только бы не подходить к плите, - язвительно продолжает.

- Вам какое дело? – грубо отвечаю. – Мне надоел этот менторский тон и указания в собственном доме, может быть, сбавите обороты? – кидаю Светлане.

- А если не сбавлю, то что? – продолжает напирать.

- Останетесь на улице. Не забывайте, что данное жилье принадлежит не только Ивану, но и мне. Долго игнорировала необоснованные выпады в свою сторону, но любому терпению приходит конец. Попрошу вас съехать, так как больше не намерена мириться с подобным отношением, - озвучиваю искреннее желание.

- И куда мне идти? – голос становится чуть тише.

- Это меня не тревожит, от продажи ростовской квартиры наверняка есть вырученные средства, берете и снимаете себе желаемую трешку в центре. Решения я не изменю, - твердо стою на своем.

- Значит, все же выгоняешь, мерзавка, - опять опускается до оскорблений.

- Значит, да, - киваю, подтверждая ее слова.

- Смотри, чтобы не пожалела, и не пришлось самой скитаться, - бросает в удаляющуюся спину.

Ответом я ее не награждаю. Перепалка может длиться часами, а мне нужно успеть к Ивану, и на собственную работу, чтобы не нервировать нового начальника опозданием.

Довольная тем, что наконец-то созрела на отпор свекрови, сажусь в машину и выезжаю к супругу.

На первом этаже бизнес-центра, где трудится муж, покупаю себе и ему кофе, так как знаю, что тот, который имеется у них в компании - совершенно отвратного качества.

Удивляюсь, что на ресепшене отсутствует помощница и прямиком направляюсь к Ивану.

У двери замираю:

- А кто это у нас такая киса? – слышу из кабинета знакомый голос мужа и впадаю в ступор.

- Иван Сергеевич, потише, нас же могут застукать, - раздается кокетливо в ответ.

- Мне все равно, не хочу больше терпеть, - продолжает супруг.

Очуметь, это же надо быть таким идиотом, чтобы средь бела дня куражиться с любовницей на рабочем месте. Муж рехнулся.

Открываю дверь и вижу Ваню без штанов. Зрелище почему-то не вызывает боли, скорее смех. Думаю, это шок, но тем не менее.

- Наташа? – произносят двое синхроном, замечая меня на пороге с двумя стаканчиками кофе навынос.

- Привет, голубки, прохожу и бросаю сумку на диван. – Что, не ожидала? – смотрю в глаза молоденькой девчушки, которую сама посоветовала Ивану на должность. – Идеальная пара, киса и крыса!

- Это не то, что вы подумали! – подрывается Мила и одергивает юбку.

Супруг нервно натягивает брюки и краснеет как рак, никак не комментируя то, что происходит.

- Правда? А как же жених? Свадьба? Не забыла сообщить Ванюше, что у тебя бракосочетание намечено на лето? – смотрю на нее с ехидством.

- О чем вы? – строит из себя дурочку.

- Так и думала, - издаю нервный смешок. – А ты еще та акула, хотя с виду – моль обыкновенная, - продолжаю с улыбкой.

- Наташа, я… ты… Господи, все не так, как кажется. Ты ошибаешься, делая поспешные выводы. Мы просто готовимся к встрече с туристами, я же говорил, сегодня вылетают в Тунис, - несет откровенную чушь.

- Ты не об этой папочке беспокоишься? – показываю документы, которые забыл дома.

- Какое счастье, ты их нашла, - выдыхает с облегчением.

- Я вижу, очень их искал, - достаю договора со страховкой и показательно рву их на глазах Ивана. – Упс! Какая оказия, они испорчены…

- Что ты творишь? Это ведь огромные суммы, - пялится ошарашенно муж.

- Совсем идиот? Я застукала тебя на столе с любовницей, а ты мне рассказываешь о каких-то там туристах? – бросаю в него клочки разорванных документов.

- Дай мне объясниться, - мямлит с расстёгнутой ширинкой, - все не так, как видится на первый взгляд.

- Я тебе устрою, крысеныш, и туристов, и поездки, и отсутствие по вечерам. Вот за что начислялась премия талантливой помощнице, - указываю на место, где резвились. - Теперь понятно. Что же, измена обойдется тебе настолько дорого, что пожалеешь о том дне, когда родился, - швыряю в лицо Ване.

- Да глупости все это, ерунда, ты просто зашла, а мы… я собирался показать Миле, как… - теряется и смотрит на меня, словно ожидая, что подскажу текст оправдательных слов.

- Всегда считала тебя умным мужчиной, что ты несешь? Даже бедняга мозг отказывается генерировать ту чушь, которую пытаешься придумать, – откровенно глумлюсь. – То, что ты рвался показать кисе – не стоит озвучивать, судя по спущенным штанишкам, прекрасно поняла, с соображением и фантазией все отлично. Я думаю, что слишком рано явилась, еще немного и могла бы воочию полюбоваться таким важным инструментом в подготовке туров, - заканчиваю с сарказмом.

- Наташа, послушайте, - подходит ко мне Мила, - я всего лишь зашла в кабинет, чтобы удостовериться…

- Заткнись! – выплескиваю горячий кофе девушке в лицо. – Меня не волнует ложь, которую собралась вешать на уши. Удовлетворяй босса, похоже, на этом все твои умения и заканчиваются.

Когда горячий кофе внезапно оказывается на лице трудяжки Милы, из ее рта вырывается вскрик. Вязкие капли темного напитка медленно стекают по щекам любовницы, попадая на блузку, создавая хаотичный узор на ткани. Мокрые следы на одежде превращают дорогую вещь в обыкновенную тряпку.

- С ума сошла? – забывает о вежливости Мила. – Мое лицо! Могут остаться шрамы. Ненормальная!