Долблю из ледяной шрапнели уже во все стороны! Что–то сыплется, даже пробиваются стенки, но слишком быстро затягиваются, восстанавливая герметичность. От боли соображать становится сложнее. Накрывает отчаяние.

Когда желудочный сок твари уже по пояс, осознаю, что мне кранты. Ворвался, называется. Вынимаю платок, заранее окроплённый моей кровью. Леший будто чувствует подвох и колючками лезет, заодно ещё быстрее заполняет полость кислотой.

Не чувствуя тела от пояса и ниже, рву платок и закрываю глаза. Буль–буль–буль. Что за придурок⁈

К счастью, мучительной смертью я не помер. Белая вспышка озарила пространство превращая зелёное желе в светло–зелёную водичку. Затем меня просто вырвало из неё и понесло по горке из лисьего хвоста прямо в пасть гигантской улыбающейся хитро Кумихо.

Откатило меня, как надо. Очнулся перед баррикадой, в момент, когда только собирался её разбирать.

Ощущение такое, что прежний эпизод просто привиделся. Стою на твёрдых ногах, боль помню, но всё это далёким эхом, как после кошмара. Первым делом вынул платок Кумихо. Целый, чистый, семь хвостов теперь. Мдя, цена моего тщеславия и излишней уверенности. Недолго думая, снова окропил платок кровью и убрал в карман. Теперь он у меня всегда взведён на крайний случай.

Присел на брёвнышко, анализирую ситуацию. Что–то у поляков явно пошло не так. А точнее у их гениальных алхимиков во главе с Войцехом. Либо они нарвались на древнего лешего в пещере, либо притащили его с собой. Либо он воспользовался силой чумы, либо будучи в бочке был слаб, но обрёл силу в пещере.

Одно утешает. Теперь я уверен, что никакой механизм по заражению местности не взведён. Тварь живёт в своей пещере. Те бочки уже без чумы, там сидит его Зерно, оно же — мозг, душа, сила. Простыми словами — Высший дух. Попав на его территорию, я проявил враждебность и получил. Кое–что меня смущает — такое впечатление, что он мои мысли прочёл и заманил к этим бочкам, где у него схлопнулся желудок. Если бы я не приблизился к озерку, у него бы не вышло меня так легко взять. Желудочный сок у него в том озере, как и главные корни.

Нет никакого желания лезть снова.

Его главное оружие — это зелёная чума, которую он развил до чего–то невероятного. Даже от небольших доз он ослабил меня так, что рыпаться желание пропало. Всё–таки склоняюсь к версии, что чумной компост из бочек его хорошенько напитал, туда он и поместил своё зерно, которое разрослось или мутировало от алхимических реагентов до невероятных размеров. Что это Высший дух, уверен, мои духи так на старших не реагируют.

Можно всё–таки совершить вторую попытку, раздолбив его из «Вьюги» прямо со входа в главную пещеру. Если попасть по бочкам, зная заранее, что там его Зерно, тварь не выживет. Но и зерну не уцелеть. Полагаю, оно очень нежное. Помню, как сердце Духа леса в исполине легко поразила сталь. Тогда я впервые воспользовался платком Мейлин.

Казалось бы, вот решение: раздолбить шарашкину контору из «Вьюги» и положить конец очередной опасной твари, которая, если вылезет, всё–таки начнём всех заражать. Но теперь я хочу то Зерно.

Зачем? Куда я его пихну?

Как куда? Прямо в исполина и устрою, но под своим контролем. Мой Лесной друг не хочет драться с поляками, подобных мне он убивать не будет — такое было прежде условие. А что на счёт этого?

Вопрос интересный. Только как вообще с ним наладить связь? Пойти корнями соединиться и перетереть? Или… спросить совета у подобного ему существа! Второе мне нравится больше. По крайней мере, я не стану пороть горячку. Хватит за день и одного раза.

Найдя небольшой валун, руной размягчаю его и создаю портал. Потому что отсюда задолбаешься лететь, а обратно — не факт, что удастся найти это место.

Вернувшись в башню, я сразу лечу к Заговорённому лесу. Утренний Ярославец прекрасен, каждый раз с высоты птичьего полёта любуясь, не верю, что создал этот мегаполис именно я. А он действительно превратился уже в мегаполис. Не по меркам, конечно, моего прежнего мира. Но по местным уж точно.

Не ровен час, мы похвастаем населением в сто тысяч. Вот тогда будет где разгуляться! И над чем царствовать.

Главное, не помереть до этого времени по глупости, как я люблю.

Приземлившись у Исполина, присел на лавочке в беседке, которую сваял уже давно. Места здесь стали хожеными, но караульные гуляют лишь на окраинах. Снег хорошо растаял, островки его аккуратно лежат местами. Самого деревянного гиганта я периодически чистил от снега, поэтому он стоит словно только недавно гулял. Такой эффект мне и нужен, дабы люди не думали, что это теперь просто безвольная статуя. Хотя видно, если присмотреться, что пошли уже трещинки по мёртвой древесине. Ох, сколько предстоит перебирать в нём, если понадобится.

А хотелось бы!

Чуть передохнув и собравшись с мыслями, пускаю корни в почву и около пяти минут ищу контакта с Лесным духом. Все корни, что попадаются у меня на пути, оказывают сильное пропускное сопротивление, похоже, из–за холода.

Отвечает Высший нехотя, будто ещё не пробудился.

Помоги мне, — прошу мысленно и посылаю свои ощущения из неудачной попытки, пытаясь передать и картинку той твари.

Равный, — комментирует Дух. — Несчастный

Почему несчастный? — Интересуюсь.

Камень — его тюрьма. Но освободившись, он начнёт творить зло, заразит скверной кровь леса, будет расти и станет непомерным. Доберётся до меня сильным и победит. Ты не хочешь убивать его, но можешь? Зачем пришёл?

Просить помощи, – отвечаю, затаив дыхание. — Хочу его пленить.

Твой сосуд мал для Высшего духа, каким бы слабым он ни был.

Исполин станет его новой тюрьмой, – предлагаю свой заветный вариант.

Дух задумался! А затем выдал с укором:

Вкусивший власть над Высшим, желает вкусить снова.

Только так я могу защитить своих сородичей.

Около получаса пришлось ждать ответа. Я уже собрался улетать не с чем.

Хорошо — раздалось с нотками разочарования. — Мёртвое дерево станет его новой тюрьмой. А смерти твоих сородичей — хорошим утешением.

Земля задрожала, затрещала почва, выпуская могучие корни, вскоре на поверхность вылез полутораметровый орех, внутри которого и сидит мой лесной друг.

Перенеси меня в ближайший лес, но мне потребуется и твоя сила, чтобы обуздать другого, — добавил Высший и прервал контакт.

Рассчитывал на подсказку, а получил соратника на дело. Вот это я понимаю — доверие… Тащить тонну по воздуху — желания никакого. Поэтому решил сварганить здесь портал. Пришлось возиться около часа, чтобы выстроить большой портал, для которого потребовалась соответствующая площадь. По моему сигналу «Орех» на корнях подтянулся ко мне сам, встав в зону действия рун.

Впервые я подумал о том, что Лесному самому интересно побороться с другим. И дело здесь не в том, что я слёзно попросил его помощи.

Когда перенеслись, с чувством острой тревоги я уже своими корнями перетащил Духа на снег. Минуты две ничего не происходило, но затем мой союзник пришёл в себя и пустил щупальца, что вскоре добрались до местной корневой системы. Высшему потребовался весь оставшийся день и часть моей магичекой энергии, чтобы получить контроль над немалой площадью леса. И даже не для того, чтобы взять Чумного высшего духа массой. Требовалась жизненная сила растений.

Всё было готово глубокой ночью. И Лесной начал действовать. Получив связь со мной через тонкие живые жилы, он сам прорвался через блокаду и пустил массивные и подвижные, что питоны, корни вовнутрь. Во взаимодействии я стал видеть его «глазами» и чувствовать всё, что чувствует он своими фибрами. Продвижение среди зелёных колючек, повороты… буквально на третьем свершился первый контакт с противником. Поначалу тот с интересом пошёл на него, но резко прервал, унося свои живые корни в главную пещеру, где имеет больше сил и шансов противостоять вторженцу.

Добравшись до логова, Лесной, продолжил подтягивать корни из леса, да так, что посыпались целые куски ещё мёрзлой почвы, подтянулись и деревья. Но это было уже не так важно, как новое поле боя, в котором я ещё не бывал.