В этот момент в наушнике Анны раздался спокойный, но настораживающий голос Алисы: «Анна, внимание. Уходи. Немедленно. С восточного входа, со стороны фуд-корта, к тебе направляются двое. Мужчины, спортивного телосложения, в темных куртках. Движение целенаправленное. Похожи на наших "друзей". Дистанция — тридцать метров».

Сердце Анны провалилось куда-то в пятки, замерло, а потом заколотилось с бешеной скоростью. Их вычислили. Сработала ловушка.

—Меня вычисляют, — быстро, сквозь зубы, сказала она Артему. — Уходи. Ты меня не знаешь. Мы не виделись. Запомни.

Он кивнул, его лицо исказилось паническим страхом, тем самым, что она видела в своей прихожей. Он встал, опрокинув стул, и, не оглядываясь, бросился вглубь торгового центра, растворившись в толпе, как капля в море.

Анна сунула ключ в самый глубокий карман джинсов и пошла в противоположную сторону, к западному выходу, как и договаривались на случай экстренной ситуации.

—Иду к точке Б, — сообщила она, стараясь, чтобы голос не дрожал.

— Подтверждаю, вижу тебя, — почти сразу ответил Максим. Его голос был ровным, но она чувствовала, как по нему пробежала стальная струна напряжения. — Я следую за тобой на расстоянии десяти метров. Не оборачивайся. Не ускоряйся. Веди себя естественно.

Она шла быстро, но не бежала, стараясь не привлекать к себе внимания, не встречаться ни с чьим взглядом. Толпа у выхода внезапно сгустилась до состояния давки — кто-то из администрации устроил шоу с Дедом Морозом и Снегурочкой, и родители с детьми столпились, перекрыв проход. Анна попыталась протиснуться сбоку, но была зажата между огромным мужчиной с ребенком на плечах и группой подростков.

И тут она увидела их воочию. Двух мужчин в обычной гражданской одежде, но с одинаково каменными, невозмутимыми лицами и спортивной, подтянутой выправкой, выдававшей военную или полицейскую выучку. Они шли прямо на нее, рассекая толпу, как таран, их взгляды были прикованы к ней.

— Анна, они в двадцати метрах от тебя, — послышался в наушнике голос Светланы, звучавший странно, будто издалека. — Их нити... они черные, колючие, как проволока. От них исходит холод. Осторожно. Они не остановятся.

Паника, холодная и липкая, поднялась по позвоночнику и сжала горло. Она была в ловушке. Сзади — стена из людей, спереди — агенты.

—Максим, я не могу пройти! Я заблокирована!

— Я рядом, — его голос прозвучал прямо у нее за спиной, и это было самым ободряющим, что она слышала в жизни.

Она обернулась и увидела его. Он шел за ней по пятам, его лицо было маской холодной ярости и решимости. Он смотрел не на нее, а поверх голов толпы на двух приближающихся агентов. Когда те оказались в нескольких шагах, Максим резко ускорился и встал между ними и Анной, широко расставив ноги, как живой щит.

— Орлов вас прислал? — тихо, но очень четко спросил он, и в его голосе прозвучала та самая командирская власть, что не допускала возражений.

Агенты остановились. Один из них, широкоплечий, с лицом боксера, кивнул, его рука незаметно для посторонних легла на рукоять пистолета под курткой.

—Капитан Волков. Сдавайтесь. Не усугубляйте свое положение. С вами будет проще.

— Проходи, — бросил Максим Анне через плечо, не отводя взгляда от противников.

Она не заставила себя ждать. Рванувшись вперед, она стала отчаянно расталкивать людей, пробиваясь к выходу. Сзади послышались короткие, сдавленные звуки борьбы — хруст, глухой удар, чей-то сдавленный крик. Она не оглядывалась. Она не смела. Она бежала, подгоняемая адреналином и страхом.

— Основной выход заблокирован их людьми, — донесся голос Алисы. — Спускайся на второй этаж, к детской площадке. Там должен быть аварийный выход через служебные помещения. Ищи дверь с зеленой табличкой.

Анна свернула к эскалатору, почти сбежала вниз, спотыкаясь на ступеньках. Детская площадка, яркая и шумная, была чуть менее заполнена людьми. Она метнулась взглядом по периметру и увидела заветную дверь с табличкой «Выход. Запрещено». Рывок — и она оказалась на бетонной, холодной лестничной клетке. Гулкое эхо ее шагов, запах пыли и одиночества.

— Я на лестнице.

—Спускайся до самого низа, на парковку, уровень B2, — скомандовала Алиса. — Я буду ждать у съезда на улицу. Беги!

Анна бежала вниз, перепрыгивая через ступеньки, ее сердце колотилось, готовое вырваться из груди. Она выскочила на подземную парковку. Полумрак, ряды машин, запах бензина и выхлопных газов. И тут из-за угла, из-за бетонной колонны, вышли еще двое. Но не такие, как предыдущие. Эти были в синей униформе службы безопасности торгового центра.

— Гражданка, остановитесь! — крикнул один из них, поднимая руку. — С вами хочет поговорить наша служба безопасности!

Это была ловушка внутри ловушки. Орлов был хитер. Он перекрыл не только официальные выходы, но и служебные, поставив там своих людей под видом охраны.

Анна замерла, отступая к холодной, бетонной стене. У нее не было ни малейшего шанса против двух подготовленных мужчин. Отчаяние начало подниматься, черное и густое.

И вдруг со стороны, от главного въезда, послышался оглушительный визг шин. Белый, потрепанный фургон Алисы на огромной скорости влетел на парковку, проскочил между рядами машин и резко, с визгом тормозов, развернулся, встав боком прямо между ней и охранниками. Боковая дверь со скрежетом отъехала.

— Заскакивай! Быстро! — крикнула Алиса, не отрывая рук от руля.

Анна бросилась к фургону и впрыгнула внутрь, ударившись о металлический пол. Дверь захлопнулась, и фургон с ревом рванул с места, оставив охранников в облаке выхлопного дыма и под звуки сработавшей сигнализации.

Анна лежала на холодном полу, тяжело, прерывисто дыша, вся дрожа от перенапряжения и страха. Она слышала крики, сирены, но фургон уже мчался по подземному лабиринту, лихо сворачивая на съезд и вырываясь на заснеженную улицу.

— Максим... — прошептала она, поднимаясь на колени и держась за поручень.

—Он свяжется, — коротко бросила Алиса, ее глаза в зеркале заднего вида были сужены от концентрации. — Он профессионал. Он знает, что делать. Выберется.

Они сменили три машины по заранее подготовленной схеме, прежде чем длинной, запутанной дорогой вернуться в «Гнездо». Анна вся еще дрожала, ее пальцы судорожно сжимали ключ от камеры хранения, впившийся в ладонь. Они были так близки к цели. Один шаг.

В «Гнезде» их ждала бледная, встревоженная Светлана. Елена стояла у большого окна, куря свою вечную самокрутку, ее поза была напряженной.

—Максим? — первым делом, срываясь, выдохнула Анна, входя в дом.

— На связи пятнадцать минут назад, — сказала Елена, не оборачиваясь. — Оторвался. Через час, максимум полтора, будет здесь. У него своя тропа.

Волна облегчения, такая мощная, что подкосила ноги, захлестнула Анну. Она прислонилась к косяку двери и разжала пальцы, показывая ключ.

—Мы... мы получили это.

Алиса взяла ключ, повертела его в руках.

—Завтра с первыми поездами я отправлюсь на вокзал. Сейчас слишком жарко. Они будут прочесывать все вокзалы, но утром, в общей суете, будет проще.

Вечером, когда Егорка был уже уложен спать, а Алиса и Светлана вполголоса обсуждали план завтрашнего «визита» на Казанский вокзал, Анна, сидя у печи, услышала на крыльце сдержанные шаги. Она выбежала в прихожую. Дверь открылась, и в проеме, засыпанный снегом, стоял Максим. Его лицо было разбитым — под глазом красовался свежий, багровый синяк, верхняя губа распухла и была разбита, но он улыбался своей редкой, немного кривой улыбкой.

— Жив, здоров, в строю, — отрапортовал он.

Она не сдержалась. Не думая о прошлом, о обидах, о стене между ними, она бросилась к нему и обняла, вжавшись лицом в его холодную, пропахшую морозом и дымом куртку. Он замер на мгновение, ошеломленный, а потом его руки крепко, почти болезненно сомкнулись на ее спине, прижимая к себе.

—Ты цела. Это главное. Все остальное — ерунда.

— А тебя? Они тебя ранили? — она отстранилась, касаясь пальцами его разбитой губы.