III Над городом воздушная струя, ломаясь в зданьях, продувает куртку, и по ушедшему из горла звуку я узнаю, что в мире есмь и я. Сапфо, Сапфо, о, девочка моя, я так же нищ, и я предвижу муку богаче стать: я вижу, как края хитона меньше закрывают руку, чем обнажают ноги. И моя худая куртка ляжет не с хитоном и я, я не с тобой. Постой… не я, а мальчик белокурый, тот, в котором ты, в сгибе ног гармонию храня, легла в странноприимность бытия. IV Амфитеатр на двадцать тысяч мест доносит звук падения монеты до верха. При условии, что есть в кармане деньги. Над театром лето. «Эдип» пока за сценой, но инцест уже не внове. Хоть вполне про это великий человек, един, как перст, как все, вбирающие сажу света, и не сказал. Во глубине небес над Лесбосом струятся два потока воздушных. О Сапфо, из тела вес выходит, принимая форму бога. Потоки дыбятся, рождая блеск и продолжа флейтой форму слога. V Фаон зевнул и уронил слюну — старения наипервейший признак. Но это в скобках. Он любил одну, как бишь её? Да, девку. Впрочем, призрак за ней стоял и посылал волну, как это?.. – звука, Мелоса, и в искрах зажжённого костра являл струну. Господь с тобой, Фаон, да кто ж не низок перед гармонией. Поднимем воротник, я вижу, как крыло на повороте укажет вправо. «Мерседес» двоих уносит. Нежен рот и твёрды баки. И адвокат, не состоящий в браке: «Фаон? Да бабник! Вечно в женском поте» VI Сапфо, не знаю, где теперь лежишь (а прежде, помнишь? – весь злословил остров). Уже – ни с кем, ни с чем, ни в чём, и лишь, лишь в пенье сохранился стан и остов для тех, кто – здесь. А здесь губерний тишь, и памятников больше, чем погостов, да всё не тех. Ты двух сестёр хранишь, моя земля, той, быстроглазой – с Оста. Анна Андревна, в Комарове крест, как плюса знак, приплюсовал к вам вечность, и памятника из неё не вычесть, Вам не поставленного. Всё же эта участь с Мариной не сравнится, ибо ищет её надгробия и не находит – перст. VII Фольксваген в тупике, а на песке — рояль без ножек – устрица пейзажа. Звезда изнемогает на витке и зелень льёт на нищий форум пляжа. Я прозябаю где-то в кабаке — рапсод и нищий, но пока без стажа, и волны возникают вдалеке, не растеряв античного куража, и катятся к моим ногам. В виске волна хитона повторяет волны лесбийские с застёжкой на замке серебряном. Вершит сирена стоны в руках сверхчеловека, словом, лажа, звезда сгорает – остаётся сажа. VIII Ты первая, воспевшая любовь к себе подобной. То, к чему стремился твой подмастерье, ощущая вновь, что разность пола – это разность смысла. И, умирая вместе с Бовари, Флобер нарушил эту разность – слился. А твой слуга, мечтая стать – Мари, Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес». Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес. Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом. |
