— Я теперь главный? — усмехнулся я. — Шустрик, ты сам-то в порядке?

— Давай предложения, умник, — зло произнёс Райн. — У нас тут задница намечается, так что слушать твои заскоки сейчас не хочу. Чётко. Кратко. Это приказ!

— Так-то лучше, — тут же ответил я. — Приказы не обсуждаются. Делимся на две команды. Первая таскает камни и чистит путь за вратами. Нам нужно выяснить, куда они ведут. Вторая изучает туннель. Двигается по нему до самого края. Даже если потребуется облететь весь Гиперион-7. Лечу я. Потому что… Потому! Техник. На нём будет связь. Снайпер тоже отправится с нами. Делать здесь ей всё равно нечего. Втроём справимся. Калькулятор, придумай, что нам с собой взять. Техник может быть прав и на том конце туннеля — пещера с шахтой. Шахта — это выход на поверхность и связь с выжившими. Может, им не придётся ползти под землёй двенадцать тысяч километров.

— Сделаю, — согласился Векс.

— Пока нас нет, — продолжил я. — Вы чистите проход. Хрен с ней с шахтой. Потом будем думать, как её расширить для того, чтобы протащить сюда «Ультар». Для начала нужно всё расчистить с той стороны и найти выход. Работы много, а времени мало. Так что хватит валяться! Вперёд, «Малыши»! Никто, кроме нас самих, из этой задницы нас не вытащит!

Ксорхианцы. Саранча. Уничтоженный космический флот людей. Блокада Гипериона-7. Врата, через которые невозможно пройти людям с матрицами предтеч. Всё это, конечно, давило на нас тяжким грузом, но даже такое давление не означало, что следовало забывать о комфорте.

Я понимал, что конец туннеля может находиться от нас как в шестистах, так и в двадцати тысячах километрах. Проделать весь этот путь на ногах — то ещё удовольствие, так что пришлось прижимать к стене Рорка и требовать комфорта. К тому же он летит с нами. Вот наш Техник и расстарался.

«Стрижей» в нашем арсенале было немного, всего десять штук, и четыре из них мы безжалостно изъяли. Лана помогла настроить синхронизацию, Рорк с Вексом создали удобную платформу, на которой можно было разместиться не только нам троим, но и всей нашей группе. Три на два метра летающего плота — роскошь, о которой в обычных условиях можно только мечтать. Мы накидали на платформу оборудования, зарядных устройств, на всякий случай «Герань», и отправились в путешествие.

Наша скорость была достаточно уверенной — порядка ста пятидесяти километров в час. «Плот» уверенно двигался вперёд сквозь волны тьмы, Эхо, на всякий случай, нёс вахту, но это было лишним. Туннель был прямым, как стрела, так что дополнительного управления не требовалось. Можно было сидеть. Лежать. Даже спать, если получится. Вот бы каждый поход на планеты, оккупированные ксорхианцами, проходил подобным образом!

Так прошли первые сутки. Я лежал, закрыв глаза и делал вид, что сплю. Зорина сидела, скрестив ноги и мрачно смотрела в темноту туннеля. Лучевая винтовка была отложена давно — смысла в ней не было. Рорк возился с очередным ретранслятором, готовя его к установке. Идиллия, как она есть.

— Груваки всех побери, — выругалась Зорина. — Когда это закончится?

— Когда-нибудь точно закончится, — ответил Рорк. — Может завтра, может через неделю. Мы пролетели чуть больше двух тысяч километров, так что конец туннеля может появиться в любой момент.

— Я сдохну от скуки раньше, чем мы доберёмся до места, — прорычала Зорина. — Золотой, как ты можешь спать⁈

— Талант, — ответил я, даже не думая подниматься. — Врождённый.

— Ненавижу тебя, — прорычала Зорина.

— Это взаимно, Снайпер, — ответил я. — Это взаимно.

На самом деле я не спал. Разговаривал с Эхо.

«Почему ты не поглощаешь матрицу Зорины?» — спросил я. — «Даже ни разу не пытался».

«Не знаю», — честно ответил Эхо. — « Я вообще не ощущаю её матрицу. Как не ощущал матрицу Тени-33. Для меня их словно не существует».

«А ты точно высшая матрица?» — уточнил я. — «Ведёшь себя немного необычно для тех, кто должен править».

«С вероятностью пятьдесят процентов всё же высшая», — в голосе Эхо слышалась неуверенность. — « Я не помню базовых функций. Двенадцать процентов потенциала — это критически мало. Возможно, именно из-за этого я не могу определять другие матрицы. Или я вообще не высшая, поэтому ничего не могу ощущать. Или я повреждён настолько сильно, что многие функции недоступны. Или что-то ещё, о чём я просто даже не догадываюсь».

«Не самая приятная новость», — вздохнул я. — «Значит, когда Лирэн Соларион до нас доберётся, ты вновь уйдёшь в спячку и мы не узнаем, можешь ли ты ощущать высшие матрицы?»

«Лучше спячка, чем поглощение», — подтвердил Эхо. — « Слишком активное сканирование чужих матриц опасно. Оно может меня обнаружить».

— Сто километров, — объявил Рорк. — Останавливаемся.

Платформа замедлилась, а потом и вовсе зависла на месте. Рорк спрыгнул, потянулся и даже прошёл вокруг «плота», разминая мышцы, после чего активировал устройство размером с кулак и прикрепил его к стене туннеля магнитным креплением. Ретранслятор замигал зелёным.

— Связь стабильна, — доложил Рорк после проверки. — Шустрик, как слышишь?

— Слышу хорошо, — тут же пришёл ответ Райна. — Как у вас настрой?

— Лучше бы я ещё раз в ворота вошла! — пробурчала Зорина. — Я тут от скуки сдохну!

— Снайпер, — после паузы произнёс Райн. — Ты же понимаешь, что твоё нытьё не несёт пользы?

— А мне плевать, — огрызнулась девушка. — Раз плохо мне, пусть остальные тоже страдают!

— Всё, отставить разговоры! — разозлился Райн. — Продолжайте движение. Выходить на связь только когда будет что-то важное!

Каждые сто километров Рорк устанавливал небольшой ретранслятор, обеспечивающий устойчивую связь с основной группой. Судя по поступающей информации, они вовсю расчищали завал, постепенно продвигаясь вглубь странной местности. Картинка с дрона показывала узкий туннель, гораздо меньше того, по которому летели мы. «Ультар» в такой никак не пролезет, так что вскоре у нас появится ещё одна проблема.

Второй день мало чем отличался от первого. Туннель. Темнота. Гул «Стрижей». Зорина ругалась всё чаще. Рорк молчал всё упорнее. Я делал вид, что меня вообще не существует.

На третий день Зорина не выдержала.

— Всё, финиш! — объявила она. — Я официально схожу с ума. Золотой, поговори со мной, а то я Техника убью.

— Почему меня? — удивился Рорк.

— Потому что ты ближе, — честно ответила Зорина.

— О чём хочешь поговорить? — согласился я. Лететь действительно было муторно. — О погоде? О политике? О том, как мы уйдём через врата предтеч, а ты застрянешь на Гиперионе-7 и сдохнешь от голода?

Платформа зашаталась — Зорина решила воплотить свои угрозы в жизнь. Но убивать решила не Рорка, а меня. Хорошо, что я лежал далеко и с первой попытки Зорина до меня не дотянулась. Делать вторую ей стало лень.

— Как был ты тупорылым грувакой, так им и остался, — выругалась Зорина. — Скорее весь мир сдохнет, чем я!

— Ладно, погорячился, — примиряюще ответил я. — Лучше скажи, ты в курсе, что нас ждёт в военной академии?

— Ты серьёзно? — Зорина повернулась в мою сторону. — Хочешь сказать, что ты поступил туда, не имея даже малейшего представления о том, что тебя там ждёт?

— Почему же не имея? — не согласился я. — Какое-то представление у меня есть. Будет учёба. Стрельба. Тактика. Может, что-то ещё.

— Н-да, — протянул Рорк. Видимо, мои слова его тоже застали врасплох. — Хотя… Это же Золотой.

— Вот именно! — вспыхнула Зорина. — Был бы это обычный грувака тупорылый, вопросов бы не возникло. Но Золотой у нас барон! Ставленник Ариса Солариона! Член «Малышей»! Любая его ошибка ляжет пятном позора не только на наш отряд, но и на дом Соларионов!

— Так рассказывай, — предложил я. — Какой смысл материться, если можно просто помочь? Про боевую академию я могу сам рассказать — там будет облегчённая версия «Кузницы». Но про военную ничего сказать не могу.