Только вот Листьев, очень влиятельный на советском телевидении человек, решил, что он самый достойный, а Жириновскому без разницы, кто именно будет озвучивать заранее согласованные вопросы.

— А вот надо смотреть, уважаемые товарищи телезрители! — призвал Владимир, требовательным взглядом уставившись на работающую камеру. — На заседаниях обсуждаются вопросы, влияющие на жизнь страны — вы сами выбрали депутатов, которые теперь ответственны за это! Надо следить за тем, что они делают, следить за моими действиями и всем остальным, что происходит в стране! Депутаты должны выполнять свои мандаты, а я должен выполнить предвыборные обещания — и я выполняю их! А депутаты? Кто проследит, кроме вас, товарищи?

— Полагаю, у народных депутатов и без того очень нервная работа… — произнёс Листьев.

— Так это же хорошо! — воскликнул Жириновский. — Пусть нервничают — может, будут от этого лучше работать⁈ Депутатский мандат — это не привилегия, а честь, оказанная им советским народом! На них лежит великая ответственность — они обязаны оправдать её! Пусть думают лучше, пусть тщательнее взвешивают свои решения и пребывают в тонусе всё своё рабочее время — это минимум, который советский народ должен ждать от них! И следить, чтобы никто не расслаблялся! Я не расслабляюсь — я в отпуске был уже не помню когда!

— Если не считать ваш визит на Олимп… — не сдержался Листьев.

Владимир уставился на него твёрдым, как сталь, взглядом.

— Прошу прощения, Владимир Вольфович… — сразу же извинился ведущий.

— На первый раз прощаю, — кивнув, ответил Жириновский. — Но если вы отдыхом называете то, что случилось в Барселоне — у вас очень странные представления об отдыхе, Владислав Николаевич. Это был огромный стресс — люди погибли! Олимпийская деревня горела — я был рядом и видел всё своими глазами! Террористы очень дорого заплатят за это…

Ведущий сделал паузу.

— Вы можете поделиться с нами статусом охоты на организаторов теракта? — спросил он, спустя несколько десятков секунд.

— Не могу делиться секретной информацией, — ответил на это Жириновский. — Но могу заверить, что охота идёт полным ходом, и Комитет Государственной Безопасности сидит на хвосте у этой сволочи. Спрашивайте что-то ещё — мне не хочется говорить о мерзавцах и подонках!

— У нас есть информация, что вы посещали премьеру фильма «Удивительный волшебник из страны Оз», — сказал Листьев. — Как вам фильм?

— Замечательный фильм, — похвалил картину Владимир. — Мне понравилось то, как бережно отнеслись создатели к первоисточнику — практически буквальное следование сюжету книги. То, что им удалось реализовать подобное, заслуживает особого уважения. И я выражаю своё особое уважение Георгию Николаевичу Данелии и остальным причастным к картине — это была роскошная работа, заслуживающая высших наград.

— А что вы можете сказать о диссонансе, который картина вызвала в США? — поинтересовался ведущий.

— Вы о том, что коренные жители вышли на митинги с требованием запретить прокат? — уточнил Жириновский.

— Именно об этом, — подтвердил Листьев.

— Я понимаю, что они не очень рады тому, что говорил покойный Лаймен Фрэнк Баум, но какое отношение они имеют к нашей отечественной экранизации? — спросил Жириновский. — Почему они ничего не говорят о том, что книги Баума до сих пор печатаются в США и рекомендованы в качестве школьной литературы? Почему их негодование вызывает только советская экранизация?

— Напоминаю, уважаемые телезрители, что Фрэнк Баум проявил высшую степень шовинизма к коренному индейскому населению Соединённых Штатов, — посмотрев в камеру, сообщил Листьев. — После печально известной Бойни на ручье Вундед-Ни, состоявшейся 29 декабря 1890 года, Фрэнк Баум написал в своей газете «Абердинский субботний пионер», цитирую: «Пионер» уже заявлял, что наша безопасность требует полного уничтожения индейцев. Притесняя их в течение веков, нам следует, чтобы защитить нашу цивилизацию, ещё раз их притеснить и стереть, наконец, этих диких и неприручаемых тварей с лица земли'.

— Всё, что нужно знать о великом наследии США, — с усмешкой прокомментировал Жириновский. — Но решительно непонятно, почему они молчали до сих пор и накинулись только на советскую экранизацию. Не исключаю, что эта экранизация просто стала последней каплей в чаше терпения многострадального индейского народа, но столь ярое возмущение сильно удивляет меня…

Он прекрасно понял, для себя, что это одно из первых проявлений «повесточки» — как только эта новая сила наберёт достаточно влияния, так сразу же начнутся попытки модерации общественного мнения.

КГБ очень много делает для продвижения «повесточки» в США: через благотворительные фонды финансово поддерживает чернокожих активистов, феминисток, гомосексуалистов (1), а также учреждает специализированные фонды по правовой защите всяких прочих меньшинств.

Индейцев Комитет тоже поддерживает деньгами, чтобы они начали пробуждаться и расшатывать нетрадиционные ценности, привезённые на их земли мигрантами с востока.

Не будь эта «повесточка» закономерным процессом, ставшим результатом тяжёлого и травматичного поражения США во Вьетнамской войне, Жириновский бы не одобрил выделение денег на это дело, так как оно бы не имело никакого смысла.

А всё, что будет потом, Владимир связывает именно с поражением США во Вьетнамской войне — 28 января 1973 года, после подписания Парижского мирного соглашения, окончательно умерла Старая Америка, но на её месте ничего не выросло, так как власти продолжили и продолжают держаться за старое.

Более того, при Рейгане произошёл консервативный откат, обостривший и без того острые социальные противоречия.

Единственный выход из этой ситуации — пытаться следовать политике соглашательства и попустительства, чтобы молодёжь отвлекалась на всякое нетрадиционное и экстравагантное, но не задумывалась о том, что происходит в реальности.

И в этом Жириновский увидел отличную возможность вмешательства в жизнь Америки — форсировать процесс, задать ему неконтролируемый масштаб, чтобы события происходили быстрее и аукались сильнее.

Радикализацию молодёжи и активных меньшинств не стоит недооценивать, поэтому Владимир оценивает её очень высоко и готов ей всецело содействовать.

— И всё же, не сочтите это за рекламу, но я советую сходить на этот фильм в кино — это выдающееся произведение, которое в будущем имеет все шансы стать классикой, — произнёс он.

В Европе у киноленты успех, несмотря на то, что её выпустили в начале года — возможно, это и стало причиной успеха, так как всем заведомо известно, что зима нового года является мёртвым сезоном и никто не делает в это время никаких значимых премьер.

Но власти Великобритании запретили прокат советской ленты, поэтому права на неё не купил ни один британский прокатчик — сходство Злой Ведьмы Запада с Маргарет Тэтчер усмотрено слишком явным…

— А вы можете рассказать нам, как обстоят дела с нашим миротворческим контингентом? — спросил Листьев. — Всё-таки, многие наши граждане волнуются о его судьбе и полемизируют о том, нужно ли было вообще отправлять в Югославию и ЮАР наши войска…

— Совет безопасности ООН счёл, что это необходимо, — разведя руками, ответил Жириновский. — После этого я проконсультировался с Президиумом Верховного Совета СССР, а также побеседовал с членами Совета обороны СССР — после этих консультаций и было принято решение об отправке миротворческого контингента.

— А как же слухи о том, что наши миротворцы активно участвуют в боевых действиях? — нахмурившись, задал Листьев не согласованный вопрос.

Жириновский вновь уставился на него холодным взглядом.

— Это лживые слухи, — сказал он. — Наш миротворческий контингент занимается обороной собственной зоны контроля — это нельзя назвать, в полном смысле, боевыми действиями. Он обороняется от боевиков и наёмников, пытающихся пересечь зону контроля, чтобы атаковать мирные поселения. Или вы предлагаете нашим воинам-интернационалистам пропускать этих подонков, чтобы они вырезали женщин, детей и стариков⁈