Полухин выписал мне пропуск и попрощался с вежливой улыбкой, и я потопал по коридору на выход, лихорадочно соображая, как мне поступить. Не хочу допускать до своей тайны Брюса с его любопытными до всего коллегами. Иначе житья не будет от операторов. Обставят всю усадьбу аппаратурой, мешать станут своим присутствием, раздражать не только меня, но и Петровича, не говоря об остальных.

Сдав на КПП пропуск, я вышел на улицу, где меня встретили встревоженные бойцы. Рахимбек горел нешуточным желанием проникнуть на территорию Коллегии и устроить там диверсию. Не сомневаюсь, что ему удалось бы провернуть подобное.

— Всё нормально, едем домой, — успокоил я парней. — Немного поругали за эксперименты с Источником, на этом и закончили. Но если нас ещё раз остановят, хоть разомнёмся. Зря, что ли, гранатомёты брали?

Бойцы весело заржали и разбежались по машинам.

Уже в «Фаэтоне» пришла мысль позвонить одному человеку, чей приказ способен остановить излишнее любопытство чародеев. Каюсь, нехорошо использовать крупный калибр против Брюса, но ещё больше я не хотел, чтобы кто-то совал любопытный нос в мой Источник.

Приехав домой, я сразу же уединился в кабинете и позвонил цесаревичу. Повезло, что он откликнулся сразу.

— Говори, только по существу, — кажется, Юрий Иванович был не в духе. Да плевать.

— Появилась проблема, которая может привести к огласке моей тайны, — негромко произнёс я. — Как бы её решить до конца дня?

Примечание:

[1] Маргиналии — В книговедении маргиналиями называют заметки, пометки и рисунки на полях книг, рукописей, писем. Они содержат комментарии, толкования, мнения относительно фрагментов текста или мысли, вызванные ими.

1

Сегодняшний визит главного чародея Империи в Зарядье совпал с той же проблемой, что появилась у нахального мальчишки. Цесаревич Юрий Иванович с трудом сдержался, чтобы не отчитать его прямо по телефону и напомнить о субординации. Ведь каков паршивец, не стал просить помощи, а всего лишь одним вопросом показал, насколько важным лицом он считает себя в сложившемся альянсе! «Как бы нам решить проблему?» Подумать только!

Юрий Иванович разговаривал с Андреем, выйдя из кабинета отца, и когда вернулся, тот продолжал обсуждать насущные вопросы с Александром Яковлевичем. Опираясь на изящную трость, в которой не было нужды (скорее, для Брюса она являлась модным аксессуаром), чародей с проницательностью во взгляде поглядел на вернувшегося цесаревича. Какое-то мгновение наследник колебался, стоит ли говорить о звонке при Брюсе, но потом решительно произнёс:

— Звонил княжич Мамонов.

Император удивлённо приподнял брови, но тут же вернулся к своему обычному состоянию. Обманчивая расслабленность не могла ввести в заблуждение подчинённых. Государь умел вести разговор сразу по нескольким темам, цепко держа в голове ниточки каждой из них.

А Брюс не стал скрывать своей заинтересованности. Накрыв ладонями набалдашник трости, он едва заметно подался вперёд.

— Александр Яковлевич, вы давали заместителю приказ доставить Андрея в Магическую Коллегию? — однако сначала цесаревич задал вопрос, присаживаясь по левую сторону от императора.

— Такого не было, — покачал головой Брюс. — Было моё распоряжение послать в Сокольники выездную бригаду операторов и найти точку флуктуаций. В дополнение… вежливо поспрашивать хозяина усадьбы, в которой обнаружены искажения пространства, чем именно он занимался ночью.

— Ваши ретивые служащие сегодня перехватили по дороге княжича Мамонова и принудили его ехать в МК, причём не представившись, — поморщился цесаревич. — Полухин от вашего имени, Александр Яковлевич, провёл беседу с парнем, и хорошо, что не законопатил в подвал для разбирательства…

— Что происходит, Александр Яковлевич? — перебил сына император, почувствовав зарождающийся конфликт.

— У Аскольда периодически проявляется неумеренная служебная прыть, — вздохнул Брюс. — Сожалею об инциденте, пусть даже заместитель действовал в рамках установленных норм. А я ещё раз хочу напомнить, Ваше Величество, что княжича Мамонова нужно как-то контролировать. Невероятно талантливый юноша, не имея догляда, может натворить дел. Видите, уже пытается с помощью Источника создать устойчивый портал перемещения.

— Да с чего вы взяли, Александр Яковлевич, что это именно Мамонов экспериментировал с телепортацией? — хмыкнул цесаревич.

— Чувствительную аппаратуру не обманешь, государь, — склонил голову Брюс и тут же её вскинул, вперив взгляд в старшего Мстиславского — изучающий и непреклонный. — Она зафиксировала именно те искажения, которые присущи при создании телепорта. Частички иномирья проникли сюда, создав напряжение в силовом поле нашей Яви.

— Это могло быть действием родового мага Мамоновых, — не удержался цесаревич. — Как его…

— Ломакин Евгений Сидорович, — кивнул Брюс. — Да, он имеет специализацию телепортатора. Его уже опросили. Увы, Ломакин в эту ночь находился в своём доме. Княжич на свой страх и риск экспериментировал в той области, которая ему неподвластна.

— Не доказано, что это именно Андрей баловался, — не сдавался цесаревич. Слишком странной показалась ему ситуация. Антимаг априори не может оперировать телепортацией. Создание Врат — это чистейшая магия. Мальчишка не дружит с ней. Вопросов не должно быть. — Например, кто-то мог под боком Мамонова пробить пространственный канал. Соседи…

— Соседи — дворяне среднего пошиба, — фыркнул Брюс. — У них даже Источника ни у кого нет. Да и проверили их магическую наполненность. С уверенностью говорю: соседи Андрея не причастны к ночному инциденту. Единственное предположение, снимающее подозрение с княжича, таково: неизвестный на примыкающем к усадьбе Мамонова пустыре пытался создать устойчивый канал перехода.

— Вот видите! — обрадовался цесаревич, страстно не желавший разбираться в этом деле. Ведь отец обязательно навесит на него рутину дознания. — Пришлите операторов, пусть замерят параметры силовых полей!

— Невозможно! — покачал головой чародей. — Нужно разрешение княжича Андрея. Он с недавних пор является хозяином пустыря. Приобрёл его у семейства Стрешневых.

— Серьёзно? — Юрий Иванович переглянулся с отцом. — Наш пострел везде поспел! Почему мы о сделке не знаем?

— Вероятно, она проходила в строжайшей тайне, — улыбнулся Брюс, мысленно аплодируя юноше. — Андрей на свадьбе Куракиных подходил ко мне с просьбой оборудовать тренировочный полигон на том самом пустыре. Только я на тот момент считал, что ещё ничего не решено. Но потом княжич прислал на мою почту копии документов о сделке. Так что собственником является Мамонов.

— Несомненно, за парнем нужен глаз да глаз, — пробормотал цесаревич и сразу оживился: — Ах, да, Александр Яковлевич, а вы ещё не знаете, какой фокус выкинул княжич, когда его доставили в Коллегию?

— Нет, — насторожился Брюс, почувствовав в голосе наследника нотки торжества. — Надеюсь, не осерчал и не развалил государственное учреждение?

— Представляешь, пока он ехал в ваше учреждение, успел позвонить своей боевой группе, и та быстренько примчалась выручать молодого хозяина, да ещё вооружённая до зубов, — оглядывая собеседников, усмехнулся Юрий Иванович. — Чуть ли не целая армия подкатила к воротам. К чести княжича, он мне сам признался в излишней демонстрации своего нахальства.

— Произошедшее ещё раз доказывает мою правоту, — Брюс сжал набалдашник так, что костяшки пальцев побелели. — К Мамонову нужно приставить человека, который мог бы в нужный момент придержать ретивого юношу за руку, настоятельно убедить его не совершать необдуманные поступки и неподготовленные эксперименты.

— Вздор! — фыркнул цесаревич, почему-то защищающий сегодня Андрея с такой горячностью, что заслужил удивлённый взгляд государя. Впрочем, тут же исчезнувший. — Как вы себе это представляете, Александр Яковлевич? Мамонов даже прислугу набирает после тщательнейшей проверки по нескольким каналам. Боится, что мы проведём инфильтрацию своего агента в его дом.