Обернувшись и поняв, что братья таурены не отстают от меня не на шаг, резко сворачиваю в очередной проулок. Но уже через несколько метров понимаю, что облажался и сам себя загнал в тупик.

Врезавшись в каменную стену на полном ходу, на автоматизме извлекаю меч из ножен, принимаю боевую позу, взглядом устанавливаю мобильную точку возрождения в другом конце проулка. Прямо за спинами набычившихся и медленно надвигающихся на меня тауренов.

— Ну все, ушастый, хана тебе. — похрустывая кулаками, оскалился Боба. — Сейчас убивать тебя будем.

— Добегался, выпердыш эльфячий? — рявкнул набычившийся Биба, доставая из инвентаря громадную, двухметровую дубину.

— Парни, может договоримся? — вжимаясь в кирпичную кладку стены, без особой надежды предложил я. — Вы ведь травоядные. Так к чему тогда такая кровожадность?

— А? Ты на че ща намекаешь? — синхронно удивились братья.

— На то, что ты говядина безмозглая! — внезапно раздалось за их спинами, смутно знакомым голосом.

— Че мля? — обернулся на голос Биба, а Боба продолжал прожигать меня бешеным взглядом.

Мне тоже стало до одури интересно, так как в итоге мне не удалось вспомнить, где я слышал этот самый голос ранее. Но заглянув за спину Бибы и увидев его владельца, сразу же выдохнул с облегчением. Мегрел…

— Ты че такое базаришь, недопёздыш? Бессмертный что ли? — выпалил таурен, начиная весьма угрожающее движение в сторону Мегрела.

— Мне пожалуйста, средней прожарки. — с завидным спокойствием обратился тот, к кому-то за своей спиной.

И в эту же секунду, из-за спины Мегрела выскочила Гайка, держа в руке какую-то механическую, монструозных размеров штуковину, подозрительно похожую на старый немецкий огнемет. Мать твою! Да это он и есть.

Вжух! Меня подхватывает яркий луч света и за доли секунды переносит на край крыши соседнего дома.

— Салам алейчум! — довольно скалится Цаху, своей фирменной улыбкой до самых ушей.

— Твою мать! — едва не наложив в штаны от внезапности произошедшего, выпалил я, с трудом удерживая равновесие.

— Ну ты че, ле! — насупился мой спаситель. — Маму трогать не надо, да! Мама это святое.

— Извини, дружище, эмоции. Сам понимаешь.

— Ты полегче так, с эмоциями то. У нас на Кавказе за такое по головке не погладят.

Нашу нравственную беседу прервал маниакальный, заливистый хохот Гайки. Которая в этот самый момент с неистовым наслаждением поливала огненной струей, катающихся по земле и жалостливо скулящих тауренов. Приправляя сие безобразие, обильным набором диковинных крепких словечек. Нет, армянский язык я не знаю, от слова совсем. Но почему то, я был полностью уверен, что произносимые Гайкой фразочки, однозначно имели матершинный подтекст.

— А разве так можно? — перевел я удивленный взгляд, на крайне возбужденного от происходящего Цаху.

— А кто сказал, что нельзя? — задорно барабаня по краю крыши, ответил тот.

— Достаточно, Гаечка! — насмешливо произнес Мегрел, кладя свою крепкую руку на худощавое плечо гоблинши. — Сейчас опять пережаришь же. Не люблю, когда мясо слишком сухое. А говядина, она и без того слишком жесткая, как по мне.

Гоблинша недовольно посмотрела на дворфа, обиженно закатила глаза, фыркнула и отпустив спусковой крючок огнемета, с характерным звуком продемонстрировала всем свой крохотный, розоватый язычок.

— Не надо нас есть! Мы невкусные! — взмолился Боба-уголек, сбивая с себя остатки пламени.

— Мы больше не тронем вашего друга! Обещаю! — заскулил Биба, барахтаясь в крохотной лужице.

— Живучие какие. — удивленно буркнул я себе под нос.

— Так, а чего ты хотел? Танки все таки. У них всегда хп в десяток раз больше, чем у других спеков. — пояснил Цаху, накладывая на меня бафф пассивного щита. — Ну все, теперь можешь прыгать?

Не успел я еще ничего толком сообразить, как ощутил довольно неслабый пинок в спину. Земля резко ушла из под ног, свалившееся тело подхватил легкий ветерок, но вопреки ожиданиям, скорость моего падения ни на грамм не уменьшилась.

Шмяк! С мультяшно хлюпнувшим звуком, я на полной скорости впечатался в твердую, каменную поверхность дороги. Что самое удивительное, падать было абсолютно не больно. Правда, я все равно пока боялся даже пошевелиться. Хотя все остальные ощущения указывали на то, что мои опасения беспочвенны.

Пассивный щит звонко треснул спадая, в нос ударил запах жженой шерсти, а до моего острого сангвинского слуха донесся истерически заливистый смех Гайки. Хм, ну да. Если бы я был на ее месте, то скорее всего тоже бы не удержался от смеха. Уж очень забавный вышел звук от моего падения. А наложи на это все, обугленных тауренов и мой искалеченный доспех, то вообще получится…. Хм… Даже и не знаю, что получится… Но однозначно, картина весьма забавная.

— Тебе будильник принести или так встанешь? — легонько пнув меня в бок, прорычал Милфазавр. — Вставай, давай. А то писюна застудишь, некуда потом людей посылать будет.

— Дай руку. — прохрипел я, понимая, что падение прошло не так уж и безболезненно, как казалось изначально.

— Принесите воды! Пожалуйста! Молю вас! — слезно продолжал вопить то ли Биба, то ли Боба, хрен их сейчас разберешь.

— Воды нет, но могу обоссать. Надо? — поднимая меня на ноги, пробасил орк.

— Этот парень, теперь часть нашей группы. Кто его тронет, будет иметь дело со всеми нами. Все ясно? — грозно и по настоящему устрашающе произнес Мегрел, бросая флягу с водой одному из тауренов.

— Угу-угу. — промычал тот и сорвав с фляги пробку вместе с горлышком, выдавил себе на голову всю воду до последней капли. Словно это была не медная фляжка, а какая-нибудь резиновая клизма.

Наконец-то поднявшись на ноги и поймав утраченное равновесие, я уловил на себе удивленный взгляд дворфа. Осмотрев меня с ног до головы, он молча почесал заросший густой бородой подбородок, кивнул орку и развернувшись на месте словно оловянный солдатик, поспешил прочь, подальше от смердящих гарью тауренов. Я же под одобрительный кивок Цаху, что словно супермен спрыгнул с крыши рядом со мной, направился вслед за остальными.

— Полагаю, что спрашивать о том, что случилось с твоей броней не стоит? — заговорил со мной Мегрел, как только мы вышли из проулка.

— Да нет в этом ничего секретного. — развел руками я, едва не споткнувшись о болтающуюся под ногами Гайку. — Просто нарвался на высокоуровневую “Высшую нежить”, ну и получил от нее хорошую трепку. Едва ноги унес.

— Высшую нежить? — удивилась гоблинша, запрыгивая на спину впереди идущему орку. — Где ты в Кровавых землях нежить отыскать умудрился? Туда ведь до сих пор даже контент не завезли.

— Слышишь, Малая, не надоело тебе у меня на спине кататься? — недовольно прорычал Милфазавр, стряхивая с себя зеленую безбилетницу. — Я тебе что? Мул ездовой что ли?

— Ну не знаю, как мул, но ишак ты еще тот. — хихикнул позади меня Цаху и тут же резко затих, уловив на себе разгневанный взгляд орка.

— Хватит! — внезапно громко рявкнул Мегрел. — Вы не устали собачиться целый день напролет?

— Босс, так мы же так развлекаемся. Ну неужели нам теперь и поразвлечься нельзя? — подпрыгнув на ходу словно хитрая лиса, щелкнула его по носу Гайка.

— Кстати по поводу развлечься. — почесав рукавом нос, вновь посерьезнел на мгновение улыбнувшийся дворф. — Ты бы свои зеленые ручонки не тянула к Скуфу, хотя бы первое время. А то напугаешь паренька своими домогательствами, сбежит от нас и прав будет.

— Да ладно тебе, Босс. Я же вижу, этот неутоленный голод в его глазах. — захихикала гоблинша, перевела на меня игривый взгляд и несколько раз толкнула свою щеку язычком, демонстрируя известный всем взрослым жест. — Правда, красавчик?

— Э-э-э-м. — не зная, что на это ответить, протяжно выдал я, переводя вопросительный взгляд на ехидно скалящегося Цаху.