После обеда я почувствовал, как меня начинает напрягать атмосфера на заводе. Вроде всё как обычно. Никто при упоминании Светы не добавил фамилию Соколов. Санька эту тему почти не муссирует. Однако начало появляться ощущение, что я сижу на пороховой бочке.

К тому же понимаю, что банально перерос завод. Надо отсюда уходить, для начала хотя бы в колхоз. Там простор, свежий воздух, и возможность начать более плотно работать по клиентам Матрёны. Потом можно подумать о переезде в Зажолино на постоянную основу. Надо только узнать, как обстоят дела с жильём.

Непонятно одно. Почему на «Металлисте» не собирают новую партию механизаторов? Страда в разгаре. А Жуков говорил, что подал заявку и указал в ней меня с Санькой.

Выйдя после работы, я обнаружил невдалеке от проходной, знакомый красный «жигулёнок». Рядом стояли Волкова и тётя Валя. Народ рассматривал фифу с тачкой, но спокойно проходил мимо.

Уборщица выглядела озадаченной. Та лишь кивком ответила на моё приветствие, одарила задумчивым взглядом и пошла в сторону завода. Если судить по её спутанным мыслям, то она снова начинает меня подозревать.

Это уже серьёзно. Если Курцева пойдёт в милицию, то сразу начнётся переполох. Может, сразу на допрос меня не потащат, но пойдут уже другие слухи. А оно мне надо? Придётся ускоряться.

— Здравствуй, Алексей, — поприветствовала Анастасия вполне нормально, но появившееся напряжение я всё равно заметил.

Поздоровавшись в ответ, я, повинуясь жесту москвички, полез на переднее сидение. Завтра ведь достанут с вопросами, кто это начал забирать меня с работы. Дождался, когда Волкова сядет за руль, и указал на идущую к проходной тётю Валю.

— Как она восприняла наш договор?

— Непросто, — призналась журналистка. — Вчера вечером прибежала в гостиницу, с сообщением о пропаже Егоровой и новыми обвинениями в твой адрес. Пришлось с ней обстоятельно поговорить. Она знает, что можно совершить ошибку из-за слишком пристрастных работников прокуратуры. Только это заставляет её придержать информацию о своих подозрениях.

— Нехорошо это всё. Боюсь, что она проколется первому сотруднику милиции, пришедшему опрашивать коллег Светы.

— Алексей, нам придётся ей довериться.

— Ладно. Принесла, что обещала? — перевожу разговор на более важную тему.

— Да, вот заколка, — открыв бардачок, журналистка указала на бумажный конверт. — Одно условие, утром надо вернуть.

— Нам и одного часа хватит, — отмахиваюсь в ответ.

— Возьми посмотри, — предложила Анастасия, но я отрицательно замотал головой.

Эксперименты показали, что вещь разыскиваемого работает только один раз. Так что второго шанса попросту не будет.

— Нельзя раньше времени, к тому же надо настроиться.

— И как это будет? — поинтересовалась акула пера.

— Сейчас мы заскочим в книжный магазин. Я обещал человеку купить книгу. Потом часик посидим в летнем кафе «Лакомка», — Волкова с недоумением посмотрела на меня, пришлось объяснять. — Всё нормально. Подождём, когда уменьшится количество людей на улице. Так работать легче. Заодно выпьем кофе с чем-нибудь сладким для улучшения работы мозга. После этого поедем на место обнаружения улики.

— Хорошо, так и сделаем, — согласилась журналистка.

И всё-таки мне удалось её заинтриговать. Похоже, она не особо верит в мои способности, но не хочет упускать шанс прикоснуться к чему-то необычному.

Минут через десять «копейка» остановилась рядом с огромным книжным магазином. Он занимал весь первый этаж здания. Для нашего небольшого городка — это просто огромная торговая площадь.

В девяностые книжный какое-то время существовал, но потом очередной вороватый мэр его технично прикрыл. Слуга народа продал помещение за три копейки своему товарищу по бизнесу. Там быстро сделали ремонт, закрыли окна баннерами, поставили игровые автоматы и начали выкачивать деньги из неискушённой местной публики. Хотя по закону в магазине ещё пять лет должны были продаваться книги.

Точно так же мэр поступил с двумя городскими музеями и несколькими бюджетными конторами. Кроме этого, он хотел продать кинотеатр «Родина». Но сидящие в горсовете депутаты потребовали долю, и Родину продать не дали.

Я был тогда подростком, но знал всё, как и другие жители города. Думаю, областные власти тоже были в курсе, но сделать ничего не могли. Или не захотели.

Зайдя в магазин вместе с журналисткой, я осмотрел знакомый интерьер. Книжек на полках хватало. Однако пройдясь по просторному павильону, выяснилось, что ассортимент весьма скудный. Хотелось купить несколько книг, но их нет.

Зато имелась куча партийной и политической литературы. Чаще всего с добротными обложками. Малоизвестные современные писатели. Много поэзии. Книги про ВОВ и гражданскую. Сборники писателей разных стран, по большей части социалистических.

Фантастики и детективов имелось мизерное количество, но кое-что попадалось на глаза. Правда, сразу видно — быстро разбирают. А в конце зала располагались отделы с детской литературой, филателией и канцелярской продукцией.

Однако многого здесь нет. Отсутствуют даже собрания сочинений отечественных и зарубежных классиков. Много отдельных произведений, чаще в мягких обложках, но всё вразнобой. Приключенческая литература отсутствует напрочь. Ситуация удивительная и заставляющая подумать о моём просчёте.

Подойдя к двум распаковывающим свёртки продавщицам, я кашлянул, привлекая к себе внимание.

— Девушки-красавицы, извините. А книгу Дюма «Три мушкетёра», где можно посмотреть?

Услышав вопрос, одна из них хохотнула, а вторая заулыбалась. Причём, судя по прочитанным мыслям, они подумали, что это шутка.

— «Три мушкетёра», на полке вместе с Швейком, братьями Стругацкими, Агатой Кристи, Жюль Верном и Конан Дойлем. Может вам ещё показать, где «Мастер и Маргарита» стоит?

Уловив долю сарказма в словах девушки, я немного напрягся, но тут же понял, что она не со зла.

— Молодой человек, я могу записать вас на получение «Трёх мушкетёров», — сказала вторая продавщица. — Но для этого вам надо сдать двадцать килограмм макулатуры и принести нам талончик. Только предупреждаю, сейчас из Дюма ничего нет. Был «Граф Монте-Кристо», но его и по талончикам давно разобрали.

Судя по мыслям, девушка не врала. В магазине действительно нет произведений Дюма.

Не понимаю, что происходит. Ведь в девяностые этого добра хватало. Книги продавали везде: на вокзалах, барахолках и в киосках. А на книжных полках у людей было всё, что сейчас в дефиците. По крайней мере, в тех домах, где мне удалось побывать. Получалось, граждане расхватывали книги как горячие пирожки, а государство снова не успевает удовлетворить спрос. Странная политика. Глупая. Не хватает бумаги? Так может начать печатать больше тех книг, которые востребованы у населения?

— Алексей, а зачем тебе «Три мушкетёра»? — спросила журналистка.

— Обещал привести одной прикованной к постели девочке, — честно ответил я.

— Ну, если так, то могу помочь. Знаю, куда надо заехать.

Выйдя из книжного, мы сели в «Жигули». Минут через десять «копейка» подъехала к гостинице. Оставив меня в машине, Анастасия сходила в гостиницу и вынесла толстую книгу в твёрдом переплёте. Издание оказалось отличное. На последней странице я увидел штамп личной библиотеки, вот только фамилию прочитать не смог. А жаль, скорее всего, она бы меня удивила.

Я поблагодарил Волкову, а потом мы зашли в ресторан пить кофе и перекусить, чтобы выждать хотя бы до семи. К этому времени автомобилисты уже поставят машины в гаражи, и интересующее нас место должно опустеть.

Ближе к семи меня начал накрывать мандраж. Я не собирался раскрывать все карты Анастасии. Скорее хотел провернуть небольшую, но достоверную аферу. Однако есть ощущение, что эксперимент с заколкой сработает и сделает нас на шаг ближе к пропавшим девушкам.

Для того чтобы отвлечься, я постучал по книге, лежавшей на барной стойке.

— Забавно получилось. Оказывается, нужная книга у тебя с собой.