Это он про княжну Голицыну намекнул.

— Никто не принижает. Но Арина ещё не невеста мне.

— А чего ждёшь? Наверное, и предложение ещё не делал? Смотри, уведут.

— Не уведут, — уверенно ответил я.

— На свадьбу не забудь пригласить, — снова прокряхтел дед. — Или обида в глубине души ещё царапает?

— Да благодаря твоей вредности я получил гораздо больше, чем мог бы хотеть даже в мечтах, — напрямую врезал я, и к своему удивлению, заметил довольную улыбку Якова Сидоровича. — Но это не значит, что я забыл, как ты хотел меня утопить в реке.

Думаете, старик хоть на мгновение смутился? Морщинистое лицо на мгновение окаменело, а потом расслабилось.

— Молодец, таким и будь дальше, — неожиданно похвалил он меня. — Можно простить врага, потому что он действовал искренне и честно по отношению к тебе. А вот те, кто тебе близок, предав однажды, снова могут совершить подобное.

Да уж, старый хрыч не был бы суровым Главой, если бы не подложил шпильку родному сыну — моему отцу. Мне почему-то пришла в голову мысль, что Яков Сидорович намеренно отдал старшему сыну Георгию власть, чтобы уползти в тёмный угол и медленно плести паутину мести. Притворяется немощным, а сам бодро расхаживает по своей комнате, когда никто не видит. Частенько стал приходить к гостевому дому, где находится родовой Алтарь, но внутрь не заходит. Что это значит? Не хочу гадать, но предположение одно: старик не собирается помирать. Сил у него ещё на два десятка лет хватит, если не больше. Да и голова соображает. Как бы не натворил дел.

Мама правильно сделала, что не вернулась сюда. Пусть живёт в Ленске, так мне и отцу спокойнее будет. Дед, скорее всего, не станет открыто дискредитировать отца, а вот поддержать дядьку Алексея вполне может. Ох, я уже расклады делаю, как матёрый политик! Как говорится, с кем поведёшься…

— На какую Стихию будешь настраивать второй Источник? — прервал молчание старейшина.

— Я думаю, Водная Стихия Мамоновым не помешает, — подумав, ответил я. — Не обязательно всем её осваивать, но вот молодые могут попробовать. Организм более пластичен и податлив. Тем более, аляскинский Источник «водный».

— Пойду с тобой, — дед решительно прихлопнул ладонями по подлокотникам кресла. — Завтра ночью и заглянем в гости к новичку. Хочу посмотреть на твои фокусы.

Я не стал возражать. Если отец с цесаревичем не улетит в Охотск, то обязательно захочет присоединиться к нам. Заодно и посмотрю, как будут реагировать «водные» элементали на носителей Дара Огня. Но меня устраивал и вариант, в котором Мстиславский окажется подальше от поместья.

— Ладно, дед, пошёл я спать, — узнав для себя кое-что нужное, прощупав настроение старейшины, я поднялся на ноги и демонстративно зевнул. — Не буду тебе мешать.

— Ступай, отдыхай, — махнул рукой Яков Сидорович. — До рассвета ещё спать и спать. А я тут, в кресле, прикорну. Всё равно рано встаю.

2

Я открыл глаза от яркого солнца, бьющего в окна и рассыпающегося жизнерадостными лучиками по полу и стенам. Потянулся, не вылезая из-под одеяла, и только потом дошло, что на улице тишина и спокойствие. Дед оказался прав! Я бросился к окну. Непогода, наконец, угомонилась, оставив после себя засыпанные снегом крыши хозяйственных построек, гаража, гостевого дома, к которому сейчас пробивались работники с лопатами. А где, интересно, бульдозер?

Отошёл от окна, провёл разминку, но в медитацию погружаться не стал. Опасался, что между двумя Источниками у меня может возникнуть дисбаланс энергетических потоков. Не буду рисковать, лучше дождусь возвращения домой. Возле личного Алтаря куда спокойнее.

Сходил в туалет, привёл себя в порядок, и только потом оделся. Посмотрел на часы и удивился. Время-то уже десять, а никто завтракать не звал! Непорядок! Вышел в коридор, прислушался к доносящимся из гостиной голосам и смеху. Неторопливо спустился по лестнице, поприветствовал «маму» Ирину, развлекавшую моих подруг и сестёр какой-то весёлой историей, не забыв и девушек. Мне ответили хором «с добрым утром». Братьев не было. Дрыхнут, что ли?

— А я не проспал завтрак? — с опаской спросил я.

— Сегодня решили попозже накрыть на стол, — пояснила Ирина Сергеевна. — Многие плохо спали в такую непогоду, теперь не добудишься. Через полчаса будет завтрак, не переживай. Кто не встанет к тому времени — сам виноват.

— Справедливо, — кивнул я. — А где Его Высочество? Отец?

— Они ушли на вертолётную площадку, — доложила Дайаана, которая сидела чуть в сторонке от стайки девушек и перебирала чётки. — Сегодня полетят в Охотск.

— Так ты можешь домой заглянуть. Лети с ними.

— Нет смысла. Надо возвращаться в Якутск, скоро занятия в гимназии начнутся, — шаманка покачала головой. — А я и так с трудом отпросилась на неделю раньше зимних вакаций. Провожу вас в Ленск, а сама — на учёбу. Георгий Яковлевич выделит вертолёт, он уже обещал.

Я хотел напомнить ей о нашем разговоре, чтобы она подумала о переезде в Москву, но при Ирине Сергеевне не стал. Эта женщина, которую я должен называть Матушкой, дискредитировала себя, и давать ей в руки инструмент шантажа или давления не стоило.

Прислуга, наконец, позвала нас в столовую; к тому времени вернулись отец и цесаревич Владислав. Они оживлённо обсуждали предстоящую поездку, как будто за эти дни не наговорились.

— Ну а вы, молодые люди, чем займётесь? — поинтересовался Владислав Иванович, по-простецки уплетая рассыпчатую рисовую кашу. — Нас не будет три дня. Не помрёте со скуки?

— Предлагаю сегодня на снегоходах покататься, — предложил Антон, который оставался в поместье за главного, так как дядька Алексей до сих пор не вернулся. — А завтра можем поехать в Казачье. Там будут соревнования по боям на шестах, гонки на оленях, ярмарка.

— Поедем! — девушки сразу оживились.

— Андрей, ты же обучен бою на шестах? — хитро прищурился папаша. — Почему бы тебе не показать мастерство?

— Да и без меня здесь умельцев хватает, — я сделал попытку увильнуть, уже понимая по загоревшимся глазам подруг, что всё это бесполезно. Девушки заставят меня поехать с ними, а там я и сам не удержусь, захочу проверить свои возможности. Шест, кстати, я захватил с собой. Только разрешат ли им пользоваться? Он же из металла сделан.

— Не прибедняйся, — Дайаана шутливо погрозила пальцем. — Я видела, как ты умеешь им пользоваться. Дядя Куан плохому не научит.

Все рассмеялись.

— А девушкам можно участвовать? — вдруг спросила Нина и жалобно посмотрела на меня, как будто ожидала поддержки.

— Честно говоря, не знаю, — пожала плечами шаманка. — В Якутской гимназии есть секция по занятию с шестами, там и мальчики, и девочки занимаются. Всё зависит от организаторов.

— Попробуем уговорить, — успокоил я Нину. Кстати, почему бы и не дать Захарьиной возможность оценить свой уровень? Вряд ли она пройдёт дальше первого боя, но это тоже опыт.

— Спасибо! — расцвела Нина. — Вот увидите, как Андрей меня научил всяким хитрым приёмам!

Мои братья, тихо офигевая, смотрели на эту сцену, не веря в то, что столичная барышня умеет работать с шестом и сама рвётся в бой.

— Я такое представление не пропущу! — заявил Антон. — Все поедем!

Молодёжь горячо поддержала эту идею.

— Дима, сразу после завтрака возьми внедорожник и прокатись до Казачьего, — продолжил наследник Рода. — Посмотришь, в каком состоянии дорога. Найди старосту и выясни, принимают ли заявки на участие в боях. Запишешь Андрея. И насчёт Нины спроси. Вдруг у девушек отдельный турнир будет.

— Сделаю, — кивнул Дима и начал споро расправляться с сырником.

После завтрака мы всей гурьбой пошли провожать цесаревича и князя Мамонова. По расчищенной дорожке дошли до вертолётной площадки, тоже уже свободной от снега. Коптер, стоявший в центре жёлтого круга, размеренно молотил воздух лопастями, словно разминался перед полётом. Насколько мне было известно, второй вертолёт находился в ангаре и предназначался для экстренных вылетов на какое-нибудь стойбище или в посёлок, больного забрать или отвезти к нему доктора-целителя, в зависимости от ситуации.