Ну, чего у нас здесь было в избытке — это времени…

Не терпелось поскорее уйти подальше от стены в соседний сектор.

Где-то с минут сорок шли молча, поглядывая периодически на устройство и медленно теряя веру, что он вообще запустится когда-нибудь. Но зачем чудо вдруг неожиданно произошло, и системный текст продолжился:

Определён объект категории «аудитор».

Арктур, астральный лишайник, архидруид/эссенциарх

Внимание: терминал не подключён к сети. Производится запуск автономной работы.

[Ожидайте…]

— Хм, всё-таки работает, — сказал я. — А то, что он не подключён к сети — даже к лучшему, наверное.

Мы переглянулись.

— Наверное, пусть тащат дальше, а то опять будет час тупить, — сказал я, но в этот миг по углам терминала вдруг пошёл пар.

Послышалось резкое шипение, конструкция задрожала, и я подумал, что он вообще разваливается по частям. Но терминал устоял. Створки разъехались, оставив лишь оттиск с логотипом колючего рыбоежа, и мне к ногам выпал свёрнутый лист бумаги.

Я поднял его и прочитал вслух:

'Привет! Если ты читаешь это, путник, значит ты нашёл то, что осталось от ежа по имени Ёрш…

Наверное, тебе интересно, почему меня так зовут? И там, и там есть колючки, и там, и там есть буква «ё»… мне всегда это казалось забавным. Это не может быть просто так. Подумай.

Я — тот, у кого не получилось пройти Стену. Возможно, это получится у тебя.

История запомнит меня как безумного неудачника, одного из многих. Но в благодарность, что мои слова не исчезнут, я расскажу тебе то, что узнал. И скажу, кем я был на самом деле.

Первое — Оазис это ловушка. Покинуть его может только проходчик без статуса бога. Но потенциальный кандидат — всегда бог или полубог, иначе ему не хватит сил войти. Хотя, это ты уже и так понял, раз ты тут.

Мой ангел не умел любить. Да и походил больше на демона. Но у нас были бы красивые дети. Однажды они бы вынесли наши головы и покинули бы Оазис. Я хотел сделать её частью себя. Пожалел. Поплатился…

Ты бы хотел стать частью своей любимой? Или она — частью тебя? Что может быть ближе, чем единое на двоих тело? Химера может войти. Она одно, и множество единовременно. Я один, но нас много.

Это первый секрет. Хочешь провести друга — сделай его собой.

Переступить мораль, жалость и человечность — это то, что ты должен сделать, чтобы покинуть Оазис.

Меня называют чудовищем. Но я не был им. Поэтому я здесь, а не на свободе.

Ежа по имени Ёрш сгубила жалость и человечность.

Второе — мой панцирь, моя защита опора и дом. Всеведущая Система не видит его. Я так сделал. Но знай, что он тоже стал мифом и источником силы. Ты не сможешь его взять. Но он — второй ключ. Ищи тварей. Убивай. Всё как всегда. Он дистиллирует. Очищает. Он безопасен. Это мой дар тебе.

Что-то однажды даст навык жрать фрактал. Десять тысяч попыток. Не получилось. Надоело. Поэтому я здесь.

Меня называют несдержанным, и они правы.

Ежа по имени Ёрш сгубила горячность.

Не будь мной. Если ты не химера, ищи. Сделай двадцать тысяч попыток. Этот мод есть.

Третье. Третий ключ. Осколки Того, Кто Живёт На Дне.

Любое проявление Его может всё. Но они потеряны. Их коснулось безумие нечистых, пожирающих имя. Отец изгнал их. Они слабы перед ним. Но для нас они смерть. Сколько бы ты не дистиллировал жизни запредельных.

Если ты нетерпелив как я, и жалостлив, как я же, заставь осколок бить нужную стену. Если ты это читаешь, значит мне не удалось. Я буду молиться, чтобы не вспомнить её в следующей жизни. Люблю и ненавижу тебя, А. Не знаю, что больше.

Наверное, ещё больше — ненавижу себя.

Ёж по имени Ёрш.'

Мне сделалось смешно.

Альме — грустно. Она едва ли не плакала. Впрочем, она всегда была сентиментальной и, в отличии от нас с Селеной, очень прониклась дневниками Ёрша.

Селена выглядела задумчивой.

— Минор-ами… это так грустно. Ёрш действительно не был плохим. — А что вызвало твой смех, брат?

— Второй вариант — дистилляция запредельных. За множество попыток он так и не выбил нужный мод на своём терминале. Мы же вытащили повреждённый предмет, где доступно лишь три. Ну а третий — ты сама видишь, чем кончился.

Я кивнул в сторону сектора с павшим проходчиком.

— Он хотел слиться с возлюбленной в теле химеры… а стал частью осколка. — произнесла Селена.

— Шёл к успеху, не свезло, — мрачно пошутил я. — Ну что, глянем, что здесь по модам? Каждому по одной штуке.

Богиня трав подошла ко мне и выхватила лист бумаги с последним посланием Ёрша. Повернула обратной стороной, а затем её глаза засветились зелёным.

— Миса, ты ещё помнишь ритуалистику, или она ушла с потерей памяти? — спросила она.

Альма перехватила выпавший лист и осмотрела с обратной стороны.

— М-м… здесь какая-то руна…

— Глиф, — улыбнулась Селена. — Жаль, прежняя Миса оценила бы шутку.

— Шутку? — спросил я.

— Вот же изворотливый разум. Здесь его путь на свободу, — она потрясла листом.

— Ежа?

— Ага. Он понял, что не может выйти, и просто запечатал свою душу в мнемовирусе. Сейчас Ёрш живёт в памяти о нём. Мы все читали его дневник, а сейчас ты прочёл нам последние строчки с активацией кода. Похоже, он не успел добавить последнюю страницу к дневнику.

— Скорее, не захотел или передумал, — покачал я головой. — Если я правильно понял принцип, одно без другого не работает? Он же знал, что идёт на смерть.

— Возможно, он сам вырвал последний лист, чтобы умереть окончательно и не возрождаться больше в Оазисе, — предположила Альма.

— Я бы на его месте сделала так же… да и Тефнут с Павлом, — вздохнула Селена.

— А эта печать и дневник? — спросил я.

— Чтобы он смог выбраться с их помощью из Оазиса, выбраться должны мы, носители этой памяти. Затем память останется памятью, а он возродится как проходчик, а не как пленник этого места, — богиня трав покачала головой и грустно улыбнулсь. — Читать такие вещи меня научила Миса…

— Не волнуйся, приятель, ты достаточно намучался. Мы тебя отсюда вынесем… то, что от тебя осталось, — сказал я и похлопал по стальному шипастому панцирю, внутри которого был уникальный терминал Ёрша.

Терминал работал, казалось, с большим трудом. После каждого действия было уведомление об ожидании, а потенциальные модификации выводились медленно.

Однако своё дело он делал и вывел нам список модов, которые можно было встроить каждому из нас.

Фрагментов у нас с собой было совсем немного. Дроп с лангольера, фрагменты радужных червей, которые водились оазисе Мисы, лут с трипофии, землеядной улитки, а также фрагмент некроманта Павла и богини Тефнут. На последний лапу наложила Миса, как самый близкий родственник хозяйки Тиши.

Имя: Арктур Алолесный.

Соответствие класса: архидруид/эссенциарх

Доступна способность: «Сепарация I» (активное).

Позволяет наделять созданные существа автономным интеллектом.

Внимание: существо может напасть на вас в случае критического конфликта парадигм.

Встройка способности с шансом 84%

Шанс встройки будет повышен до 91% (генетическая линия микотов)

В случае провала фрагмент будет уничтожен.