Более того, мне казалось, что происходящее только может усугубить расклад. Своими суетливыми, хаотичными действиями менты только давали этому пареньку шикарную фору, окончательно теряя драгоценное время. Время, которое в таких ситуациях решает всё.

Первое, что начали делать оперативники, — это бегать по лаборатории туда-сюда. Снова и снова всматриваться в лица задержанных. Так будто надеялись, что паренек вдруг материализуется среди тех, кто уже давно сидит на стульях.

Это выглядело бесполезно с самого начала, потому очевидно, что владельца среди задержанных нет и не было. И сколько бы оперативники ни вглядывались в эти лица, результат оставался бы нулевым.

А время тем временем утекало… Нет, здесь его было не найти и действовать нужно было совершенно иначе.

Именно поэтому я перестал просто смотреть и начал действовать сам. Решение пришло мгновенно. Если этот паренёк действительно ускользнул, то самым логичным его шагом было бы попытаться добраться до своей машины и уехать. Быстро, пока здесь царит сумятица, все заняты кто чем и никто толком не контролирует периметр.

Я развернулся и почти сразу направился к выходу из лаборатории. К тому самому месту, где снаружи стоял его автомобиль. Потому что если пацан действительно ушёл, то искать его нужно было снаружи.

У этого паренька автомобиль был не просто дорогой, он был мощный и быстрый, технически на голову выше всего, что было у ментов. Стоило ему сесть за руль и вдавить педаль газа в пол, и через несколько секунд он бы исчез, уйдя в закат. Догнать такую машину ментам на их легковушках было бы попросту невозможно, и я это понимал слишком хорошо.

Именно поэтому я так резко рванул к выходу.

Оказавшись на крыльце, я сразу же бросил взгляд туда, где стоял автомобиль. Машина по-прежнему находилась на том же месте, где и была до штурма. Стояла одна одинешенькая, как будто брошенная. Здесь пацана явно не было… похоже он ушёл не через главный вход…

Я задержался на крыльце буквально на несколько секунд. Быстро окинул взглядом двор, тёмные углы и проезды между домами, где в теории можно было укрыться. Искал то, что могло дать хоть какую-то зацепку. Внутри у меня при этом росло неприятное, холодное ощущение. Мы теряем время, и с каждой секундой этот парень уходит всё дальше.

И самое неприятное, что в этот момент Борисов, человек опытный, сейчас явно не понимал, что делать дальше. Майора выбило из колеи, и он не спешил брать ситуацию в руки. А это означало, что инициатива висит в воздухе и её нужно брать, если я конечно хотел что-то изменить.

Я не стал больше ждать и принял решение действовать сам. Иначе все окончательно полетит к чертям и на всех наших начинаниях можно будет поставить крест…

Друзья, стартовал с «К нам едет… ревизор».

Присоединяйтесь!

Опытный аудитор попадает в тело писаря при ревизоре XIX в. Он знает схемы и видит ложь в отчётах. И вся уездная власть ещё не понимает, что для неё игра уже началась.

https://author.today/reader/543269

— Мужики, — сразу обратился я к оперативникам. — Мне сейчас потребуется ваша помощь.

Чтобы окончательно перехватить внимание, я громко захлопал в ладоши. Несколько человек обернулись ко мне, и я сразу продолжил.

— Здесь, в лаборатории, его точно нет. Но он и никуда не уехал, потому что его машина по-прежнему стоит рядом с домом, — объяснил я.

Эти слова услышал и майор Борисов. Я заметил, как он резко повернулся и почти бегом направился к выходу. Тотчас открыл железную дверь и выглянул наружу, чтобы лично убедиться, что я не ошибаюсь. На его действия я внимания уже не обращал, потому что сейчас было важнее другое — не потерять ещё больше времени.

Я снова посмотрел на оперативников и продолжил уже более конкретно, переходя от слов к делу.

— Значит так. Двое сейчас обходят дом: один с левой стороны, второй с правой. Смотрите внимательно и не игнорируйте ничего. Он может прятаться где угодно — во дворе, за машинами, в кустах, у подъездов, да даже в тени между домами.

Несколько человек коротко, отрывисто кивнули, показывая, что поняли.

— И ещё один выходит со стороны чёрного входа, — добавил я. — Именно оттуда он, скорее всего, и проскользнул на улицу.

План у меня был максимально простой. Именно такие планы чаще всего и работают, потому что на их выполнение не нужно времени и долгих согласований. Я его озвучил, и уже по реакции людей понял, что всё сказанное звучит логично и понятно.

Никаких возражений со стороны оперативников не последовало. Все просто приняли к сведению то, что было сказано, и почти сразу начали действовать.

Былое напряжение сменилось рабочей собранностью. Теперь мента получили конкретное направление действий.

Уже буквально через минуту всё пришло в движение. Трое оперативников сорвались с места и разошлись в разные стороны, не теряя ни секунды. Один стремглав рванул в сторону чёрного входа. Двое других почти одновременно вылетели из лаборатории с чёткой задачей обогнуть дом с двух сторон. Я хотел попытаться перекрыть возможные пути отхода для паренька и хотя бы теоретически взять его в клещи.

Я со своей стороны тоже не собирался оставаться в стороне и просто наблюдать, как всё происходит без моего участия. Я развернулся и уже собирался направиться к выходу из лаборатории, чтобы подключиться к поискам и самому оценить обстановку снаружи.

Однако выйти сразу у меня не получилось.

Причина была простой и в каком-то смысле даже ожидаемой. Борисову совершенно не понравилось, что я взял инициативу в свои руки. Естественно, майора не могло устраивать, что я внезапно начал командовать людьми, которые подчинялись исключительно ему. Это было понятно на уровне простой логики — я сейчас явно переходил границы.

— Володя, я что-то сейчас не совсем понял, что происходит, — процедил Борисов, глядя мне в глаза. — Ты почему вдруг здесь раскомандовался?

Я не стал уходить от взгляда и юлить.

— Товарищ майор, виноват, — ответил я. — Но я предлагаю все наши возможные споры оставить на потом. Потом я более чем подробно отвечу на любые твои вопросы.

Борисов было открыл рот, и по его лицу было видно, что сейчас майор готов высказать свое раздражение, и возмущение. Однако майор так ничего и не сказал. Рот закрылся, а его взгляд стал более задумчивым.

Возможно, Борисов всё-таки понял, что в текущий момент я прав. Даже если сама форма моих действий шла вразрез с той картиной мира, которая у него была в голове.

Я хлопнул его по плечу.

— Потом всё объясню, — пообещал я.

После я не стал ждать его реакции и просто обошёл майора, направляясь к железной двери, которая вела к выходу. Время продолжало уходить, а вместе с ним уходил и тот самый человек, которого мы сейчас пытались догнать.

Человеческая логика пацана в этой ситуации читалась довольно ясно. Я прекрасно видел, как паренек обращается со своим автомобилем. Он буквально сдувал с него пылинки, и это говорило о том, что машина для него была не просто средством передвижения, а чем-то личным… А значит, бросить её вот так, на произвол судьбы, паренек бы не смог.

Кроме того, «владелец компании» прекрасно понимал, что на своих двоих далеко не уйдёт. Да и в машине у него было реальное преимущество, о котором я уже думал — мощный двигатель и возможность в просто исчезнуть до того как будет объявлен перехват. Стоило ему сесть за руль и вдавить газ, и любая погоня становилась для него пустым звуком.

К этому добавлялся ещё один фактор. Оперативники уже начали обходить дом с разных сторон, а значит, вполне могли его спугнуть, вынудить сорваться с места и бежать. И если он начнёт бежать, то побежит явно не куда попало, а туда, где для него есть реальный шанс уйти — к своему автомобилю.

Именно на это я и рассчитывал, когда в голове сложился весь план перехвата. Поэтому, выбежав из лаборатории обратно на улицу, я внимательно огляделся, выбирая для себя наилучшую позицию для засады. Такую точку, откуда можно было бы видеть и подъезды, и двор, и саму машину. Но при этом самому оставаться в тени и не бросаться в глаза.