— Просто имя? Мне просто нужно назвать его? — шёптом задал я риторический вопрос.

— Не вздумай! — прошептала Селена, изрядно нервничая.

Тишина.

Оно молчало. Мы тоже. Замерли и смотрели в сторону стены. Технически, слышать он наш шёпот не мог. Но всё равно как-то сильно не по себе.

— Что с ней? — спросил я наконец у Селены, когда слегка успокоился.

— Не знаю, не могу её разбудить, — она встряхнула Альму, но та будто кукла не реагировала.

Я уже напрягся, готовясь встретиться с новой проблемой, но обошлось.

Альма вдруг сама со вскриком поднялась и открыла глаза. Они бешено вращались по сторонам, а девушку натурально колотило.

— Эй, ты в порядке? Альма?

— Миса, живи!

— Д-да всё… в порядке… да, — растерянно проговорила она. — Что случилось?

— Он тебя чем-то атаковал.

— Не помню. Мы вроде бы летели. Я хотела взять его в зеркальную ловушку, но… — она поморщилась и взялась за голову. — Не помню. Голова начинает болеть… Сколько дней я отсутствовала?

— И часа не прошло.

— Странно. Я помню, как видела сон. Долгий… страшный. Я… будто я превращаюсь заживо в паштет. Раздеваюсь, смотрю на своё тело, а оно на глазах становится перемолотой плотью. Я такого ужаса ещё не испытывала… хотя нет, пожалуй Голос меня пугает ещё больше.

— Что за голос? — встряла Селена.

— На мне метка какого-то могущественного существа снизу.

— Метка на боге? — удивилась Селена.

Альма поморщилась. Говорить о том, что это рабская метка, и что она была поставлена вероятно Мисе, когда та ещё была в своей силе, она не хотела.

— Так, нужно уходить отсюда. И к этой части Оазиса мы больше не приближаемся. Миса, ты знала что у тебя по соседству живёт такая хреновина?

— Майор-ами! С учётом того, как оно себя стирает из моей памяти, может и узнала в последний день, после чего пошла бы на любой самый безумный план, чтобы оказаться подальше.

— Могла бы и мне сказать, — обиженно добавила Селена.

— Как, если оно стирает себя из памяти?

— Ну ведь ты помнишь, что видела что-то плохое?

— Я не дура, я вижу, что происходит.

— Тише, — шикнул я на них. — Говорите шёпотом, пока не отойдём подальше отсюда.

Словно поддерживая моё предупреждение, за барьером послышалось уханье хтонической твари.

— Системный текст, — удивлённо заметила Селена и ткнула пальцем над головой Альмы.

Задание «уничтожение системных червей» выполнено.

Благодарим за содействие делу проходчиков, верификатор!

Выполняется поиск подходящего легендарного предмета.

Награда найдена!

Комплект белья Мисы Зеркальной (легендарный).

+2 к харизме, + 1 к ловкости, +38% к привлекательности.

+ 10% к защите от магии пустоты

+ 10% к синхронизации со стихией циррус [аспект зеркало]

+ 15% к эффективности зеркальной магии

15% шанс отразить чары противника.

— Серьёзно? За квест мне отдадут мои же трусы⁈ Это издевательство!! — вспыхнула прежде хладнокровная девушка. Пришла очередь Альмы хватать комья земли и швыряться в голографический текст.

— Расслабься, это просто механика.

— Механика? Она специально! Стена — это один огромный эстерноид!

— У тебя есть мифическая одёжка, легендарные сапоги Ласточки и что-то из амулетов. А из всех легендарных героев ближе всего к твоему пути развития, ты не поверишь, Миса Зеркальная. Потому что в глазах Системы ты одновременно беглый бог и храбрый верификатор. Что ещё она должна была тебе дать, как не самый идеально подходящий тебе артефакт? Радуйся пассивным бонусам лучше. Мне бы за ношение трусов давали защиту от пустоты. Это вообще треш какой-то…

— И червей ты не убивала, — добавила Селена. — Арк, что будем делать дальше?

— Ну, к нам оно пока что не ломится. Предлагаю отдохнуть и вырастить хороший купол со звукоизоляцией. Потом наверное большую толстую стену, чтобы с первого раза точно никто не пробил. Но это потом… сначала нужно ещё трипофию найти.

Селена передала мне картинку через растительную эмпатию — хтоническое облачко вместе со своим выводком жрало яблоневый сад. Хорошо, на некоторое время это их займёт.

— Что будем делать дальше, Арк?.. — спросила богиня трав.

Мне оставалось только вздохнуть.

— Будем создавать маршрут для трипофии в Оазис Тефнут. Остаётся только идти в двадцать третий сектор, в бывшие владения Хостера.

— Зачем?

— Если повезёт, в двадцать четвёртом цепей больше и в Оазис никто левый не забрался, так что он находится выше. Ну, или следующий за ним. Облачко у нас ручное, может получится.

— Или попробовать прорыв снаружи, — предложила Альма. — Кстати, а трипофию нельзя заставить нам прорыть путь с другой наружной стороны? Из того окна что мы делали, до сих пор ни одной твари не прилетело, хотя наверху летунов хватает и над лучшей частью стены. Может, на нижних этажах там безопасно?

— Ты ещё прыгнуть оттуда предложи… хотя, может ты и права. Посмотрим, вдруг получится.

Работы было много. И о чём подумать — тоже.

После отдыха были построены стены со звукоизоляцией. Высажен сад каменных древ, усиленных генетикой цветов церу. Невесть какая преграда для той жути, которая пробивает системный барьер и аделитовую стену.

Начался новый этап рутинной работы.

Мы ещё раз осмотрели Оазис. В первый раз это делалось походя, теперь же я понимал что сбежать через двадцать первый — точно не вариант, а значит нужно думать.

Разговор Мисы с Селеной произвёл на богиню трав сильное впечатление. Обвинение в том, что сама богиня уже не похожа на прежнюю себя, а больше напоминает слегка истеричную особу, сильно её встряхнуло. Ну, и та тварь ни у кого не выходила из мыслей.

Следующие дни Селена провела в медитации. Альма — в мрачной задумчивости, сидя за столом перед яркой игрушкой. Она подолгу смотрела на неё, положив голову на руки, таким образом полулёжа за столом.

Первая теория состояла в том, что можно покинуть Стену через окно на нормальную сторону. И это была ужасная мысль, которая надолго испортила всем настроение.

Мы привлекли существо к окну, зарастили окно зеленью, чтобы монстр её слизывал вместе с барьером, отошли подальше, и трипофия потянулась за работу. Эти существа вообще оказались очень предсказуемы, управлять ими было относительно просто с нашими силами, за счёт создания растительной массы.

Как только путь наружу был свободен, мы активировали удалённое ускорение роста и через открывшийся барьер начали растить лианы наружу.

Ответ Стены последовал незамедлительно — барьер подстветился, последовала яркая вспышка, и два монстра, которые успели вылететь наружу, полетели к земле в виде горстки пепла, окружавшей голые кости.

Две других мелких трипофии оказались достаточно умными, чтобы отступить и перепуганно полететь куда-то прочь.

Вот и ответ… А ведь была у меня мысль самому так попытаться спуститься.

Девушки погружались в пучину мрачной депрессии. Селена ни с кем почти не разговаривала, всё время пребывая в своих мыслях и медитации. Альма — патрулировала периметр или подолгу сидела за столом, глядя на детскую игрушку.

Иногда по ночам мы слышали звуки со стороны оазиса Мисы. В такие ночи нам снились кошмары. А я, слыша вой монстра, уже знал, что лучше в такие ночи вообще не спать, и уходил возиться с телом мёртвого лангольера.

Работа проходила ужасно. Я не понимал устройство этого существа, оно будто состояло из сплошных парадоксов. Подвижность зубов обеспечивались цепью металла, но как-то завязывались на магию хаоса. Не зря существо было именно «металлохаотическим». То есть эти две чуждые мне цепи сплелись воедино, но как некая служебная связка для управляющего элемента.

Муталиск, или двойное био, были тем, что обеспечивало его рефлексы и управление сложным телом существа, тем же хаотичным вращением зубами. Нервные центры располагались некими очагами, равномерно по всему телу. Разум же, с возможностью перестраивать своё тело и источники, был от ланцета. Фактически, его мозг имел общее с ними. Хотя как такового мозга у лангольеров не было, он тоже был везде в других нервных центрах.